Мари О – Она моя, только моя (страница 1)
Мари О
Она моя, только моя
Глава 1. Пролог. Хруст разбитого стекла
Майами встречал декабрь с ленивой, тропической щедростью. Солнце, ещё не успевшее раскалить воздух до состояния сауны, лениво касалось верхушек королевских пальм, а бриз с Атлантики приносил с собой запах соли, мокрого песка и обещание перемен. Для Элейн Картер этот день должен был стать особенным. Она чувствовала это каждой клеточкой своего тела, словно сама природа подталкивала её к чему-то новому, давно ожидаемому, но всё ещё пугающему.
Она стояла перед большим зеркалом в своей спальне, критически осматривая отражение. В свои сорок три она сохранила ту редкую, зрелую красоту, что не требует усилий, а лишь подчёркивается мудростью во взгляде. Светлые волосы были заколоты в небрежный пучек, открывавший длинную шею, а в глазах цвета штормового моря плясали озорные искорки. Сегодня она не собиралась в свой косметологический кабинет на Коллинз-авеню, где её ждали благодарные клиентки. Сегодня был её день.
— Марта! — позвала она домработницу, чей силуэт мелькал в дверном проёме кухни. — Ты купила те манго, что я просила? И не забудь про папайю для фреша! Бетти не любит приторное.
Из кухни донёсся добродушный голос пожилой афроамериканки:
— Миссис Элейн, всё готово. И фрукты, и ваш любимый сок. Мисс Бетти уже ждёт вас внизу, в машине. Она говорит, что если вы не выйдете через пять минут, она уедет без вас и займёт лучший лежак.
Элейн улыбнулась своему отражению. Бетти Уильямс — её верная подруга ещё со времён колледжа, с которой они делили не только секреты и мечты, но и воспоминания о бурной молодости. Сегодня они собирались на пляж Саут-Бич, чтобы проводить старый год и встретить новый год. Элейн твёрдо решила: в новом году её жизнь изменится. Хватит быть вдовой, хранящей верность призраку прошлого. Ей нужен мужчина. Не просто для галочки или чтобы заполнить пустые стулья за обеденным столом, а тот, кто заставит её сердце биться чаще, кто будет смотреть на неё с восхищением и страстью.
— Мне нужен мужчина старше меня, — прошептала она своему отражению. — Тот, кто даст мне чувство защищённости. Кто-то с твердым характером но без желания контролировать каждый мой шаг.
Она рассмеялась собственной шутке — мелодично, с хрипотцой — и, подхватив лёгкую плетёную сумку, направилась к выходу.
Пляж Саут-Бич в воскресное утро напоминал пёстрый муравейник под открытым небом. Люди всех возрастов, цветов кожи и социальных слоёв спешили насладиться последними тёплыми днями уходящего года. Элейн и Бетти расположились под большим полосатым зонтом «Tommy Bahama», расстелив на золотистом песке дорогие полотенца.
— Ты уверена? — с ноткой скепсиса в голосе спросила Бетти, поправляя огромные солнцезащитные очки от «Chanel». Она вытянулась в шезлонге, подставляя солнцу подтянутое тело в дизайнерском купальнике. — Мужчины в нашем возрасте... они либо женаты на своих карьерах и гольфе, либо ищут бесплатную сиделку с навыками медсестры.
— Глупости! — отмахнулась Элейн, глядя на бескрайнюю синеву океана. Волны ритмично накатывали на берег, смывая следы босых ног. — Я хочу чувствовать себя желанной. Я хочу страсти. А возраст... это всего лишь цифры в паспорте, которые мы сами себе придумали.
Бетти хмыкнула и достала из сумки бутылку минеральной воды:
— Ну-ну. Главное, чтобы твой новый кавалер не оказался таким же занудой, как твой бывший муженёк перед смертью. Помнишь? «Дорогая, у меня совещание», «Любимая, я слишком устал».
Элейн поморщилась:
— Фред-старший был хорошим человеком. Просто... работа его поглотила.
— А тебя он поглотить не дал! — парировала Бетти. — Ты всю жизнь жила для него и детей. Теперь твоя очередь пожить для себя.
Тем временем в нескольких сотнях метров от них кипела совсем другая жизнь. По прибрежной дороге Оушен-драйв мчался ярко-красный кабриолет «Porsche». За рулём сидел молодой человек лет двадцати пяти — Эдвард Флора. Его тёмные волосы развевались на ветру, а на загорелом лице играла счастливая улыбка человека, который только что покорил мир. Он только что получил диплом врача-хирурга в Мемориальной больнице Джексона и чувствовал себя властелином вселенной.
— Тётя Альма! — кричал он в телефонную гарнитуру «AirPods», пытаясь перекрыть шум ветра и рев мощного мотора. — Ты видела мою новую машину? Это зверь! Я купил её вчера! Папа бы мной гордился!
На другом конце провода его тётя, строгая и властная Альма Флора (урождённая Карвалью), лишь тяжело вздохнула:
— Эдвард! Я же просила тебя не разговаривать по телефону за рулём! Это опасно! И ты тратишь слишком много денег!
