Мари Мальхас – Королевские чётки. Зерно чужестранца (страница 37)

– На тебе печать чудовища! Ты ему подобен! Кто ты?

Как и другие известные мне шаманы, он не ждал ответа от меня, человека, его интересовало мнение духов природы.

Не разгибаясь, он спустился с камней, как человекообразная обезьяна, и побрел к скалам, я направился за ним. Там была круглая пещера, шаман первым вошёл внутрь, заклинанием разжёг костёр и жестом пригласил меня войти.

– Зрящий в глубины, – обратился я к нему, как полагалось, – я ищу то чудовище, что создаёт здесь беды.

И он ответил:

– Ты носишь его часть! Внутри себя, в жилах, в костях, в своей плоти.

Признаться, он встревожил меня, потому что во мне есть то, что я не мог объяснить и всегда держал в тайне. Но всё же я был уверен:

– Я не имею ничего общего с чудовищем, оно тень ведьмы, что прокляла моего деда.

Мне показалось, что он усмехнулся:

– Ты научился слышать, не взирая. Но не научился зреть, не слушая…

Я прервал его. Потому что ещё подростком узнал, шаманские речи могут заставить впасть в забытьё на несколько месяцев.

– Скажи, как мне найти чудовище. Ведь ты тоже хочешь, чтобы его остановили, я слышал ваш остров уходит под воду, ваши люди голодают. Я могу помочь.

– Сказать тебе… Ты слышал… Если ты будешь продолжать только слушать, ты ничего не добьёшься. Смотри, белотелый! Смотри!

– И тогда я увижу его?

– Я не знаю твоего будущего, его нет! Лишь лжецы рассказывают о том, чего нет. Могу сказать тебе только, что чудовище выходит не всегда, не ко всем. И к тебе не выйдет, потому что оно не может навредить тебе, как не стало бы вредить самому себе. Оно не покажется, пока ты жив.

Что бы это ни значило, именно я должен был забрать зерно чёток, я не мог послать туда никого другого.

Шаман уселся, поднял толстую ветку и резко сунул в огонь. Когда вытащил, на её конце полыхало пламя, он поднёс его к лицу и заговорил, то и дело поднимая глаза на меня:

– Твоя жизнь очень дорогая, стоит сотен других жизней. Оно чует смерть, но принесёт тебе её не оно.

– Это слишком путано.

– Так, может, распутаешь? – он сипло засмеялся.

Ночь полностью завладела миром, на небе высыпали белые звёзды, луна взошла над тёмным морем, дробясь в отражении сотнями полумесяцев. Свежий ветер, развеял душный тропический воздух, подгоняя пенящиеся волны всё ближе к берегу. Вот одна из них уже коснулась моих сапог. Островитянин давно заскучал и нырнул в заросли, я ждала, когда вернётся Дарган.

Наконец, его силуэт показался из-за скал, шёл он размеренно, глядя перед собой. Размышлял. В ответ на мои вопросы он лишь помотал головой.

– Он ничего не знает, Кеита.

– И… – но я осеклась. Спрашивать его, что нам делать – погрузить в ещё большее отчаяние.

Мы тратили всё больше сил. Напрасно, безысходно, впустую. А что, если эти зёрна вовсе невозможно найти, и мы попросту погрязнем в этой глупой системе, где всем «правит сила, а не человек». Она, будто болото, может утопить и короля – болоту всё равно. Мне нечего было сказать, слова закончились.

Мы молча дошли до корабля. Ветер разыгрался, трап скрипел, качался под ногами, а может, у меня кружилась голова. Мне не спалось и не сиделось на нижней палубе. Я прохаживалась от края до края, поглядывала за борт, грань между небом и морем была еле различима. Сырой туман клубился над палубой, создавал причудливые образы вокруг корабельных ламп. Воздух, разбавленный водой, играл в свете огня, природа чудила, колдовала. А мы, её крохотные песчинки, плыли по течению. Плечи подрагивали от холода, а внутри разлилась горечь.

Глава 14

Ещё пара нудных часов и глаза стали различать огни Кассинианского порта.

В висках стучало, лицо горело, как будто начиналась лихорадка. Я устала душой и телом, хотелось поскорее найти кровать, запереться от всего мира, накрыться с головой одеялом и уснуть.

В порту было людно и шумно. Свет факелов очерчивал сгорбившиеся силуэты носильщиков, тёмную фроксийскую форму, доспехи стражников. Длинные тени мельтешили наперекрест друг другу возле только что прибывшего корабля. В остальных частях порта царил мрак, да свистел промозглый ночной ветер. Лишь далеко, за последним причалом, горели окна "Штормбрекера", мягкий уютный свет манил, источал тепло на расстоянии.

Дети Неки давно спали в каюте, утомлённые долгим плаванием, так что Нека осталась на ночь на корабле вместе с Бутой. А вот куда пропала Бали, я заметить не успела. Будто и не было.

