Мари Соль – Не ищи нас, бывший (страница 22)

Не сложилось! И вдруг… Просто затеяв уборку повсюду, в том числе на смартфоне, я увидела… Что это? Странная прога. Вроде бы уведомления даже.

Я разобралась, что к чему и поняла, что вижу списки локаций, где был мой муж с момента установки мною программы. С замиранием сердца я пролистала их. И удивилась тому, что далеко не всегда местом его дислокации в позднее время был офис.

Стала вникать. Открыла карту. И выяснила, что в основном, кроме работы, супермаркета, фитнеса и бара, где они изредка встречались с другом детства, Демидов бывал и ещё кое-где.

Я вертела экран и так, и эдак. И всё пыталась понять, что есть по этому адресу? Какой-то дополнительный офис? Вряд ли! Райончик жилой. Кстати, неподалёку от нашего дома.

Делать было всё равно нечего. Полину спровадила к бабушке. Стыдно сказать, но мне было трудно поддерживать радость при ней. Да и при муже, если честно! Почему-то бесила эта его навязчивая забота, эти вопросы:

- Как ты себя чувствуешь? Где болит?

- Нигде не болит! – хотелось воскликнуть. Точнее, болит… Но только там, где не вылечить.

Я не поленилась. Взяла такси и отправилась туда, на эту локацию. Показала таксисту на карте. И он привёз меня! Это оказалось совсем недалеко. Буквально в соседнем с нами микрорайоне.

Высотка, в девять этажей. И никаких намёков, что здесь находится офис компании, где работает Стас.

«Ну, и что же это?», - подумала я, обойдя дом по периметру. И уже решила, что программа дала сбой. Вот только, на парковке заметила знакомый номерок.

У Стаса тогда была «Волга» отца. Он стеснялся её, но любил! Наверное, так любят женщину. Которая им не подходит. Стесняются выводить её в свет, но заботятся о ней за пределами чужих взоров.

Я погладила серый капот. Значит, не выдумка. И не сбой. Программа работает! Поначалу даже радость испытала, глупая! А затем…

Мне пришлось спрятаться за угол. Вляпалась в грязь. Чертыхалась! Но упорно стояла, глядя, как муж покидает подъезд.

Почти дойдя до машины, он принялся ощупывать себя. Затем простонал, закатил глаза. И высоко задрал голову. Оттуда, с высоты шестого этажа, на него смотрела… женщина.

- Стас! – прокричала она. Звук её голоса потонул в шуме улиц.

Стас стал жестикулировать, объясняя, что вернётся. А она стала жестикулировать, пытаясь ему объяснить, что не надо.

- Сама! – прозвучало.

Он остался стоять у подъезда. Я за углом напряжённо ждала, что последует дальше. А дальше было вот что…

Женщина, выбежавшая из подъезда, оказалась той самой Ириной. Я узнала её! Хотя ничего узнаваемого в её внешности не было. Но в целом, отсутствие грации, скомканность жестов, повадки, которые я рассмотрела ещё там, в бассейне.

«Глаз алмаз», - подумала я. Да и сердце не подвело. Вовремя ёкнуло! И почему не послушала его тогда? Почему не предприняла ничего?

Да только что предпринять? Как отвадить его от навязчивой бабы с ребёнком? Запретить с ней общаться? Убить?

Я, сдирая маникюр о стену соседнего дома, стояла и молча взирала на то, как она, подойдя к моему мужу вплотную, сначала вручает ему телефон. Он что-то сказал ей, Ирина заправила за ухо прядь. Посмотрела по сторонам… И, клянусь жизнью! Остановила взгляд на мне.

Я даже отшатнулась поглубже в тень дома. Но, очевидно, она меня не заметила. Да и можно ли было заметить меня в светло-серой одежде? Я специально не стала надевать ничего яркого.

То, что случилось потом, было вполне ожидаемо. Она поцеловала его! Именно она его, а не наоборот. Но даже этот факт распределения инициативы не сыграл свою роль в пользу Стаса.

Было ли мне больно? Да, безусловно! Была ли я удивлена? Пожалуй, нет.