— Но это же ты мне позвонила! — парировал он с мальчишеским задором. — Я просто отвечаю! И вообще, я теперь врач! Я могу себе это позволить!
Альма была для него больше чем тётя: после трагической гибели его родителей в автокатастрофе десять лет назад она заменила ему мать и воспитывала вместе со своей дочерью Эстель. Сейчас она стояла у конюшни своего роскошного особняка в Корал-Гейблс, держа под уздцы любимую гнедую кобылу по кличке Леди Ди.
— Мой любимый племянник стал врачом, — с нежностью сказала она конюху Питеру Райту. Питер был местным жителем, молчаливым и надёжным работником семьи уже много лет. — Сегодня вечером у нас будет праздник по случаю его диплома. Приглашены все сливки общества округа Майами-Дейд.
Питер лишь молча кивнул. Он был человеком немногословным и погружённым в собственные проблемы: его брак с Лидией трещал по швам из-за постоянных измен жены с местным барменом из «The Clevelander». Он поправил седло на спине лошади и подумал о том, что чужое счастье всегда кажется таким ярким и недостижимым.
Внезапно идиллию солнечного утра нарушил резкий визг тормозов. Эдвард, увлечённый разговором о своей блестящей карьере и скоростью в 60 миль в час по зоне 35 миль/час (он всегда считал правила дорожного движения рекомендациями для слабаков), не заметил перекрёстка Коллинз-авеню и 17-й улицы.
В тот же самый момент из-за поворота выехал массивный чёрный внедорожник «Cadillac Escalade» Элейн Картер. Водительница отвлеклась на звонок сына Фреда-младшего («Мам, я потерял ключи от квартиры!») и не успела среагировать на мигающий жёлтый свет.
Удар был несильным по меркам современных краш-тестов (подушки безопасности даже не сработали), но громким до звона в ушах. Металл заскрежетал о металл так противно, что у прохожих заныли зубы.
Эдвард выскочил из своей новенькой машины как ошпаренный кот. Его лицо мгновенно сменило выражение триумфа на ярость.
— Ты что творишь?! — закричал он на женщину за рулём внедорожника. Его голос звенел от адреналина и праведного гнева. — Я купил эту тачку вчера! Семьдесят тысяч долларов! А ты болтала по телефону!
Элейн медленно отстегнула ремень безопасности (она действительно забыла пристегнуться) и вышла из машины. На её высоком лбу виднелась небольшая царапина, из которой сочилась тонкая струйка крови, смешиваясь с дорогим тональным кремом.
— Мой телефон был выключен! — возразила её подруга Бетти, подбегая к месту аварии с бутылкой воды наперевес. Она уже оценивала ущерб: «Cadillac» почти не пострадал (разве что бампер), а вот бедный «Porsche» выглядел плачевно — помятое крыло и разбитая фара.
Эдвард подошёл ближе к Элейн и замер как вкопанный. Перед ним стояла не просто неосторожная водительница или источник финансовых потерь. Перед ним была женщина невероятной красоты. Высокая (на каблуках она была почти одного роста с ним), стройная, с царственной осанкой. В её глазах цвета штормового моря не было страха или вины — лишь удивление и лёгкая досада человека, чей идеальный день был испорчен досадной мелочью.
— Вы не пристегнулись, — уже тише сказал он, разглядывая её лицо так внимательно, словно собирался писать её портрет по памяти позже. Вблизи он заметил тонкую сеточку морщин вокруг глаз — следы смеха или слёз — и едва заметные веснушки на переносице. Она пахла дорогими духами и океаном. — Вы могли пострадать гораздо сильнее.
— Я в порядке, — спокойно ответила Элейн, прикладывая ладонь к кровоточащему лбу жестом королевы, у которой слуга пролил вино на платье. Её голос был низким, бархатным. В нём слышались стальные нотки женщины, которая привыкла сама отвечать за свои поступки и управлять салоном красоты с двадцатью сотрудниками. — Но мне нужно домой обработать рану.
Свидетелем этой сцены стал ещё один человек — Майкл Арчер. Он стоял у витрины своего книжного магазина «Archer's Books &Coffee», расположенного как раз на углу этого злополучного перекрёстка. Он смотрел на аварию через стекло витрины с грустью человека, который видел слишком много трагедий.
Много лет назад он потерял в автокатастрофе жену Сьюзан и дочь Лили...
Глава 2. Случайности не случайны
Майкл Арчер медленно отошёл от витрины. Звон разбитого стекла и визг тормозов всегда возвращали его в тот роковой вечер, когда дождь лил как из ведра, а фары встречной машины ослепили его на долю секунды, ставшей вечностью. Он сжал кулаки, пытаясь отогнать призраков прошлого, и снова посмотрел на улицу.
Эдвард, всё ещё кипя от возмущения, но уже не так яростно, как минуту назад, подошёл к Элейн. Вблизи она казалась ещё более ослепительной. В её взгляде не было ни капли раскаяния, только спокойная уверенность женщины, которая привыкла сама отвечать за свои поступки.