Маргарита Полонская – Сахарная пудра (страница 7)

— Меня зовут Валерия.

— Я Лида.

У Валерии не было ни одной подружки. Если эта девушка начнет приходить сюда часто, они подружатся. Но это будет не по-настоящему, и Лиде не нужна будет дружба, ей нужны будут только круассаны.

Валерия аккуратно спрятала за спиной плотный красивый лист с меню — благодаря занятиям тайцзи, куда ее отправила мать, запястья были очень гибкими, а движения — еле заметными.

— У нас есть сезонные напитки: теплый глинтвейн, пряный латте, травяной чай с облепихой.

— А съедобное что-нибудь? Ну или хотя бы какао? Какао с зефирками?

— Круассаны закончились, а те, что на витрине, — заказы, за которыми скоро придут, или выставочные образцы. Простите, у нас сегодня технические неполадки. Мы с радостью сделаем вам бесплатное сладкое какао в качестве извинения.

— Тогда я возьму бесплатное какао, только без корицы. Но обязательно с зефирками. