Марго Арнелл – Дикий цветок Двора Теней (страница 10)
Вопросы завертелись в голове с новой силой. Высокородные фэйри похищали наш скот? Или смертные — возможно, будучи одурманенными, — сами снабжали их всем необходимым?
Впрочем, это подождет. Я набросилась на еду с жадностью дикого животного. Теплый, плотный хлеб с хрустящей корочкой. Рагу из сладкого картофеля, томата и нежного мяса, напоминавшего кролика. Пресные лепешки, которые можно было макать в соус.
Это была простая и сытная человеческая еда. Никакой магии, никаких иллюзий.
Я ела, не поднимая головы, чувствуя, как тепло и энергия разливаются по жилам. Кэлен наблюдал, прислонившись к стене и почти сливаясь с ней в свой посеревшем наряде. Я опустошила миску и откинулась назад, чувствуя приятную, почти позабытую тяжесть в желудке.
Вытерла рот тыльной стороной ладони… и невольно вспомнила о том, как пальцы темного принца касались моих губ, чтобы убрать с них мякоть драконьего фрукта.
Отмахнувшись от этого воспоминания, проникновенно сказала:
— Спасибо.
Кэлен лишь кивнул. Его взгляд скользнул по моим рукам, по простой одежде, и по его губам скользнула тень улыбки. Однако исчезла столь стремительно, что я засомневалась, не привиделось ли мне.
Однако в свете тусклого огня я смогла заметить, как на его скулах заиграли желваки.
— Хоть ты и фэйри… Тебе не нравится здесь. И они тебе тоже противны.
Под «они» я подразумевала Королеву Масок и принца Элрина. Уверена, Кэлен понял. Несколько мгновений он, не мигая, смотрел на меня. В его светлых глазах будто шла борьба — привычной осторожности против чего-то искреннего, что давно бушевало внутри.
Но сможет ли он довериться мне, чужачке?
* * *
Кэлен тихонько выдохнул, и его плечи чуть опустились. Расслабленной позой это не назовешь, но он хотя бы стал чуть меньше походить на статую стража и чуть больше — на настоящего челове… Фэйри.
— Ты весьма наблюдательна для смертной, — заметил он.
Я поморщилась. Да уж, они определенно невысокого о нас мнения. Спасибо хоть, не удивляются тому, что мы можем связно говорить и мыслить.
— Я видела, как ты смотришь на принца Элрина. У тебя… ноздри раздуваются. Совсем чуть-чуть. Но почти каждый раз, когда он открывает рот.
— Это единственное, что я себе позволяю, — усмехнулся Кэлен. — Иначе меня бы здесь давно не было.
— Почему ты тогда вообще здесь? — тихо спросила я.
Он помолчал, а потом словно принял решение.
— Я принадлежу другому двору. Мой отец — один из величайших мастеров иллюзий. А их так боготворит Королева Масок…
Кэлен запнулся, словно сам ее титул вызывал у него отвращение. А может, дело было в ней самой.
— Однажды она увидела произведения отца на одном из собраний верховных лордов в наших землях. Она не просто восхитилась. Она стала одержима им и его талантом. Предложила ему место при своем дворе. Даже… брак. Отец, конечно, отказался.
— Полагаю, ничем хорошим это для него не кончилось, — вздохнула я.
Кэлен кивнул.
— Подкупив и одурачив нужных ей людей, Королева Масок обвинила моего отца в заговоре против нее. По нашим законам его жизнь принадлежала ей. Она забрала его из наших земель и привезла сюда. А после бросила в особую темницу — посадила за решетку из живого, зачарованного терна, который пьет его волю и силу.
Лицо Кэлена стало жестким. Он говорил ровно, без эмоций, но я видела, как сжимаются его кулаки, как тело вновь охватывает напряжение.
— Я пытался его спасти. Проник во дворец, даже успел увидеться с отцом. Но в той же темнице меня поймали и привели к королеве. Она была впечатлена моими умениями. И вместо того, чтобы убить, предложила сделку. Служба здесь, в ее страже. Безупречная служба. За каждый год — одно свидание с отцом. Если прослужу десять — его освободят.
— Десять лет, — прошептала я.
Для фэйри, живущих веками, это, возможно, не так много. Но для человека в плену, для сына, вынужденного служить тюремщикам своего отца… это вечность.
— И ты остался.