Когда мы с Дарганом сошли на берег, мне показалось, что я вижу в толпе её светлые волосы. Я не стала этим озадачиваться, как и беспокоить Даргана вопросами. В конце концов, нас здесь могло вообще не быть.

"Тут есть стража, другие рыцари Армады, даже сам советник – так пусть разбираются", – подумал мой усталый мозг, когда мы напрямую направлялись в "Штормбрекер".

Комнат хватало, и моя маленькая мечта уединиться и отдохнуть, наконец, сбылась. Бывшая корабельная каюта сохраняла уютную атмосферу старинного корабля. Пахло морской солью и нагретым деревом, угли в камине потрескивали, разыгравшиеся морские волны шумели под окном. Я вытянулась на кровати и накрылась одеялом.

Долгожданное тепло расслабляло, дремота уносила прочь тревожные мысли. Сон явился ко мне на цыпочках, от него пахнуло весенними цветами и горячим шоколадом…

Мой покой длился пару часов… Его прервал внезапный грохот. Он ворвался в ночную тишь, пол и стены содрогнулись. Я села, спустила на пол похолодевшие ступни. Из коридора послышались хлопки дверей и крики, я встала, натянула платье и выглянула за дверь.

Люди одетые, раздетые, с накинутыми на плечи одеялами выскакивали в коридор, переговаривались, вскрикивали, бегали, куда-то собирались. Ответа от них было не добиться.

Я пошла по коридору, через полутёмные ночные залы, где среди опрокинутых стульев, мельтешили гости и работники таверны. Многие толпились возле окон, откуда почему-то сочился красноватый свет.

"Уж не пришёл ли день Расплаты, о котором так часто рассказывают священники на проповедях?"

Я пыталась пробиться к окну, задавала вопросы, бегала по залам, всё бессмысленно – «Штормбрекер» превратился в обитель кричащих безумцев. У меня самой уже подрагивали колени, а к лицу прилил жар, когда я, наконец, пробилась к двери, выбралась наружу и… обомлела. Гавань горела!

Огнём была охвачена деревянная набережная, служебные постройки и даже корабли у причала. Крики, треск, шум – всё сливалось в единый адский гул, будто исходящий из недр земли.

Я смаргивала снова и снова. Во мне ещё жила надежда, что это просто страшный сон, сейчас он закончится. Я проснусь в тихой каюте корабля-таверны, и ветер будет разгонять волны под окном.

Но кошмар не заканчивался. Языки жадного пламени вздымались кверху, заглатывая здания одно за одним по самые крыши. Пожар беспощадно превращал наследие мореплавателей в чёрные горки пепла.

«А люди…Ведь там остались люди! Много людей. Их даже не различали глаза. О Боже, Бута, Нека, дети!»

С этими мыслями я рванулась вперёд: если придерживаться каменной дорожки возле набережной, можно избежать огня до середины пути, а там разберусь…

– Стой, погибнешь! – чья-то рука ухватила меня за локоть. Я обернулась и лицом к лицу встретилась с Дарганом.

– Но там…

– Пламя слишком сильное! Туда не попасть!

Он был прав, я огляделась:

– Ну тогда я полечу!

– Куда ты полетишь? Гредвар на полной скорости и то не может пролететь дальше двадцати метров! Хочешь свалиться в огонь? Успокойся! – закричал Дарган.

По правде говоря, на долго меня хватить не могло, удерживать тело в воздухе – задача не из лёгких, а силы были на исходе. С гавани веяло жаром так, что слезились глаза. Но что же делать?

– Что встали? Выносите вёдра, все, какие есть, а ну живо! – знакомый голос, который только что звучал рядом, уже звучал на всю гавань, громко и уверено. Дарган взял дело в свои руки.

Через минуту с десяток людей уже выстроилось в цепочку, одни черпали воду из моря, другие передавали дальше, крайние выливал её на огонь.

– Живее! Быстрее! – гремел над гаванью голос Даргана. – А вы что встали? Сюда! Давайте за мной!

Пламя полыхало, шипело гигантским змеем, не хотело сдаваться, тем не менее цепочка продвигалась вперёд, шаг за шагом. Я шла с ними, мне передавали вёдра, я выливала их на пылающий ад. Огонь превращал воду в раскалённый пар, он обжигал лицо, едкий дым бил по слезящимся глазам. Мы шли.

Впереди звучал голос Даргана, направлял нас.

– Не туда! Налево! Больше! Вы двое заснули что ли?

Алые языки приклонились к земле, за ними я увидела группу людей у рухнувшего здания.

– Вы пятеро – помогайте им. Всех в "Штормбрекер". Остальные дальше! – прозвучал командный голос короля.

«Где же «Везунчик»?».

Я высматривала корабль Буты. Наконец он показался из чёрного дыма, целиком охваченный пламенем. В висках застучало, мир на мгновение потемнел, но уже не от дыма или недостатка воздуха.

«Бог мой Великий, не может быть!»

Расплескав перед собой ведро воды, я кинулась к краю причала. В воде барахтались дети, а Буты и Неки нигде не было видно.

– Нужно их вытянуть! – заторопился Дарган.