Марго Генер – Цитадель (страница 23)

Слушать оскорбления от человека эльфийке хотелось меньше всего. Был бы тут Варда – мигом бы всех построил, наладил и приструнил.

Она поднялась, окинув Теонарда презрительным взглядом, и спрыгнула с обрыва.

Пролетев четверть перелета стрелы, она приземлилась на каменистый бережок. Благодаря легкости и ловкости она лишь присела, хотя другой расшибся бы с такой высоты.

Волны с едва различимым шорохом накатывались на гравий, кое-где видны водоросли. В контрасте с гаюиновой водой они выглядели ярко-зелеными.

Возле воды солнце не кажется таким горячим, но это обман. Если слишком долго засидеться – кожу обожжет сильнее, чем в поле. И все из-за воды, которая, словно линза, усиливает треклятые лучи.

Наклонившись к кромке, эльфийка сняла капюшон и глянула в отражение. С той стороны ей улыбнулась желтоглазая красавица с аккуратными длинными ушами и серой, как полуденная пыль, кожей.

Каонэль зачерпнула воды и несколько раз плеснула в лицо. С гораздо большим удовольствием она бы сейчас полностью искупалась, но из-за обилия народа это невозможно.

Слева раздался всплеск, серая повернулась и увидела Селину. Ихтионка сидела на камне и расчесывала белоснежную копну рыбьим скелетом.

Свет играет на чешуе и бросает солнечных зайчиков в разные стороны. Ихтионка нервно дрыгала ногами, хлопая ластами по воде. Волосы на суше путались, Селина недовольно шипела и пыталась продрать колтуны, ломая зубцы самодельного гребня.

Некоторое время эльфийка молча наблюдала за безуспешными стараниями морской девы. Когда поднялась и повернулась, чтобы уйти, сказала:

– Начинать надо снизу. С самых кончиков. Тогда волосы не рвутся и гребень остается целым.

Селина резко оглянулась. Видимо, не заметила, что на берегу еще кто-то. Несколько секунд она испытующе смотрела на эльфийку, затем моргнула третьим веком и неумело улыбнулась.

– Спасибо, – произнесла она чуть хриплым голосом.

Ихтионка вернулась к войне с волосами, а Каонэль, отталкиваясь от валунов и выступов, взлетела по стене наверх.

К моменту, когда она оказалась на обрыве, гном с воргом устали ругаться и уже спокойно что-то обсуждали. Картина почти идилличная: роща с наполовину поломанными стволами, окраина леса, где под каждым дубом и сосной кто-нибудь сидит. Солнышко играет в верхушках деревьев, и Лотер с Тарнатом друг против друга.

– Да с каких пор ворги в рытье да строительстве сведущи? – устало, но настойчиво произнес Тарнат. – Гномье племя испокон ведает, как и что приладить. Мы великие мастера в этом деле. Посему я и должен верховодить в возведении целиком. Не на царство я венчаюсь, а на труды.

Воргу надоело спорить, он махнул рукой и направился в сторону леса.

– Ай, делайте что хотите, – произнес он удаляясь. – Только не перебейте друг друга. Я завтракать.

С этими словами он подпрыгнул и с размаху ударился головой о землю. В стороны разлетелись искры, и через секунду перед обалдевшим народом оказался здоровенный черный волк в плаще.

Он кое-как высвободился из штанов и оттащил их к сосне. Затем зыркнул на всех злыми угольными глазами: мол, если пропадут портки – всем головы поотрываю, – и в три прыжка скрылся за деревьями.

Несколько секунд все молча таращились на место, где исчез ворг, затем взгляды медленно переползли обратно на Тарната. Гном поежился. Видимо, тоже не привык к такому вниманию, но быстро пришел в себя и махнул троллю, предлагая следовать за ним.

Они двинулись в сторону плато через поломанную рощу. Чтобы быть в курсе событий, Каонэль пошла следом. Тем более там не будет Теонарда, который после ночного происшествия странно смотрит и говорит гадости.

Когда вышли из рощи, эльфийка уселась на бревно, подперев подбородок ладонью, и стала наблюдать.

Гном что-то тихо объяснил троллю. Тот несколько секунд двигал каменными бровями и хрустел чем-то на зубах. Когда выплюнул, оказалось – крошечный белый камешек с гладкими, как лед, сторонами. Свет играет на гранях и искрится цветными переливами. Эльфийка так засмотрелась, что не заметила, как тролль приступил к работе.

С глухим рокотом он принялся ковырять породу. Каменные пальцы с усердием погружались в скалу и вытаскивали горсти объемом с ведро. Тролль швырял их в сторону, где быстро образовалась здоровенная куча.

Гном махал руками и командовал:

– Глыбже копай! А то до зимы не управимся.

– Не мудрствуй, – отозвался тролль.

– Я не мудрствую, – начал оправдываться гном, – а резвости подливаю. На общее благо стараюсь.

Каменный гигант буркнул:

– Мне твоя резвость как горе вторая вершина.