— Я на все готов ради отца. Вот только… Он слабеет с каждым днем. — Впервые в голосе Кэлена прозвучала неприкрытая боль. — Решетка из терна не просто его держит. Оно тянет из отца жизнь. А он, в отличие от меня, отказывается идти на сделку с Королевой Масок. А значит, не протянет и этих десяти лет.
— Неужели нет способа освободить его?
— Я ищу их, безустанно. Но не нахожу. Силы Королевы в ее дворце безграничны. А я всего лишь страж. Слуга. Но и сдаться я не могу. Просто не имею права.
Смертная и фэйри… У нас оказалось куда больше общего, чем я могла ожидать. Мы оба — пленники, заложники чужой воли. Мы оба отчаянно цеплялись за шанс спасти того, кого любили больше жизни.
Движимая внезапным порывом, я протянула руку и накрыла сжатый кулак Кэлена своей ладонью. Его кожа была прохладной и твердой, как полированное дерево. Он вздрогнул, но не отдернул руку. Поднял на меня взгляд.
— Я понимаю то, что ты чувствуешь, — сказала я очень тихо, глядя прямо в его светлые глаза.
И знаю, что в нем, бесстрастном с виду, плещется та же буря отчаяния и ярости, что и во мне.
Кэлен задержал взгляд на моем лице чуть дольше, чем следовало. Потом мягко высвободил руку.
— Тебе нужно быть осторожной. Особенно с тем, кто наблюдает за тобой из тени.
Я не успела спросить, говорил ли он о темном принце. Забрав с собой пустую корзинку, Кэлен ушел.
А принц Элрин вернулся тем же вечером, еще более раздраженный, чем прежде. Вероятно, охота не задалась.
Балы возобновились с новой силой, будто Элрин пытался наверстать упущенное веселье. И снова я сидела у его ног в своих роскошных лоскутах и цепью на шее.
И снова на балу появился принц Двора Теней. Подошел ко мне, когда я блуждала по залу. Я не услышала его появления, пока над самым моим ухом не раздался его шепот:
— Скажи мне, что же все-таки привело тебя сюда?
Невольно вздрогнув, я обернулась и увидела тонкую усмешку на его губах.
— Бояться фэйри не зазорно, если твой век так короток, а разум заключен в столь хрупкую оболочку.
Я хмуро уставилась на него. Обязательно быть… таким?
— Это не ваше дело, — с вызовом ответила я.
Надеюсь, склонить меня к ответу он не мог. Кто знает, на что способны создания его породы.
Он приподнял бровь. Сказал с ленцой:
— Тогда предлагаю сделку. Я отвечу на твой вопрос. Ты — на мой.
Я закусила губу. Слово «сделка» царапало слух, и доверять тому, кого мысленно называла темным, я не спешила.
Но наше общение с Кэленом было строго ограничено. Не знаю, что за чары позволяли ему проникать в мою каморку, частить с этим он не мог. И без того сильно рисковал — особенно если учесть отца, томящегося в плену у королевы.
Кроме того, черноглазый фэец был принцем, а значит, мог располагать обширными сведениями об окружающем мире. И, безусловно, властью.
Что если у меня получится использовать его явный интерес ко мне в собственных целях? Знать бы еще, чем продиктован этот интерес…
— Хорошо, — выдохнула я. — Правда ли, что фэйри не умеют лгать?
Он на мгновение замер, будто не ожидал такого вопроса. Потом медленно кивнул.
— Правда. Наша речь связана с частицей богини Фэй в нас. Сознательная ложь для нас невозможна. — Принц подарил мне хищную улыбку. — Мы можем молчать. Можем говорить полуправду. Можем искажать смысл сказанного. Но произнести заведомо ложное — нет.
Это первый, но очень важный кирпичик в мое понимание самой сути фэйри. Значит, я могу задавать и иные вопросы, не боясь, что они заведут меня в ловушку или в тупик.
Если, конечно, темный принц не солгал.
— Теперь твоя очередь, — напомнил он.
Я глубоко вдохнула. Обвела взглядом зал, чтобы убедиться, что рядом нет лишних ушей. Никаких заостренных ушек.
— Я пришла сюда ради брата. Он медленно умирает от болезни, от которой в нашем мире лекарства нет. Но, говорят, оно есть в вашем. Я пришла сюда, чтобы найти способ его спасти. Любой ценой.
Лицо принца не изменилось. В глазах — ни тени сочувствия или удивления. Он просто впитывал информацию, осмысливал ее.