Мари Лу – Бэтмен. Ночной бродяга (страница 26)
— А как они работают? — спросил Брюс, пытаясь оторвать свой взгляд от пристальных глаз дрона.
— Ну, — ответил Люциус, — давай достанем одного из них и продемонстрируем.
Ближайший к ним дрон ожил, его глаза засветились немигающим голубым светом. Похоже, он немедленно засек стоящих перед ним людей.
— Пом, — поприветствовал Люциус, кивая боту. Как только он произнес имя дрона, голова робота повернулась в направлении мужчины.
— Мистер Фокс, — ответила машина.
— Теперь, — продолжил Люциус, снова поворачиваясь к Брюсу. — Пом, или Превентивный оборонный механизм, уже определил, основываясь на нашем пульсе, электрических сигналах и языке тела, что мы с вами друзья. Пом также прошерстил интернет в поисках информации на нас обоих. Дайте мне свой телефон.
Брюс послушался. Люциус взял гаджет, поднес его вплотную к своему устройству и установил что-то на телефон Уэйна. Юноша настороженно ждал. Мгновение спустя Люциус вернул телефон хозяину. На экране Брюс увидел приложение, показывающее бело-голубые силуэты его самого и Люциуса. Цветовая схема соответствовала категории «Дружба».
— А если Пом идентифицирует кого-нибудь как враждебно настроенного, — продолжил Фокс, — он немедленно отреагирует в соответствующей манере.
— А как он определит, что кто-то враждебно настроен?
— Язык тела. Агрессивная поза. Пом также понимает, что говорят люди, и на какие-то слова у него настроены фильтры, по ним он моментально определяет уровень агрессии. — Люциус повернулся к боту, прищурился и сжал кулаки. — Позвольте мне продемонстрировать, — предложил он Брюсу, не сводя глаз с дрона.
Дрон среагировал моментально, расправил конечности, показав два встроенных набора вооружения, по одному с каждой стороны. Пом выпрямился и завис над Люциусом.
— Отступите или будете арестованы.
В то же время из другой конечности дрона выдвинулся металлический щит, так быстро отделивший Брюса и остальных исследователей от Люциуса, что юноша едва успел понять, что происходит. Брюс мгновенно отскочил назад, инстинктивно закрывшись руками. Как только Люциус задрал руки, словно бы признавая поражение, дрон засек это движение и моментально ответил:
— Благодарю вас за содействие, мистер Фокс.
Слова бота изрядно озадачили Брюса.
— А что будет с теми, кто не готов содействовать? — уточнил он.
Люциус снова нажал кнопку на телефоне, и дрон моментально вернулся в спящее состояние.
— Главная задача Пома — защита офицеров полиции, находящихся у него в ведении. Он будет постоянно находиться в режиме защиты, режимы нападения мы придержим на крайний случай. Этот режим будет активироваться только тогда, когда дрон поймет, что нарушитель готов напасть.
Люциус продолжил говорить, погружаясь в подробности функционирования бота, а Брюс шагнул поближе к Пому и принялся изучать робота вблизи. Люциус открыл панель на боку бота и показал на несколько схем.
— Если бы я попытался убежать или начал сопротивляться, Пом попытался бы мирно меня задержать. Они также запрограммированы не нападать на другие дроны. Так что друг в друга они стрелять тоже не будут.
— Впечатляет, — ответил Брюс, внимательно наблюдая за тем, как Люциус показывает ему провода, скрывающиеся за второй панелью на теле робота.
— Мы предлагаем, чтобы один наш дрон сопровождал каждый отряд полиции в городе и несколько ботов было приписано к каждому отряду спецназа. Они могут оказывать поддержку и повышать морально-психологическое состояние своим коллегам из числа людей, а также моментально превращаться в защитников, оберегая жизни офицеров полиции города даже на самых опасных улицах.
Брюс не сводил с дрона взгляда. Юноша никогда еще не видел столь продвинутый искусственный интеллект. Его разум лихорадочно соображал, пытаясь понять, как Люциусу удалось достичь подобных высот. Брюс помнил, что Люциус еще несколько лет назад придумал и собрал с нуля другого дрона, который тоже мог летать. Брюс подумал обо всех кодах и программном обеспечении, которые он видел в разработке. Неужели Люциус превратил того дрона в нечто невероятное?
Мысль вспышкой пронеслась у него в голове и испарилась в следующую же секунду. Брюс раздраженно моргнул. Девушка была преступницей, она относилась как раз к той категории людей, которых дрону полагалось арестовывать в первую очередь. Почему же юношу так волновало, сможет ли она понять и оценить подобную технологию?
— Пом может также менять размер, — продолжил Люциус, кивнул дрону и нажал еще на несколько кнопок в приложении. Металлические ноги дрона начали увеличиваться, пока он не стал высотой раза в два больше исходного положения. А затем он начал складываться в обратном направлении, уменьшаясь все сильнее и сильнее, пока не сравнялся ростом с Брюсом. — Подобная вариативность размера дает нашим дронам ошеломляющий уровень мобильности, так необходимой ботам для выполнения своего долга по защите покоя граждан.
