Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 43)
- Я так устал! – говорит.
- От чего же? – скрестив на груди руки, я взираю на него, словно вижу впервые.
Повзрослевший, мой бывший. Правда, теперь ещё выпивший. И всё это вместе стирает черты. Черты, которые я любила в нём. Которые до сих пор помню.
- От неё! – произносит он, прижимаясь затылком к стене.
- Стас, - предлагаю ему, - Давай я вызову тебе такси и ты поедешь домой, хорошо?
Подавшись вперёд, он опирается локтями в колени, ворошит свои волосы, отрицательно машет:
- Дом там, где ты! Мой дом здесь!
- Вот тебе здрасте, - вздыхаю я.
- Стас, опомнись? – приседаю на корточки, - Твой дом с Ирой, с детьми. У нас с тобой больше нет дома!
Прозвучало довольно жестоко. Даже для меня самой. И сердце словно кольнуло от этих слов.
Ладони Стаса с волос перемещаются на лицо, закрывают его. Он шумно стонет:
- Мммм!
Затем выдыхает. Ладони его опускаются. И он словно теряет запал…
- А помнишь наш дом? Тот, в котором мы жили.
Я сажусь, прислонившись к стене. Прямо на пол, у противоположной стены коридора. Между нами пространство всего в пару метров. Протяни ладонь и дотронешься. Но на самом деле между нами целая пропасть, бездонная, тёмная. Прыгнув в которую, ты потеряешь себя…
- Конечно, я помню, - говорю я тихо, - И дом, и сквер и соседку с бигудями на лбу.
Стас усмехается:
- Да, тёть Оля, кажется? Так её звали?
- Кажется, так, - цепенею, качнув головой, повторяю, - Стас, тебе лучше уйти!
Он закрывает глаза. На скулах играют желваки, кадык дёргается. И весь он напряжён, словно вот-вот взорвётся.
- Я не знаю, Ань… Я… Я не могу вернуться. Я не могу… Я погибаю, Ань! Мне так плохо.
Я вспоминаю слова своего психолога. «Корень проблемы – вот главная суть. Можно сколько угодно говорить о том, что тебя беспокоит, или раздражает. Но есть главное, то, что скрыто в самых глубинах души».
- Отчего тебе плохо? Скажи, - беру на себя роль психолога.
Он невидящим взглядом смотрит куда-то в стену. Рот искривлён, глаза нездорово блестят.
- Я всегда ненавидел тебя. За то, что ты меня бросила. За то, что увезла Полинку. Эта ненависть к тебе помогала мне выжить, смириться. А теперь, когда ты здесь… , - облизнув губы, он закрывает глаза и качает головой, - Я будто снова…
- Снова что? – подталкиваю его к откровению.
Он поднимает глаза на меня. Глаза, полные боли.
Меня обжигает огнём его чувств. Это как взглянуть на солнце без очков. И сразу же слепнешь от яркого света…
- Снова хочу… быть с тобой, - произносит он фразу.
Ту самую фразу, о которой я так долго мечтала! Чтобы мы встретились вот так, спустя годы. И он признался мне, что не хочет её, а хочет меня. Что это меня он всё время любил и искал! А она была просто ошибкой.
- Это иллюзия, Стас, - говорю, - Я уеду, и…
- Нет, Ань! – как будто протрезвев, он сползает со стула, преодолев эти пару шагов на коленях, ползком, упирается в стену ладонями, - Не уезжай, я прошу!
Он так близко. Так близко! Смесь горечи сигарет, излишков спиртного, остатков парфюма, чего-то ещё, отдалённо знакомого, кружит голову так, что и помыслить нельзя.
Я отворачиваюсь от него. И хочу встать. Но Стас хватает меня за руку, не позволяя.
- Ань, - смотрит прямо в глаза, - Ну скажи, что не любишь? Скажи мне, что ничего не осталось, и я уйду! И ты меня больше никогда не увидишь! Просто скажи, что я тебе не нужен, и мне будет легче опять ненавидеть тебя.
Не получив ответа, он упирается лбом в стену рядом со мной. Как бычок. Как упрямый бычок. Стонет тихо, согнувшись, бормочет что-то себе под нос…
Я ощущаю потребность коснуться его. Она так сильна! Сильнее стыда, гордости, боли. Сильнее всего на свете в этот момент.
Протянув руку, я погружаю ладонь в его волосы. Рука мнёт, пропускает сквозь пальцы. В тёмной шевелюре, и тут, и там, виднеются белые всполохи. Мне так хотелось когда-то давно видеть Стаса седым.
Представляя нас вместе, спустя много лет, я мечтала, как мы будем той самой парой. О которых пишут: «Они прожили вместе всю жизнь». Тех, которым завидуют молча. Улыбаются вслед. И хотят быть похожими…
Ничего не осталось от нас. Совсем ничего! Только пепел воспоминаний. Приятных и не очень.
Я ворошу его волосы на макушке. Слёзы застят глаза.
- Я искал тебя столько лет, - шепчет он глухо, - Ты ушла, и мир стал чужим.
Глупо верить ему! Но я верю. Просто в этот момент его голос стал громче других в голове.
- Я хочу быть с тобой. Я люблю тебя, Анька, - шепчет он, подбираясь ко мне.
Лишь мгновение после, и мы поменялись ролями. Я под ним, он поверх. Пол под нами. И пропасти нет, словно отвесные скалы сомкнулись! Я чувствую твердь под собой. И горячую влагу на пальцах.
Он целует ладони, кусает, кладёт их на лоб. И я глажу его, притянув к себе ближе. Головой он ложится мне на грудь и дышит отрывисто, жарко.
Халат распахнулся, задрался. Доступ к телу открыт! Заведя назад руки, Стас стягивает с себя плащ. Тот тёмной кучкой ложится на пол возле нас.
Зарывшись мне между грудей, он вдыхает так шумно и так глубоко. И мычит, и стонет, как будто насытился мною.
- Господи, Анька, господи, - шепчет он, покрывая торопливыми и влажными поцелуями мои обе груди, опоясав руками…
Сдвинув полы халата, он целует пупок, окунает в него кончик языка, в нетерпении трётся твердеющим пахом о бёдра.
В моей голове ни одной здравой мысли! Туман, белый, плотный, как сладкая вата. Лишь когда поцелуи его прерываются, я отрываю затылок от пола.
Стас растерянно смотрит на мой полуголый живот.
- Это что? – нежно трогает кончиком пальца рубец, - Ты болела?
Его обеспокоенный взгляд скользит выше, к лицу. Я кусаю губу, закрываю ладонями алые щёки.
- Это шрам от кесарева, - не узнаю собственный голос.
- Что? – озадаченный Стас, выпускает меня из объятий, - Кесарево?
Я киваю отрывисто:
- Да, у нас сын с Родионом.
Он выпрямляется, вновь прижимаясь к стене коридора:
- Да… Ты же говорила, я помню, - трёт лоб.
Я тоже сажусь, возвращаю на место халат, завязываю поясок на талии крепче. Как будто он может спасти, если что!
- Ань, ты любишь его? – шепчет он.
- Андрюшу? Конечно, - улыбаюсь, припомнив сынишку. И цепляюсь за эту мысль о нём, чтобы вынырнуть…
- Нет, - отвечает Стас, не глядя на меня, - Родиона своего любишь?
Я хмыкаю. Держась за стену, встаю: