Марго Штефман – Сплетни (страница 1)
Марго Штефман
Сплетни
Часть 1. Амиран. Глава 1. Губернаторская дача.
Город Энск. 2008 год.
Ветер шумно качал деревья в темноте, срывая листья силой. За этим особенно приятно было наблюдать, находясь в щедро отапливаемом камином зале. Пол был выложен светлым полированным мрамором, и в нём беспорядочно скакали туда-сюда блики от огня.
В комнате было трое.
Коммерсант Александр Григорьевич Васалов. Мэр Павел Рудольфович Бочкарев. И Амиран Иванович Арисханов. Который был, к слову, вовсе и не Иванович. Но так было проще к произношению.
В тусклом свете можно было различить их решительные, но скорее — бесчеловечные профили. Кто бы что ни говорил про выдумки, а бесчеловечность — такая штука, которую отмечаешь скрытым умом тотчас же, как только начинаешь иметь с этим дело.
Васалов сидел, нога на ногу, еле заметно покачивая ботинком. В отражении крокодиловой кожи бликовал огонь. Бликовал он и в циферблате часов градоначальника Бочкарева. И в линзах очков Амирана Ивановича. И в винтажном стекле графина с виски, который услужливым движением ослабевших от возраста рук опустила на стол перед господами экономка Граня. И тут же удалилась. В молчаливой полутьме можно было услышать дребезжание стёкол от ветра. Первым тишину прервал Александр Григорьевич:
— Грядут перемены. И, как водится, паны дерутся — у холопов чубы трещат. Ты, Павлуша, обосрался. А нам с Амираном Ивановичем теперь хвосты подчищать перед столицей. Они беспорядок ох как не любят. Я это место тебе зубами выгрызал. Чтобы нам всем было хорошо и без вопросов. А ты и полгода не продержался.
— Да не сам это я, Александр Григорьевич! Меня конкуренты подставили. Вы же знаете, как это бывает.
— Знаю. И так же я знаю, что не дать себя подставить — это стратегическая прозорливость. Хотя кому я говорю? Ты, Павлуша, и слов-то таких не знаешь.
— Кто там? Шафранчик? Пусть заходит.
Павлуша заметно занервничал. Стал потирать то нос, то подбородок. Хлопать по карманам мятого, испачканного в чём-то клетчатого пиджака. Как будто боялся потерять что-то ценное.
Через пару минут в комнату вошёл высокий худощавый мужчина средних лет в чёрной кожаной куртке. От него пахло дорогим селективным парфюмом и табаком. Левая рука висела плетью, а правой он поздоровался сначала с Васаловым, который при виде гостя даже встал. Затем с Амираном Ивановичем. И, равнодушно пройдя мимо мэра, сел в широкое кресло у дребезжащего окна.
— Юр, выпить хочешь?
— Не пью на работе.
— Какая работа, Юра?! Бог с тобой. Тут мы все давно семья.
— И в семье не без урода. — Юра указал глазами на раскрасневшегося мэра и продолжил. — Рудольфович, вот на кой хер ты жену отпиздил на глазах у всей почтенной вечеринки?
Градоначальник фыркнул, отвернулся и пробубнил куда-то в стену:
— В водку что-то подмешали, Юра. Никогда я на жену руку не поднимал. Вот те крест! И в мыслях не было.
— Вооот! Поэтому я не пью на работе. — назидательно произнёс Юрий. — Короче говоря, твою отставку обнародуют в пятницу. Официальная версия «по состоянию здоровья». Но все мы знаем, с какой скоростью распространяются слухи.
— Ты, Юра, главное скажи, кого к нам спустят-то? — чавкая виски из граненого бокала, уточнил Васалов.
— Не решили пока.
— Так уж и не решили, а отставка в пятницу?
— Раз не говорят, значит, не в нашу пользу дело. Амиран, чего молчишь? Тебе давно в политику пора. Попробуем?
Амиран Иванович задумчиво взглянул на собеседника и монотонно ответил:
— Публичность не люблю.
— Ты о себе только думаешь. А надо о деле думать.
— Подумаю. — равнодушно кивнул Амиран Иванович, давая, конечно, всем понять, что на эту тему он думать и не собирается.
— Ладно. Будут новости, сообщу. — Юра Шафранов поднялся с кресла и медленно пошел к выходу, цокая каблуками ботинок по мраморному полу так, что по их звуку можно было отсчитать точное расстояние до двери.
На прощание руки он никому не подал.
— И мне пора. — тихо произнёс Амиран Иванович. — Спасибо тебе, Паша, за гостеприимство. Вискарь хороший был. А вот разговор — не очень.
Простившись с Васаловым и сконфузившимся градоначальником, Арисханов по длинному тусклому коридору вышел к чёрному ходу Губернаторской дачи и закурил. Он был невысокого роста — может быть, под метр семьдесят пять. Но при этом приятного спортивного телосложения. Носил очки в золотой оправе. И пистолет. По паспорту ему недавно исполнилось 44. Но выглядел он несколько моложе этой цифры. Никогда не пил больше одного бокала чего бы там ни было. Имел четырёх детей от двух разных женщин. И в сети невозможно было найти ни единой его фотографии.
Амиран Иванович слыл серым кардиналом в бизнес-элитах города Энска. И с его мнением непременно считались все. И даже те, кому по рангу он должен был прислуживать. Ходили слухи, что в начале 90-х его имя наводило ужас на многих авторитетных людей, а один даже проиграл Амирану в карты половину ликёро-водочного завода.
Арисханов имел автомобиль более высокого класса, чем босс Шафран. Но никогда не показывал своего превосходства. Жена Арисханова работала обычным продавцом-консультантом в магазине ювелирных украшений, но только лишь потому, что ей самой этого хотелось. Многие считали Арисханова странным. И, по правде говоря, он таким и был. А мы знаем, что всё непонятное внушает недоверие. Такова природа человеческой психики.
Вдруг в кармане пальто Амирана Ивановича завибрировал телефон.
— Да.
— Ты уже вышел? — послышался в трубке голос Шафрана.
— Да.
— Надо поговорить тет-а-тет.
— Подъеду в штаб.
— Не хочу, чтобы палили. Да и бабу бы... Встретимся в «Титанике». Минут через сорок?
Амиран Иванович взглянул на часы. Стрелки близились к полуночи.
— Идёт. — кивнул он в тишину и отключил звонок с подписью "Юра Ш."
У чёрного входа его ждал бронированный внедорожник. Амиран Иванович сел на заднее сидение и сказал водителю ехать в «Титаник». Так назывался модный в те времена ночной клуб, здание которого досталось за долги бывшему сотруднику политбюро, а нынче не менее уважаемому человеку — бизнесмену Алексею Ефимовичу Синельникову. Который, в свою очередь, подарил его своему сыну — Ефиму Алексеевичу, чтобы тот «совсем дурака не валял». Ефим оказался не промах и хорошо волок в современных тенденциях. Подсмотрел успех столичного клуба «Айсберг». И, недолго думая, создал «Титаник» для сложной местной публики.
Такие люди, как Юра Шафран, могли проходить туда без досмотра и ваучера. А вот Амирана Ивановича Синельников недолюбливал, поэтому, чтобы попасть в клуб, Арисханову приходилось выполнять всю бюрократическую процедуру светской ночной жизни.
В «Титанике» по обыкновению было темно, дымно и многолюдно. Громко играла музыка. На высоких табуретах курили кальян. Стены были пропитаны виноградом и ананасом. Люди в белом ярко выделялись благодаря свечению ультрафиолетовых ламп. На лестнице у перил терлись худощавые девицы, ноги которых уходили куда-то в бесконечность. Амиран Иванович поднялся на второй этаж в вип-зону, где его уже ждал Шафран.
Юрий развалился на красном бархатном диване. Рядом на низком стеклянном столике валялась пластиковая банковская карта, часы и бокал с чем-то коричневым.
— Ты же не пьешь на работе, Юра? — чуть заметно улыбнулся Амиран Иванович. Он почти никогда не улыбался.
— Работа кончилась. Сейчас по-дружески будем советоваться. Садись. — Шафранов похлопал широкой костлявой ладонью по дивану, приглашая Арисханова присесть.
Тот снял пальто, бросил его на подлокотник соседнего кресла и опустился рядом с шефом.
— Амир, я при Васалове не стал говорить… Он давно уже мух не ловит. И пора бы ему на покой. А нам с тобой — местные элиты перекраивать. Мне предложили должность хорошую. Управленец из меня, сам знаешь, неплохой. Я за то, чтобы развивать и приумножать. А не себе в карманы запихивать. Порядок надо наводить. Искоренять отголоски 90-х. Династии барыг от кормушек убирать. Ты за меня? — Юра серьезно посмотрел в глаза Амирану Ивановичу.
— Я сам по себе, Юра. Но если надо будет — помогу. Скажи, это ты подставу с мэром разыграл?
— Проницательно. Как догадался?
— Пазл сложил.
— Выпьешь?
— Я уже у Васалова выпил.
— Ну как хочешь…А я выпью.— Шафранов начал оглядываться по сторонам, выискивая в толпе официанта, и продолжительно завис взглядом в одной точке. А потом махнул рукой тощему пацану в черном поло с фирменным значком клуба на воротничке: — Коньяка ещё принеси. И девочку вон ту позови!
Амиран Иванович тоже взглянул туда из любопытства. У перил терлись две профурсетки. Одна была одета и причесана строго по клубным канонам. Вторая же показалась Арисханову совсем ребёнком. Коротко стриженная, русая, в джинсах и белых кедах. Она заливисто хохотала, и звук её голоса летел сквозь дым и басы. Официант загадочно кивнул и подошёл к гладко причесанной. Все видели, как он шепнул ей что-то на ухо. Она обернулась и цепко вгляделась вглубь вип-зоны.