Я удивилась потом. Отчего-то не думая об этом, стала проверять и подсчитывать в полезной программке, сколько именно раз за последнее время он был у неё.

И наткнулась на это…

Та дата. Тот день. Я помню его хорошо. Просто в тот день была пятница. Пятница тринадцатое! Говорят, глупо верить в приметы? А для меня всё случилось тем днём…

Он не задержался на работе. Он был у неё. После работы он был у неё! Я сто раз проверяла.

Помню, как приехала домой, и удивилась, что его до сих пор нет. Но не расстроилась. Почему-то мне в тот момент захотелось, чтобы его сбил трамвай. Или грузовик! Или чтобы он от инфаркта скончался.

Тогда я бы стала вдовой. И вся эта история канула в лету.

Помню, как сидела на нашей постели, в глухой тишине. Настолько бездонной, что слышно было, как тикают часики в зале. И как работает на кухне холодильник.

И думала. Думала! Думала…

Что предпринять? Только ничего не шло на ум. Я задавалась вопросом. Сама измена меня так задела, или же факт того, где он был в тот момент, когда я… Когда меня…

Наверное, тогда всё и закончилось в моей душе? Просто силы иссякли. Иссякла надежда! Ведь я простодушно надеялась, как однажды, уже в старости, лёжа в постели, я расскажу ему обо всём. Покаюсь.

Не будет никакого «в старости»! И никакого покаяния тоже не будет. Ведь каяться нам нужно вместе. Или не каяться вовсе.

Я помню, как он вернулся домой. А я притворилась спящей.

- Малыш, А давай съездим на море? Я отпуск возьму, – проговорил, думая, что я не сплю.

Я старалась дышать ровно, как может дышать только спящий. Да только всю ночь не спала! Разбудила его среди ночи.

Стас, заспанный и недовольный, приподнялся с подушки.

Я врубила ночник, совершенно не заботясь о том, что он подумает. Мне нужно было знать! Знать прямо здесь и сейчас.

«Вот если он скажет», - подумала я, - «Если сейчас скажет правду… Прощу! Всё прощу. И останусь. И тоже покаюсь. И мы будем жить с ним до старости, долго и счастливо. И, возможно, умрём в один день».

- Где ты был? – спросила я тихо.

- Што? – недовольно пыхтя, он уселся, - Анют, ты чего?

- Стас, ответь, где-ты-был? – повторила вопрос.

- В смысле… Когда? Ты о чём? – сонными глазами он смотрел на меня. Такой честный. Такой ни в чём не повинный.

- Сегодня, - решила взять ближнюю дату.

Я могла предъявить ему всё прямо там, прямо тогда. Но почему-то не стала. А смысл?

- Сегодня? – он шире открыл глаза и потёр их, - Как где… На работе, потом в магазин заехал, потом…

- Где ты был? – повторила я свой вопрос.

Казалось бы, проще простого! Сказать: «Я был у любовницы. Я тебе изменил».

Но Стас продолжал упорствовать.

- Ань! Ты чего? Сон приснился плохой? – он откинул одеяло, приглашая меня прижаться к нему.

Мои глаза наполнились слезами:

- Я тебя в последний раз спрашиваю. Где ты был?

Он ухмыльнулся, повёл головой так, будто я очумела.

- Ань, давай спать ложись, - сказал сдержано и попытался улечься.

Но я не дала. Изо всех сил толкнула его, он чуть не слетел с кровати.

- Совсем охренела? Да что с тобой! – закричал.

Наверное, тогда я осознала впервые, насколько он стал мне чужой. После всего, что случилось. И эту пропасть между нами уже никак не уменьшить. Она будет только расти…

Он ещё возмущался, ворчал:

- Ань, ты в уме? Мне завтра на работу вообще-то! А ты будишь меня среди ночи, с какими-то дурацкими фантазиями. У меня нет желания их обсуждать.

Я легла, отвернулась спиной.

- Ань, - спустя пару минут он погладил меня по спине, - Может, это сбой цикла? Ну… у тебя месячные какого числа? Уже были?

Я прикусила край одеяла.