Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 45)

Я прислоняюсь к стене и выдыхаю:

- Спасибо, Коль. Ты настоящий друг.

Колян недовольно хмурится. Во-первых, я подбил его на враньё. А врать он не любит! Ну, а во-вторых, у меня в жизни снова фигня. И его это явно заботит не меньше.

- Коль, можно у тя перекантоваться до утра? – интересуюсь с дурацкой улыбкой.

- Кантуйся, чего уж там, - ворошит волосню на затылке.

Мы проходим на кухню. Там у него сигареты и пепельница…

А я вспоминаю другую пепельницу. Точнее, баночку, где были Анькины бычки. Тот пронзительный взгляд, когда Анька сказала…

И ненависть снова вздымается бурей в груди.

- Ну, колись! Где был? – интересуется Колька, вынув сигарету из пачки.

Я подкуриваю и тоже беру одну.

- Да так, по городу шастал, воздухом дышал, - отчасти это правда. Ведь я действительно шёл сюда пешком. Далековато, зато протрезвел окончательно.

- Угу, - не верит он, - Ты был у Аньки?

Я хмыкаю вместо ответа. Всё очевидно! Ну, где мне ещё быть, кроме как ни у неё?

- На хрена? – машет он сигаретой у меня перед лицом, - На хрена ты пошёл к ней? Да ещё и пьяный!

Говорим приглушённо. Но даже так в его голосе слышатся нотки недоумения.

Я пожимаю плечами:

- Сам не пойму. Просто тянет.

- Тянет его, блин, - вспыхивает Колян, - Ну, и чё? Чё вы там делали?

- Мы, - пожимаю плечом, - Говорили.

- О чём?

Я усмехаюсь, краснею, кажется. Припоминаю, куда чуть не зарулил наш разговор… И жалею, наверное, что не случилось. Ведь до сих пор на губах ощущаю её незнакомый, забытый, до боли родной аромат.

- Так! – понимает всё без слов Колян, - Только не говори, что вы с ней…

Он жестами показывает, что именно мне говорить не следует.

Я трогаю нос, усмехаюсь.

- Чё, было?! – забыв об осторожности, выдаёт в полный голос.

Я шикаю:

- Тихо! Разбудишь жену.

Колян озирается на дверь кухни:

- Стас, говори, как есть. Харе играть в угадай-ка.

- Не было, Коль, - говорю, - Не успели.

- А чё не успели-то? Ирка пришла? – вылупляет Колька глаза на меня.

Я представляю себе эту сцену. И мысленно содрогаюсь.

- Нееет, - машу головой, отгоняя видение, - Не, просто… У неё там, - вожу рукой по животу, - Шрам у неё, вот. От кесарева.

- Ууу, - тянет Колян, хотя по лицу видно, что ни черта не понимает.

- Ну, короче, вспомнила она про сына, про мужа, ну… этого, который сейчас. И… короче, ничего не получилось у нас.

- Ууу, - снова отзывается Колька, - Ну, и чё? Ты ушёл, я надеюсь?

- Ну, почти, - говорю, - Мы чуток поругались. Она, представляешь, сказала мне, что сама хотела с этим Игнатом замутить. Он богатый, влиятельный был. Предлагал ей стать его шлюхой.

- Чё? – хмурит брови Колян.

Тут кухонная дверь открывается. И на пороге возникает Маринка. Хвост набекрень, руки в боки.

Взгляд её устремлён на меня, и пугающе злобен.

- Если ты хочешь снова испортить ей жизнь, то не вздумай! – восклицает она, - У Аньки всё хорошо! Она счастлива с новым мужчиной! А ты…, - тычет Маринка в меня пальцем, - Ты и мизинца её не стоишь, понял?

- Марь, - поднимает ладони в примирительном жесте Колян, - Марь, ты чё?

- А чего он? – вылупляет глаза Маринка, и снова, повернувшись ко мне, добавляет, - Она приехала не к тебе! Так чего ты к ней лезешь?

Я не отвечаю, а лишь отвожу глаза в сторону. Ещё не хватало мне ляпнуть чего-нибудь в адрес жены лучшего друга. Чего-нибудь нелицеприятного! Чтобы испортить отношения с ним. Ведь знаю, что он любит Маринку. И кинется её защищать.

- Марь, иди, а? Мы тут сами как-нибудь, - подходит он к жене.

- Это он пусть идёт к своей Ире! Променял, пусть идёт! – говорит.

- Ты пила? – интересуется Коля у жены, и осторожно уводит её из кухни.

- Ещё чего, - бубнит та, - Это вы пьяницы, оба!

Проходит минут пятнадцать примерно, когда он появляется на кухне. На цыпочках.

- Уложил, - говорит шепотом.

Я чуть не прыскаю со смеху. Им и ребёнка не надо! Сами как дети.

- Идём, постелю тебе в зале, - предлагает мне.

- Чё, разрешила? – киваю на стену, имея ввиду Маринку, недовольную моим появлением здесь.

Колян кивает:

- Ну, а куда тебя гнать? Не на улицу же?

В гостиной мы стелемся. Диванчик у них просторный, так что я умещаюсь почти в полный рост.

- Ты это… курить выходи на кухню, - инструктирует Колька, - А будешь смывать, осторожно жми, там это… короче, заедает бочок, я потом починю.

Я киваю благодарно. Желаю другу доброй ночи. Он прикрывает дверцу и крадётся обратно, к жене под бочок.

А я остаюсь наедине со своими мыслями. На смартфоне десять звонков от Ирки. Почти без остановки трезвонила, что ли? Больше заняться нечем?

Ну, пошёл муж с другом выпить. И что теперь? Изводить его звонками?

От Аньки ни одного. Это неудивительно. Она бы мне ни при каком раскладе сама не позвонила. Да и зачем?

Нахожу её номер. Сохранил в тот раз, когда она написала. Наизусть выучил.

«Ань», - пишу, - «Ну, ты же соврала? У вас с ним ничего не было? С этим Игнатом?».

Молчание.

«Ань», - продолжаю допрос, - «Я ведь убить его мог. За тебя».