Мари Од – Я верну тебя, Вишня (страница 2)

– Ничего, – улыбнулся он одними глазами. – Ты все-таки красивая.

– А ты что, до этого сомневался? – я потерла глаза и взглянула на часы. Сейчас придут его родители. Быстро спрыгнув с кровати, надела свитер и джинсы.

– Не спеши ты так. Родители тебя и так знают.

– В качестве кого?

– Одноклассницы.

– Ну вот. Всего-то.

– Свет, ты мне очень нравишься…, – начал Дима, опустив глаза в пол.

– Все, можешь не продолжать, – я быстро вышла из его комнаты, накинула куртку и схватила рюкзак.

– Куда ты? – он последовал за мной.

– Домой, пока.

Когда я оказалась на улице, резкий порыв ветра подхватил мои волосы и закружил их в неожиданном водовороте. Отбивалась, но все равно они лезли в лицо и закрывали обзор. Я посильнее на лоб натянула шапку и двинулась дальше.

Серые тучи нависли над парком. Дом Димы отдалялся, я спешила к остановке, ускоряя шаг. Вскоре снежная буря обрушится на город.

Железная остановка скрипела от ветра. Вокруг ни души. Одна я в ожидании автобуса.

– Света. Ты зачем ушла?

Я вздрогнула и повернулась. Дима пронзил меня трепетным взглядом. Он был весь запыхавшийся и смущенный.

– А зачем это все, Дим?

Я замялась и стала перебирать пальцами внутри пушистой варежки.

– Света, ты будешь моей девушкой?

Когда Дима произнес эти слова, тысячи огонечков зажглись у меня в груди и заплясали яркими искрами.

Его глаза блестели от слез. Ветер настолько был сильным, что лишняя влага выступила на щеках. Хотя, возможно, это было не единственной причиной его слез.

За спиной загудел автобус. Началась метель.

– Света! – Дима схватил меня за руки, прижимая к своим и обжигая взглядом.

Он был такой смешной, без шапки, с густой копной черных волос, которую медленно начало засыпать густыми хлопьями снега.

– Ты еще долго будешь молчать? Ты думаешь, что мы…, что сегодня произошло не имеет для меня значения? Света, я давно прикипел…, с лета еще. Ты же знаешь…, – он поднял на меня глаза, полные отчаяния.

Я улыбнулась, чувствуя, что именно сейчас настал тот момент, когда я должна признаться.

– Да люблю я тебя, дурачок!

Его пальцы разжали мою варежку, и я вцепилась ему в шею, повиснув на нем всеми своими огромными 47 килограммами.

Автобус уехал, так и не дождавшись пассажиров. Снег кружил, засыпая мостовую и нас.

Мы гуляли целый час. Нас не пугала метель и холодный ветер. Я только чуть беспокоилась за Димку. Он и так был «без мозгов», а тут еще и без шапки, продует, заболеет. Буду чувствовать себя виноватой.

Я натянула на него свой шарф, остались видны одни глаза, нежно-голубые, с поволокой.

Когда вернулись к моему новоиспеченному парню домой, я долго мялась у двери, боясь зайти.

– Ты теперь моя невеста, – изрек Димка.

Я громко фыркнула и засмеялась.

– Почему смеешься? Не веришь?

– Нет, – пробурчала я, расстегивая куртку в прихожей.

– Сейчас поверишь.

– Что…?

Не успела я и глазом моргнуть, как Димка скрылся на кухне и затеял там какой-то разговор.

Раскрасневшись, я уже все поняла – он рассказал о нас родителям.

Мгновение спустя вернулся и, схватив меня за руку, потянул за собой.

Я затряслась, ноги стали ватными. Не то чтобы я боялась Димкиных родителей, нет. Просто было некомфортно среди взрослых, да еще и в таком статусе – невесты.

– Мама, папа, это моя Света. Хотя что это я! Вы же ее знаете. В общем, с этого дня она моя невеста.

Я замерла и уставилась куда-то в стену. Краешком глаза я видела, Димина мама улыбнулась, а папа внимательно посмотрел на нас, задумался, а потом заявил:

– Если невеста, когда свадьба, товарищи?

У меня вытянулось лицо.

– Мы еще не планировали, – замялся Дима.

– Папа, не смущай детей. Пусть хоть школу закончат, – вмешалась Елена Сергеевна, мама Димы. Такая приятная женщина, с добрыми глазами цвета василька и милой улыбкой. Ее роскошные темные волосы красиво обрамляли лицо и делали его еще моложе и свежее. Так вот в кого пошел Дима цветом глаз и пышной шевелюрой, мелькнуло в голове.

Димкин папа, Игорь Сергеевич, крепкий мужчина с чуть подернутыми сединой висками, одобрительно кивнул и продолжил:

– Полгода, и вылетят птенцы из гнезда. Это ты права, мать. Того и гляди женятся летом. Взрослые же.

– А кто, кто женится-то? – прошаркала по линолеуму бабушка и приземлилась в кресло. Она неловко поправила на переносице очки, и они сползли еще ниже, прямо на нос.

Дима засмеялся, посмотрев на бабушку, и я подхватила его веселье, тоже заливаясь от смеха.

– Мама, – начал Игорь Сергеевич. – Дети женятся, только чуть позже, лет так…

– Дети, садитесь ужинать, – прервала мама. – Не доводите бабушку, а то она завтра всем родственникам расскажет эту новость.

Мы сели за стол, за которым мне уже пришлось сегодня сидеть. Я окинула взглядом комнату, на которую днем не обратила должного внимания. Уютная гостиная, полностью покрытая светло-бежевым ковролином; с массивным круглым дубовым столом в центре, необычными картинами на стенах и большим мягким диваном у стены. В углу на самодельном деревянном пьедестале одиноко жался пушистый ветвистый папоротник.

Елена Сергеевна быстро накрыла на стол и заняла всех душевным разговором.

– Как ваши двойки сегодня поживают? – спросила она, скромно улыбаясь. Елена Сергеевна была такой простой женщиной, при этом не лишенная красоты и изящества, что с ней очень легко было вести разговор.

– Мои хорошо поживают! – засмеялся Дима. – Только вот Света отстает. Все пятерки да пятерки.

Я толкнула его тихонько в бок и показала язык.

– Света молодец, не то, что некоторые, – с намеком на сына указала Елена Сергеевна.

– Да, ладно, мам, у меня почти не осталось хвостов. Все благодаря Свете, – подмигнул мне игриво Дима.

– Кушайте, ребята! Мама так старалась, – гордо заявил папа, с нежностью посмотрев на жену.

Когда мы налопались котлет с белоснежным рассыпчатым рисом и овощным салатом, Димкина мама поставила на стол все тот же сервиз и принесла крупную вазочку на ножке, наполненную ароматным вишневым вареньем. Вот это да, мое любимое лакомство! Правда, я его кушала очень давно у бабушки в деревне. Мама редко занимается консервацией, да и бабушка уже в возрасте, почти не делает ничего по огороду. Надо бы когда-нибудь наведаться к ней.

Мы так весело провели время за ужином, что я не заметила, как потемнело и наступила по моим меркам настоящая ночь.

Димка не хотел меня отпускать, ведь завтра у нас день самоподготовки и можно спать до обеда.

Когда я натянула куртку и сжала в руках шапку, боясь спугнуть царившее в прихожей очарование, он, не спрашивая, припал к моим губам. Сладкий вкус вишневого варенья, которое мы только что ели с чаем, растворился на языке, будоража вкусовые рецепторы. Поцелуй был настолько сладок, что мы не заметили, как позади нас появился Димкин папа.