Marget – Мост через пустоту (страница 3)

— Да, — так же тихо ответила она. — В верхнем. И там ещё…

— Свечки, — сам закончил Лев. — Те, что мы зажигали в день её рождения.

Елена лишь кивнула, не в силах выговорить слово. Он помнил не только свечку. Он помнил всё.

— Конечно помню, — прошептал он, будто прочитав её мысли.

На его лице проступила слабая, усталая улыбка. Он осторожно развернулся в её объятии и, после секундной нерешительности, сам обнял её — быстро, неловко, по-мальчишечьи.

— Спасибо, — глухо прозвучало у неё над плечом. — За то что вернулся.

Лев не нашёл, что ответить. Он просто кивнул, лицом к её плечу, и через силу разжал руки. Пустота внутри никуда не делась. Но её границы теперь казались не такими уж безразмерными. В них появилась едва заметная, но прочная точка опоры.

На прощание она потрепала его за волосы, которые были непривычно жесткими от краски.

— Всё будет хорошо, Лёв! Будь собой! Ты чудесный!

— Спасибо, Елена Сергеевна! За всё-всё! Вы замечательная и очень дорогой для меня человек! Я больше не подведу Вас! Обещаю! Спокойной ночи!

— Спокойной ночи! Отдыхай.

Парень вышел из кабинета, тихо прикрыв дверь. Женщина опустилась в кресло и, чуть нагнувшись, открыла верхний ящик и достала оттуда фотографию в рамочке. С неё смотрела Алиса своими изумрудными глазами. Малышка на руках у мамы улыбалась во весь рот и крепко прижималась к шее. Сердце Елены сжалось и на мгновение вновь обожгло болью. Хотелось поехать домой к мужу, но усталость после невероятно сложного вечера брала верх. Елена выключила свет, закрыла кабинет и направилась в свою комнату. Войдя на автомате, она даже не сразу обратила внимание, что дверь не закрыта на ключ. На кровати сидел Евгений.

— Привет… — устало произнесла женщина.

— Привет, дорогая! Как ты?

— В целом в порядке. Устала. Туда-сюда поездки, разговоры… а ты как здесь?

— Я видел, как ты тревожилась, когда уезжала… волновался. Подумал, что возможно тебе понадобится помощь или поддержка. Ты плакала? — обратил внимание на красные глаза супруг.

— Немного… был очень сложный разговор у нас. Но, похоже, наконец, всё было не зря.

— Лев услышал тебя?

— Да, очень раскаивался и т.д. Ему, Жень, внутри очень больно. И пытается так заглушить хоть немного боль. Хотя в целом, это было, наверное, очевидно…

— Да я понимаю, ох, как понимаю. Фимыч так тоже делал. Его на учёт поставили по итогу в полиции?

— Пока, нет. Не успели. Но они сообщили уже в опеку. В общем, позвоню завтра дяде или тёте. Обсудим вопрос. В рамках школы, надеюсь, получится хотя бы тему с грантом его оставить в силе.

— Лен... - Евгений крепко прижал к себе уставшую и потерянную жену. - Всё будет хорошо! Родители прекрасно знают, какая у Льва ситуация и всё поймут. А с полицией давай я, может, попробую помочь?

— Это как?

— Ну сделаю завтра пару звонков, есть люди. И в опеку тоже. Я же тогда тебе, когда помогал с ребятами... много хороших людей узнал.

— Ох, Женька… это было бы чудесно. Лёва просто потерялся в своей боли. Очень не хочется, чтобы опека нервы мотала взрослым, запугивала его и читала морали. Ему не такой подход нужен.

— Уверен, ты нашла к нему подход и поможешь. Тем более, если парень раскаялся. Я завтра позвоню насчет него. Кинешь мне тогда смс-кой ФИО и в каком отделении он был?

— Да, конечно! Спасибо тебе, дорогой, большое!

— Пока совсем не за что! Не грусти! Я тебя люблю! И всегда рядом. У тебя болит что-то?

— Нет, ничего. Просто устала.

После душа Елена прижалась к Евгению и через несколько минут отключилась.

***

Утром, Лука и Ян привычно ушли на завтрак вместе, а Лев где-то всё утро пропадал и пришёл позднее. Но как только он появился в столовой все заметили изменения. Всё на секунду замерло. Десятиклассник вошёл не с видом надменного шута, а как обычный юноша, у которого просто не всё гладко. Его внешний вид тоже был другим. Почти весь месяц парень позволял себе не надеть то пиджак, то галстук, а сегодня он был безупречен: выглаженная белая рубашка, галстук, костюм. В ухе не висела серёжка, а волосы были аккуратно причёсаны.

