Мари Александер – Замуж за Орка (не) по своей воле (страница 45)

— Кровь и любовь матери? — повторила я слова Кари, смотря на младенца на руках у серокожей орчанки. — Хальрита, ты всегда называешь Тара «мой любимый сын», это же не просто слова?

Вторая мать Тара посмотрела на меня, и я поняла всё без слов. Достаточно было вспомнить, как она протянула свою руку, подставляя её под удар меча. И меч вождя впитал кровь матери. И пусть Хальрита сегодня сказала, что это моя кровь спасла Тара в тот день. Это не отменяла того, что неродная мать Тара была готова пролить свою кровь и даже умереть за него.

Открыв свою ладонь, я призвала кинжал. Магический клинок уже знакомым теплом согрел руку. Увидев его, Тар напрягся, а Хальрита протянула мне одну из своих ладоней. Сначала я полоснула свою руку, потом сделала то же самое с протянутой мне ладонью Хальриты. Кинжал жадно впитывал кровь. Точно так же, как он впитывал кровь Сувиры несколько минут назад. Это навело на одну мысль, но я не стала её озвучивать. Если судьба сведёт нас с ведьмой ещё раз, обязательно спрошу у неё об этом.

Но я на это не сильно рассчитывала.

Потому что вместе со своей кровью Сувира передала кинжалу и свои знания. Теперь я точно знала, как снять проклятие, и знала, зачем нужна Эу.

Сама я не смогла бы вонзить кинжал в сердце сына Тара. Ведь, чтобы избавиться от проклятия, Катон должен был умереть сегодня. Вместе с ним умерло бы проклятие, а уже затем кровь и любовь матери вернула, вдохнула бы в это тельце жизнь.

— Нужна третья мать! — сказал король эльфов, поняв, что я собираюсь сделать.

— Она уже отдала свою кровь, — ответила я, увидев в своей голове смазанные картинки чужой жизни.

Вот и не потребовалось задавать Сувире лишних вопросов. Оказалось, что у нашей ведьмы было намного, намного больше секретов, чем я думала.

Кинжал снова жёг руку и рисовал картинку того, что сейчас должно было произойти. Взяв рукоять клинка поудобнее, я занесла руку вверх, а вторую ладонь положила на оберег.

— Тар, не отпускай меня! — прошептала я.

Глава 52

Голос любимого орка раздался уже где-то в отдалении: «Никогда не отпущу! Ты моя!», но всё случилось по-другому. Сорвав амулет, я готовилась бороться с Эу, готовилась торговаться с ней, собиралась черпать силу в Таре, лишь бы остаться в теле эльфийки в том мире, где были все, кого я уже полюбила всем сердцем.

Но эльфийка приготовилась лучше меня. Она просто вытурнула моё сознание из своего тела и захлопнула дверь между мирами. Обрезала все ниточки, связывающие наши души. Как у неё это получилось, я не знала, она будто всё просчитала, или ей кто-то помог в том мире. Но кто, я уже могла лишь гадать. Ответить на мои вопросы было некому.

Никаких сделок, никаких условий, никаких переговоров, меня просто вычеркнули из уравнения, как лишний знак.

Я очнулась от боли в груди. Казалось, что кто-то реально резал мою плоть по живому, без анестезии. Хотела прижать руку к груди, чтобы хоть немного ослабить боль, но не смогла этого сделать. Мои руки были будто привязанными. Тело чувствовалось как чужое и тяжёлое, меня что-то сковывало по рукам и ногам. Я даже голову не могла повернуть.

А боль в груди всё усиливалась и усиливалась. Не было сил терпеть, и я закричала во всё горло.

Почему вдруг пришла мысль об анестезии, я поняла, когда через какое-то время услышала голоса, открыла глаза и осмотрелась.

— Доктор, она пришла в себя.

Странно было слышать заботу в голосе бывшего мужа.

— Это хорошо, — ответил какой-то незнакомец. — Но вам лучше сейчас уйти, чтобы не вызвать новый рецидив. Помните, чем всё закончилось в прошлый раз?

— Да, Леонид Викторович, — соглашался бывший муж с мужчиной в белом халате. — Но если что…

— Психика пациентки сейчас очень шаткая, а вы её сильно нервируете, — более строгим голосом сказал доктор. — Подождите меня в коридоре.

— Да, конечно.

На бывшего мужа я уже не смотрела, моё внимание было сосредоточено на мужчине в белом халате, на докторе. Боль в груди поутихла, и я осмотрелась.

— Где я? — задала вопрос.

Обстановка и наличие доктора в халате явно говорили о том, где я. Но мне всё же хотелось уточнить кое-что. О том, что это была не простая больница, стало понятно по такому незначительному факту, что я реально была пристёгнута ремнями к кровати.

— Рад, что вам лучше, — сказал доктор, придвигая стул к кровати и садясь на него. — Но позвольте сначала мне задать вам несколько вопросов.

В ответ я кивнула. В моей нынешней ситуации спорить с доктором было бы глупо.

— Вот и хорошо, — обрадовался доктор.

Видимо, он готовился к другому ответу, и моё согласие его удивило.