— Когда мы выкатим бета-версию? — спросил Брюс.
— Во время презентации, — ответил Люциус, сложив руки за спиной. — На нашей презентации дроны заменят человеческую охрану, чтобы впечатлить гостей.
— Миленько, — ответил Брюс, хотя его мысли уже вернулись к Ночным бродягам. Он по-прежнему не знал, ни зачем Бродягам так много оружия, ни когда они собираются ударить в следующий раз. Его рука потянулась к устройству, которое он припрятал в кармане. Оно пригодится ему, если Брюсу понадобится снова поговорить с Мадлен. И если ему светит еще одна встреча типа той, в здании «Беллингем», ему отчаянно понадобится защита, предлагаемая собранной в этой комнате техникой.
Юноша повернулся к Люциусу.
— Ты не мог бы добавить меня в систему, чтобы я мог самостоятельно сюда приходить? В следующие месяцы мы не так часто будем видеться. — Брюс прокашлялся и одарил собеседника максимально честным взглядом, на какой только был способен. — Я бы хотел несколько пристальнее изучить дронов.
— Ну, конечно же, — ответил Люциус, уважительно кивнув головой. Этот жест он использовал при общении с отцом Брюса. — В конце концов, это же твоя корпорация.
Глава семнадцатая
Той ночью Брюсу приснился очередной кошмар. Он снова бродил по темным коридорам особняка Уэйнов. Казалась, что здание растянулось во все стороны, что коридорам нет конца, залы выходили в кабинеты, заканчивающиеся балконами, с которых не было видно ничего, кроме теней. Альфреда нигде не было. Брюс остановился в столовой. Кто-то сидел на диване.
Разыгралась буря. Во сне одно из больших окон в гостиной разбилось, и во все стороны брызнули осколки стекла. Подул холодный ветер, мигом погасивший огонь в камине. Брюс съежился, инстинктивно выставив вперед руки, чтобы защитить лицо. Но когда он снова оглядел потемневшую гостиную, загадочная фигура уже исчезла. Юношу сковал ужас, и Брюс испытал внезапное желание убежать как можно дальше.
До его руки кто-то дотронулся. Брюс развернулся.
Это была Мадлен.
В ночи она выглядела мертвенно-бледной, призраком, но необычайно красивым. Ее темные сверкающие волосы ниспадали на плечи, в отблесках падающих на стены и пол лучей света они казались синими. Девушка улыбнулась, как будто ждала его, и Брюс улыбнулся ей в ответ, хотя кожу в том месте, где его коснулась рука Мадлен, начало щипать. Ее не должно быть здесь, разве не так? Неужели он что-то забыл? Она была преступницей, сидящей взаперти, за толстым стеклянным барьером в «Лечебнице Аркхэм». Что же она тогда здесь делает? Брюсу было тяжело осознавать окружающий мир в ее присутствии. Все, что еще мгновение назад казалось логичным, теперь переворачивалось с ног на голову, выворачивалось наизнанку.
— А ты разве не помнишь? — промурлыкала она, подходя к нему ближе. — Ты вытащил меня из «Аркхэма» и привел сюда. — Ее голос был тихим и полным боли, при его звуках у Брюса сердце обливалось кровью. Девушка коснулась его груди, и ее руки показались юноше маленькими и холодными.
Брюс приблизился к ней, и они оба прислонились к стене. Ему потребовалось какое-то время, чтобы осознать, что у Мадлен руки в крови и что от ее прикосновений на его коже остались темные пятна.
— Ты считаешь, что мой брат заслуживал таких страданий? — спросила она.
— Признайся, — произнесла она. Ее глаза были такими темными, что черные зрачки казались неразличимы на фоне радужки. — Ты не можешь перестать думать обо мне.
Она улыбнулась.
— И что же конкретно ты обо мне думаешь, Брюс?
Брюс тряхнул головой и попытался отступить назад. Юноша знал, что ее не должно здесь быть. Каждая частичка его души кричала, что он в смертельной опасности. Но девушка не позволила ему сделать шаг назад, она снова притянула его к себе, пока его губы не оказались в опасной близости от нее. Затем Брюс поцеловал ее, мягкое тело девушки прижалось к нему, и это — это — было все, чего он когда-либо хотел. И почему он хотел уйти? Мадлен жадно вернула ему поцелуй. Голова кружилась. Каждый мускул в его теле напрягся от желания и ужаса. Он никогда прежде не испытывал ничего подобного, никогда еще не был в объятиях девушки, которая вот так вот его пугала. Это казалось ошибкой, ужасной ошибкой… и в то же время это было самое лучшее ощущение в мире. Он не мог оторваться от нее. Мог только продолжать целовать ее губы, затем подбородок, затем шею. Он хотел слышать ее резкое дыхание, хотел слышать, как она шепчет его имя снова и снова. Она хотела быть здесь, в его объятиях.