Мари О – Запретное желание (страница 1)
Мари О
Запретное желание
Пролог
Ночь опустилась на мегаполис, словно тяжёлый занавес, скрывающий сцену от любопытных глаз. Город не спал, он лишь сменил маску: дневная суета уступила место хищному, лихорадочному блеску неоновых огней, отражающихся в мокром асфальте. В этом лабиринте из стекла и бетона, где каждый фасад — маска, а каждое окно — глаз, наблюдающий за чужими тайнами, смерть всегда была частью интерьера. Но сегодня она была особенно... изысканной.
В пентхаусе «Небесной Обители», элитного небоскрёба, пронзающего облака, царила тишина. Она была густой, почти осязаемой, нарушаемой лишь тихим гулом системы климат-контроля. Посреди гостиной, выполненной в стиле хай-тек с элементами ар-деко — хром, стекло, редкие породы дерева — лежало тело. Мужчина. Дэниел Картер. Сорок два года. Владелец технологической империи «Вектор». Он был одет в идеально скроенный смокинг, который теперь казался насмешкой над его неподвижностью.
Его лицо не выражало ужаса. Напротив. На губах застыла странная, блаженная улыбка, а в широко распахнутых глазах застыло выражение запредельного экстаза. Смерть настигла его в момент высшего наслаждения. Между его пальцев была зажата алая шёлковая лента — единственная яркая деталь в этой стерильной, холодной картине. На белоснежном ковре из шерсти тибетской ламы расплылось тёмное пятно крови, похожее на экзотический цветок.
Это было не просто убийство. Это было произведение искусства. Хирургически точное, холодное и пронизанное эротизмом до самых костей. Убийца не просто забрал жизнь — он запечатлел момент её угасания, превратив его в вечный памятник пороку.
Внизу город продолжал жить своей жизнью, не подозревая о драме, разыгравшейся на высоте птичьего полёта. Но скоро тайное станет явным. Скоро сюда придёт человек, чья работа — срывать маски и находить истину в океане лжи. И женщина, чья сущность — сама ложь и соблазн. Их танец уже начался, и музыка для него пишется алыми чернилами на шёлке.
***
Глава 1. След из шёлка
Алекс Рид проснулся от резкого, металлического визга будильника. Комната тонула в полумраке: тяжёлые бархатные шторы были наглухо задёрнуты, отсекая не только свет, но и звуки просыпающегося города. Воздух был спёртым, пропитанным тяжёлым ароматом дешёвого виски и застарелого табачного дыма.
Алекс поморщился и с силой ударил ладонью по прикроватной тумбочке, нащупывая вибрирующий телефон. Экран вспыхнул ядовито-белым светом:
6:03. Он ненавидел эти цифры. Они означали конец покоя и начало бесконечной гонки по лабиринту чужих грехов.
Тридцать восемь лет. Детектив убойного отдела центрального округа. Выглядел он на все сорок пять: глубокие складки у рта, сетка морщин в уголках серых, выцветших глаз и вечная щетина, которую он ленился сбривать. Его лицо было картой разочарований и цинизма.
Он сел на край кровати, ссутулившись и запустив пальцы в тёмные, с ранней проседью на висках волосы. Единственным источником света в комнате был тусклый светодиод часов да красный огонёк роутера в углу.
На кухне царил такой же хаос, как и в голове. Гора немытой посуды в раковине, пустая бутылка из-под бурбона на столе. Алекс включил кофемашину — старую, громкую итальянскую модель, которая плевалась паром так яростно, будто была живым существом. Он пил кофе чёрным, обжигающе горячим и горьким — единственным способом почувствовать себя хоть немного живым перед тем, как окунуться в чужую смерть.
Телефон зазвонил снова. Номер капитана.
— Рид.
— Алекс? Это Блейк. У нас жмурик в «Облачных Башнях». Выглядит скверно. Поднимай задницу.
Голос капитана был сухим и безэмоциональным, как шуршание наждачной бумаги.
— Еду.
***
«Облачные Башни» — три зеркальных небоскрёба-близнеца, сверкающие на фоне свинцового неба. Пентхаус на вершине Восточной башни принадлежал Дэниелу Картеру — человеку, чьё имя было синонимом успеха и скандала.
Когда Алекс вошёл в холл башни, его встретил привычный ритуал: фейс-контроль (его значок мелькнул перед глазами охранника), бесшумный лифт из полированной стали и запах — специфический запах богатства: смесь дорогого парфюма «Tom Ford», озона от кондиционеров и едва уловимый металлический привкус крови.
Дверь пентхауса была приоткрыта. Внутри уже кипела работа: криминалисты в белых комбинезонах беззвучно перемещались по пространству, похожие на призраков. Квартира Картера была воплощением минимализма: огромные панорамные окна во всю стену открывали вид на залив и мосты; мебель — низкие диваны из белой кожи; стены — холодный серый бетон; полы — полированный гранит цвета мокрого асфальта.
И посреди этого ледяного великолепия — алое пятно на ковре.
Тело лежало у самого окна. Алекс подошёл ближе, привычно отмечая детали: поза тела (расслабленная), выражение лица (экстаз), одежда (смокинг). Он присел на корточки рядом с трупом.