Он достал из кармана телефон и включил микрофон. Тут же пояснив:

— У меня нет с собой сейчас ручки и бумаги, поэтому я запишу наш разговор, как и несколько предыдущих. Вы не возражаете?

И снова я просто кивнула.

— Начнём. Я Завьялов Леонид Викторович, психотерапевт. Доктор наук, заведующий частной клиники по лечению неврозов. Представьтесь теперь вы, пожалуйста.

Прекрасно теперь понимая, где нахожусь, и видя, с каким любопытством и нетерпением доктор ждёт мой ответ, я его разочаровала.

— Елена, — впервые за долгое время произнесла я своё имя.

Доктор внимательно посмотрел на меня, ожидая какого-то подвоха.

— Верисова Елена Константиновна, — представилась я полным именем.

— А ваш муж? — продолжил допрос доктор.

— Мой бывший муж, — поправила я доктора. — Вересов Сергей Александрович. Мы развелись, но я не стала менять фамилию на свою девичью из-за дочери.

— Да, — кивнул доктор. — Хотите поговорить о вашей дочери?

— Нет! — резко ответила я. — Хочу, чтобы вы объяснили, что происходит, почему я в вашей клинике, и почему я связана?

Дальше между нами состоялся очень интересный разговор. Доктор рассказал мне, как я оказалась в больнице, даже дал послушать аудиозапись одной из наших предыдущих бесед. Конечно, услышав слово «психиатр», я уже предположила, что случилось. Ну а голос Эу на записи и то, как она доказывала доктору, кто она такая, уже всё расставили по своим местам.

— Согласно моему диагнозу, смерть дочери послужила триггером, и вы решили уйти от реальности. Такое может случиться с каждым, — подытожил доктор. — Я очень рад, что вам уже лучше. Но, как вы понимаете, сразу отпустить вас домой я не могу. Мы хоть и частная клиника, но согласно законодательству, пока вы являетесь потенциально опасной для окружающих, я обязан буду держать вас тут.

— Опасной для окружающих? — переспросила я.

— Да, вы пытались убить жену и ребёнка вашего бывшего супруга. Говорили, что нужна их кровь для какого-то обряда.

Ответ доктора поверг меня в шок.

— Вижу раскаянье и удивление на вашем лице, — тут же попытался успокоить меня доктор. — Хорошо, что всё обошлось. Они живы. Порой смерть близких может реально повредить разум. Так что я всё понимаю и сделаю всё что смогу для того, чтобы вы как можно быстрее и менее безболезненно вернулись к нормальной жизни.

Доктор говорил очень участливо. Но при упоминании смерти близких он отвёл взгляд. У меня тут же возникла ещё куча вопросов. Но доктор сказал, что для одного дня и так много информации и мы продолжим разговор завтра. Ночь я провела спокойно. Сначала долго не могла уснуть, а потом провалилась в глубокий сон без сновидений. А ведь я так надеялась во сне увидеть Тара и Кари. Но этого не случилось.

От кровати меня отвязали лишь утром. А после водных процедур и завтрака проводили в кабинет к доктору.

— Доктор, я реально не помню ничего, что со мной случилось после похорон, — сразу сказала я, как только доктор включил аудиозапись и взял блокнот и ручку в руки. — Есть что-то ещё, что я должна знать? Что я сделала?

— Ваш бывший муж вовремя предпринял меры и привёз вас к нам. Но до того как прийти к нему домой, вы раскопали вашу дочь и уже вымазанная в её крови пришли в дом бывшего супруга.

Это был полный аут. Да, натворила тут Эу дел.

Но меня удивило, что бывший муж не упёк меня в обычную психушку. Ответ на этот вопрос я получила сразу, как спросила.

— Да, наша клиника частная и довольно дорогая, но все расходы покрывает одна европейская медицинская организация, — пояснил доктор и достал из стола папку. — Вот, здесь документы, вы можете ознакомиться.

Мне достаточно было лишь увидеть логотип той медицинской организации, чтобы вспомнить название. Эта фирма разрабатывала экспериментальные препараты, которые были последней моей надеждой на спасение дочери. Но, увы, для моего котёнка было уже слишком поздно.

Согласно документам, которые дал мне доктор, недавно я стала очень состоятельной женщиной. А когда у меня «поехала крыша» и я попала в больницу, бывший супруг начал оформлять документы на опеку по причине моей недееспособности. Неудивительно, что Сергей очень расстроился, когда доктор сообщил ему, что кризис миновал и я иду на поправку.

Леонид Викторович оказался честным доктором и не повёлся на предложение бывшего супруга «залечить» меня и оставить в клинике на пожизненный срок. И по всем прогнозам доктора меня в скором времени собирались выписать. Доктор соглашался с тем, что мне намного лучше, но не спешил говорить о полном выздоровлении.

— Вы как будто чего-то ждёте? Чего? — спросил меня Леонид Викторович на очередном сеансе.

Проницательность доктора меня поражала, но я не признавалась даже себе, что жду момента, когда появится мой зелёный громила и заберёт с собой в Межмирье. Я даже была согласна снова пережить падение с водопадов на Реке Жизни. Лишь бы вернуться туда.