Гном поднял указательный палец и проговорил важно:

– Резвость никогда не излишняя. Мы порой песни славные поем, чтобы дело спорилось. Хочешь, запою? У меня глотка луженая, на другой стороне плато слышно будет.

– Прошу, только без песен, – взмолился тролль.

Он недовольно пошевелил бровями-утесами и строго посмотрел на гнома. Тот развел руками, мол, как хотите, и принялся с упоением ковыряться в зубе.

Пока никто не видит, эльфийка метнулась к крошечному камешку, который выплюнул тролль, цапнула и вернулась на место. Тихонько приоткрыв ладонь, она секунду любовалась сверкающей побрякушкой, а затем спрятала в складку корсета.

Все шевеления по поводу копания эльфийке казались глупыми и бесполезными. Однако эти мысли серая оставила при себе.

Ко всеобщему удивлению, хоть тролль и не отличался умом и сообразительностью, он оказался трудолюбивым и исполнительным. Одолеть их тяжело, но очень просто обмануть. Сейчас это пошло на пользу, потому, что он был единственный, кто без качания прав принялся за строительство Цитадели. Достаточно было объяснить ему, что это необходимо.

Когда каменный гигант стал сомневаться в верности гномьих доводов, на помощь пришел Теонард. Справился он быстро, и спустя несколько минут тролль молча вернулся к краю плато копать котлован.

Спустя полчаса из рощи выскочил взъерошенный Виллейн и принялся возмущаться и негодовать. Мелкинд долго спорил, грозился уйти в леса, да так, что даже ворг не найдет.

– Нельзя ставить Цитадель у воды! – шипел он, широко раскрывая рот. – Я что, один понимаю, как это опасно? В море обитают твари, о которых вы даже не слышали. Что будем делать, когда одна из них нападет? Высокие стены не спасут. Знаете почему? У них длинные щупальца и присоски. Это такие липкие кружочки. Они ими цепляются.

Но его никто не слушал, так как тварей никто не видел. А опасаться выдуманных монстров как-то позорно даже для тех, у кого трусость – основная черта характера. Тем более все видели высоту обрыва, а это лучшая защита от непрошеных гостей.

Про шипастую спину, которую видела в воде, Каонэль решила промолчать, потому что на щупальца это было мало похоже.

С громкими спорами, которые едва не дошли до драки, Цитадель все-таки решили строить прямо здесь. Плато как нельзя лучше подходило для места хранения ценной вещицы. С одной стороны защищает море – не имея кораблей, к стенам будет сложно подобраться. Даже если вдруг появится какой-нибудь флот – не страшно. Нужно лишь выстроить стены повыше, чтобы ни одна баллиста не смогла перекинуть снаряд.

Мелкинд негодовал целый день, но в конце концов успокоился, не найдя поддержки. Только ихтионка ему не перечила. Она всю жизнь провела в подводном мире и как никто другой знала, что обитает в морских глубинах. Но Селина промолчала.

Оказалось, все тот же тролль прекрасно разбирается в вопросе стенодельного ремесла. Вместе с гномом они быстро набросали план возведения Цитадели. Для этого Теонард даже пожертвовал кусок льняной бумаги и писчие принадлежности.

Несколько часов тролль и Тарнат выводили линии и углы, что-то считали, спорили. Остальные поддакивали или, наоборот, воротили носы. Когда эльфийка с любопытством заглянула через плечо гному, увидела кучу линий, кружочков и палочек. Еще множество цифр. Их было так много, что у нее голова пошла кругом.

Проморгавшись, она отошла подальше и уселась на теплый камень, откуда уже пару часов наблюдала за работой.

На чертеже постройка получилась внушительной. С высокими башнями, воздушными и подземными переходами. По настоянию Селины пришлось дорисовать еще и канал, уходящий прямо в море. Мелкинд снова возмутился, но ихтионка заверила, что ни одно морское чудовище не пройдет в такой узкий ход, а та мелочь, что пройдет, не представляет опасности.

Сам Виллейн потребовал, чтобы ему построили личную башню с видом на море.

– Маги живут в башнях, – произнес он настойчиво. – Можете строить что и где угодно, но мне нужна башня. Высокая. Такая, чтобы во все стороны окна выходили. Посмотрим, как вы запоете, когда морские монстры начнут нападать. А я буду в безопасности.

Выспавшийся гоблин подошел как раз в тот момент, когда мелкинд выдвигал требования. Только услышал, как маг желает башню, тут же выпалил скрипучим голосом:

– Ну, тогда и мне нужно. Хочу низину, но не болото. Чтоб с домиком или пещеркой. Но лучше с домиком. Там можно грибы сушить и коптить свинину. Ну и печку туда поставить. Без печки гоблинский дом – не дом.

Секунду все молча смотрели на гоблина, а потом загалдели:

– Я хочу пещеру! Каменную!

– А мне деревянный сруб!

– Насест! Требую гнездовье с насестом и крышей от дождя и снега! И чтоб стены и дверь!

– Болото!

– Древо для лесных эльфов!