Марго Арнелл – Лавка зелий попаданки (страница 9)

Теодор проворчал что-то неразборчивое. Я закусила губу, окидывая взглядом его лицо. В зеленых глазах читалось отчетливое любопытство.

— Ты ничего не знаешь о моей тете, да? — спросила я вдруг. — Не знаешь, кто владел этим домом до меня?

Он пожал плечами.

— Я здесь недавно. Но знаешь, что я подумал?.. Если она сама прокляла землю, значит, ее смерть никак не связана с проклятием?

— Так и хочешь найти слабые места в моей идее? — неодобрительно спросила я.

— Вообще-то я искренне пытаюсь помочь, — возмутился Теодор.

— Что он делает крайне редко, — встрял Бенедикт.

Теодор послал фамильяру еще один очень красноречивый взгляд.

— Перья для письма, — по слогам произнес он. — Помнишь?

Не дожидаясь, пока эти двое наиграются в гляделки, я перетянула внимание на себя.

— Ты сам знаешь, насколько магия может быть опасна. Я плохо знала тетю. Возможно, она использовала чары, в которых разбиралась не очень хорошо.

— Как ты сегодня, — небрежно вставил Теодор.

Я сощурила глаза, но решила пропустить его ремарку мимо ушей.

— Это могло вызвать ту самую “странную болезнь”. Я не знаю. Но… не могу избавиться от ощущения, что все это как-то связано.

Забывшись, я резко поднялась с табурета. Ослабевшее от яда тело подвело меня. Меня пошатнуло, перед глазами поплыли подозрительного вида круги.

— Так, садись и дай мне руку, — требовательно сказал Теодор, подходя ближе.

Я послушалась и положила свою ладонь в его. Его пальцы были прохладными, но само прикосновение к ним согревало. И вызывало странное волнение внутри.

Теодор закрыл глаза, и я почувствовала, как энергия потекла от него ко мне. Не пламя, не свет — просто тепло. Мягкое, нежное, бережное, как вода, вымывающая изнутри яд.

Я вздрогнула. То ли от самого ощущения магии, проникающей в меня, то ли от чего-то более глубинного, что пробуждалось во мне, когда Теодор касался меня.

Он открыл глаза.

— Ты будешь в порядке. Но перестань играть с тем, чего не понимаешь.

— А как же я тогда это пойму? — невинным голоском спросила я.

Теодор посмотрел на меня — долго и пристально, и покачал головой.

— Меня окружают одни упрямцы.

— Кто бы говорил, — ухнул Бенедикт.

Я невольно рассмеялась.

— А теперь отдыхай. И вот еще что… — Теодор вынул из лежащей на полу сумки потрепанный фолиант внушительных размеров. — Здесь основное о порче и проклятиях. Если ты действительно хочешь побольше об этом узнать, начни с нее.

Я взяла книгу обеими руками, чувствуя под пальцами шершавую кожу обложки. Она пахла пылью, временем и тайнами.

— Спасибо. — Я взглянула на Теодора. Глупо, но мне не хотелось прощаться. — Так что, доктор, я не умру?

— Не умрешь. Но я начинаю подозревать, что за тобой нужен глаз да глаз.

— Даже если обычно тебе нет дела до других людей?

Бенедикт одобрительно фыркнул. Губы Теодора, к которым был прикован мой взгляд, сложились в лукавую улыбку.

— Даже если так.

Глава 11. Новые возможности

Мой дом опустел. Я сидела в кресле, укутавшись в шерстяной плед и вспоминала слова Теодора.

«На земле наложены чары скоророста и плодородия».

Простая фраза, сказанная в его лениво-насмешливой манере, не выходила у меня из головы. Если это правда и если эти чары еще действуют, несмотря на проклятие, пропитавшее землю, то… Глупо не использовать что-то, что может меня прокормить.

Все же монет, переданных мне в наследство не Агатой, а Эльзой, хватит ненадолго. А значит, нужно было как можно скорее озадачиться поиском работы. Но есть ли она в Уэстхолле?

С самой окраины в центр города я, однако, отправилась не за работой. Но все равно попала в самую гущу полуденной суеты. Кони фыркали, повозки скрипели, торговцы перекрикивали друг друга. На рыночной площади пахло сдобой, специями и медом, и в этом был какой-то искренний хаос.

Лавку семян — деревянный прилавок, покосившийся от времени и весь обложенный холщовыми мешками — я нашла довольно быстро. За прилавком стояла женщина лет шестидесяти, с лицом морщинистым, как высушенный корень. Под глазами залегли тени. Кажется, зелье от бессонницы ей бы не помешало…

— О, свежая мордашка! — проскрипела она, как только увидела меня. — Неужто новенькая? Пахнешь чужаком. Уж не из столицы ли сбежала от какого графа?

— Ничего подобного, — усмехнулась я. — Я — племянница Агаты Рейнольдс. Вы знаете ее?

Да, я решила совместить… полезное с полезным. И не только прикупить нужных мне семян, но и разузнать немного о тете Эльзы.

— Не знаю, дитя, — хмуро призналась лавочница. — Слышала, конечно, о ней, но знать не знала. Затворницей твоя тетя была. Ни с кем почти не разговаривала.

— А торговлю не вела? — осторожно спросила я.

Лавочница покачала головой.

Странно. Очень странно. Не для себя же самой Агата выращивала ядовитые растения. Ну да ладно, с этим я разберусь потом.

На холщовом полотне прилавка были разложены мешочки и коробочки, и каждая подписана выцветшими чернилами. Некоторые, благодаря книгам матери Эльзы, показались мне знакомыми. Их я и попросила.

— Мне салвиру, трагенника, лист мореллы, корень шола и пыльцу хейдара.

— Это не игрушки, — сипловато сказала лавочница. — Не для кухонного горшка. Знаешь, что с этим делать?

Я подняла на нее взгляд и прямо ответила:

— Пока нет. Но научусь. У меня книги есть.

Она прищурилась, оценивающе разглядывая меня.

— Книги, — протянула. — Значит, грамотой владеешь. Только смотри — салвира не та, что кладется в чай. Сердце может разогнать до дрожи, а тебя довести до беспамятства. А корень шола не тронь натощак — вывернет, как душу грешника.

— Хорошо, — кивнула я, перекладывая мешочки в сумку. — Спасибо за предупреждение.

— А хейдар зачем? — она приподняла бровь. — Даже у лекарей его редко берут. Книги твои кому принадлежали?

— Матери.

— Она, что ли, была ведьмой?

На миг я замерла.

— Целительницей, — отозвалась я осторожно. — Но я иду своим путем.

Торговка усмехнулась. Беззлобно, даже с неким уважением. Как та, кто сам однажды пошел наперекор чужим советам.

— Что ж, путь у тебя будет тернистый. Но если не свернешь — судьба отзовется.

Глубокомысленно и туманно, так что я ничего не стала отвечать. Отдала едва ли не последние монеты, поблагодарила и пошла прочь с рынка, чувствуя предвкушение. Я не раскопала клад, но нащупала путь к новым возможностям.

Вернувшись домой, я долго разглядывала семена — крошечные, сухие, ничем не примечательные. Ни один из них не напоминал сокровище. Но я уже знала, какая сила прячется в моей земле. И я, конечно, не про отраву.

По тропке я прошла к тому самому клочку земли, который уже очистила. Там по-прежнему царила неестественная тишина, а над огородом витал странный запах. Но земля по моим внутренним ощущениям, стала более податливой, мягкой и… живой.