— Что у нас? — спросил он у медэксперта Эмили Чен, которая склонилась над телом с лупой в руке.— Острое проникающее ранение в область сердца. Инструмент тонкий, очень острый. Лезвие прошло между рёбрами с точностью лазерного скальпеля.
— Оружие?
— Исчезло. Но есть следы борьбы... или игры.
Эмили указала тонким пальцем в перчатке на запястья жертвы. На бледной коже виднелись характерные потёртости и синяки от верёвки.
— Его связывали?
— Да. И судя по характеру повреждений и отсутствию гематом от сопротивления... это не было актом насилия против его воли. Это было частью сценария.
Алекс перевёл взгляд на пол. В нескольких шагах от тела лежала та самая алая шёлковая лента — гладкая, струящаяся ткань цвета артериальной крови. Он поднял её пинцетом через носовой платок. Ткань была невероятно мягкой на ощупь.
— Что по камерам? — бросил он сержанту Миллеру.— В лифте и холле стерто всё за последние сутки. Кто-то взломал систему безопасности здания изнутри или имел мастер-ключ к серверам.— Значит, либо профи высочайшего класса... либо кто-то из своих.
***
Убийца был педантом или гением маскировки. Ни отпечатков пальцев (все поверхности были протерты антисептиком), ни случайных волосков (в доме ежедневно работала клининговая служба «Белый Лотос»). Единственными зацепками оставались лента и следы от верёвок на теле жертвы.
Алекс стоял у панорамного окна, глядя вниз на муравейник города. Огни машин сливались в две бесконечные реки света по обеим сторонам моста «Золотые Ворота». Он чувствовал это нутром: дело будет гнилостным изнутри. Здесь не было случайности или импульсивной ярости грабителя-наркомана. Здесь был холодный расчёт хирурга и... извращённая страсть художника.
Зазвонил телефон капитана Блейка:
— Рид? У нас есть свидетельница.
— Кто?
— Вивиан Ланкастер. Писательница-детективщица. Автор серии романов о маньяках в мире высокой моды под псевдонимом Вивьен Нуар.
В трубке повисла пауза.
— И что она?
— Она была последней, кто видел Картера живым. У них было свидание вчера вечером в ресторане «Селеста».
***
Офис издательства «Глобал Литера» находился в историческом районе города — старом кирпичном здании с высокими потолками и скрипучими деревянными полами. Это место пахло старой бумагой, типографской краской и амбициями — резкий контраст с стерильным миром Дэниела Картера.
Вивиан Ланкастер ждала его в своём кабинете-мансарде под самой крышей. Когда Алекс вошёл, она даже не подняла головы от рукописи, которую читала за массивным дубовым столом ручной работы эпохи ар-нуво.
Она была воплощением опасной элегантности. Длинные волосы цвета платины были небрежно собраны в узел на затылке, но несколько прядей выбились и обрамляли лицо с высокими скулами и острым подбородком. На ней был кашемировый свитер цвета слоновой кости и узкие брюки из тонкой шерсти кашемировой козы (он знал цену таким вещам). На её тонких запястьях звенели массивные серебряные браслеты с этническими узорами.
Она подняла взгляд лишь спустя минуту после того, как он вошёл. Её глаза были пронзительно-голубыми, цвета льда или летнего неба перед грозой. В них не было ни капли страха или смущения — лишь холодное любопытство энтомолога, разглядывающего редкий экземпляр бабочки через лупу.
— Детектив Рид? Я ждала вас раньше.
Её голос был низким, бархатным контральто с едва уловимой хрипотцой курильщицы со стажем или женщины, привыкшей шептать тайны на ухо любовникам посреди ночи.
— Мисс Ланкастер? Я здесь по поводу Дэниела Картера.Она едва заметно приподняла идеальную бровь:
— Ах да... Бедный Дэнни. Такой печальный финал для столь блестящего ума.
— Вы были с ним вчера?
— Мы ужинали в «Селесте». Ресторан на крыше отеля «Гранд Империал». У нас были... общие интересы.
Алекс почувствовал раздражение от её манеры говорить загадками:
— Какие именно?Она улыбнулась уголком губ — улыбка хищницы:
— Секс и смерть, детектив Рид. Разве не этим живём все мы?
Вивиан Ланкастер вела себя вызывающе спокойно для человека, чей любовник был убит несколько часов назад (или для того, кто сам мог быть убийцей). Она отвечала на вопросы уклончиво, но с шокирующей откровенностью в деталях их интимной жизни с Картером так откровенно описывала их игры со связыванием («это была его фантазия», «он любил чувствовать себя беспомощным»), что Алекс почувствовал себя вторгшимся в чужую спальню без приглашения.Она подтвердила: они провели ночь в пентхаусе Картера около полуночи до двух часов ночи. Да, они использовали верёвки для шибари (она использовала именно этот термин). Нет, она не убивала его («Я ушла до того, как он успел остыть»). Она вызвала такси через приложение («Синий седан»), которое высадило её у её дома в районе Пасифик-Хайтс около 2:15 ночи («Я помню время по часам»).