— Доброе утро! Приятного аппетита! - обратился парень к учительскому столу и слабо улыбнулся.

— Доброе утро, Лев! - повторяли учителя и одобрительно кивали между собой.

Он взял сырники, бутерброды, налил себе чай и направился к одному из столов, где сидели его друзья. Хотя последнее время Лев выбирал в самом углу столовой дальнее место и сидел ко всем спиной.

— Привет, можно я сяду с вами?

— Привет, садись. — ответил спокойно Лука. — Где твоя серёжка? — обратил он тут же внимание.

— Снял, убрал. Больше не будет никаких серёжек. Так дебилы только ходят. Простите меня, парни? Я вёл как мудак. В конце лета, в этом году весь месяц…

— Я не в обиде. — первым поддержал Макс Дёмин.

— И я. — присоединился Ян и протянул Льву руку. Последним из всех это сделал Лука.

— Прости меня, бро… — Лёва сжал левую руку друга и потянулся, чтобы обнять. - Я на истории поправлял тебя не раз, не заслуженно. А ты всегда и всё равно продолжал мне помогать…

— Ты для меня лучший друг! Даже несмотря на то, что ты отстранился после лета, вёл, как эгоист и обидел меня пару раз. Я не в обиде, Лёвыч. Рад, что ты возвращаешься к себе старому!

— Я тоже рад, но я накосячил капец. И перед Ирой я виноват, и перед тобой.

— Про Иру мне сложно сказать, насколько она на тебя злится… но уверен, что выслушает и постарается понять. Я знаю, что Елена Сергеевна говорила с ней.

— Когда?

— В начале сентября, ну, может, на второй неделе. Что у тебя, кстати, вчера случилось? Вечером пришёл, сразу спать лёг.

— Я в ментовке был… — честно ответил Лев. — Поймали пьяных в парке, ещё убежать пытались.

— Невесело… и что теперь будет с тобой? Учёт?

— Похоже, что да. Слышал, что полицейский вчера звонил в опеку ещё. Так что учёт в ментовке, в школе.

— В школе Елена Сергеевна не простит? У тебя как, кстати, с ней? Она вчера вечером к нам зашла, спрашивала, где твой паспорт. Была расстроенной очень.

— С Еленой Сергеевной... — Лев опустил глаза в свою тарелку. — Мы вчера всё выяснили. Но я сказал ей в моменте такое, за что мне до сих пор стыдно. Правда, она... она нашла в себе силы меня простить.

Лука задумался:

— Сильно ругалась?

— Нет. Она... заплакала после того, как я ушёл. — Лев сказал это так тихо, что слова едва долетели до друзей. — И это было в тысячу раз хуже, если бы она ругалась. Я понял, что перешёл черту. Вернулся. Мы поговорили ещё. И вроде, как всё хорошо, но я не уверен…

Неловкое молчание повисло над столом. Ян первым его нарушил, отодвинув пустую тарелку.

— Значит, ты решил завязать с этой своей «взрослой» компанией? — спросил он прямо.

— Да. — Лев твёрдо посмотрел на них. — Они мне не друзья. А вы — да. И я очень хочу всё вернуть. Знаю, что заслужил недоверие. Я готов его отрабатывать.

Лука хлопнул его по плечу своей бионической рукой, на его лице впервые за месяц появилась открытая широкая улыбка.

— Ладно, выше нос! Главное — одумался. Всё будет гуд! А с учётом в полиции... может, Елена Сергеевна что-то придумает? У неё же есть связи.

— Не знаю. Она сказала, что попробует, но не обещает. — Лев вздохнул. — В любом случае, это моя вина и моя ответственность.

В этот момент в столовую вошла Ира. Ее взгляд скользнул по привычным лицам у окна — и наткнулся на Льва. Не на того надменного шута с сережкой, а на этого... выглаженного, причесанного, с виноватыми глазами. В груди что-то екнуло — обидное, колючее. Она резко отвернулась, будто её ударило по щеке, и пошла к своему столу, чувствуя, как на щеках разгорается предательский жар.

— Видите? — тихо сказал он. — С ней всё гораздо сложнее.

— Дай ей время, — посоветовал Ян. — Ты же знаешь Иру, она не может просто взять и переключиться. Её нужно заслужить заново.

— Я знаю. И я готов. — Лев отпил чай, смотря в ту сторону, где сидела Ира. — Просто... постараюсь где-то молча помогать. Когда она будет готова — поговорим.

Зазвенел звонок на первый урок. Все стали собираться. Лев встал и, сделав глубокий вдох, направился к выходу. В этот раз он шёл не один. С ним рядом вновь его лучшие друзья.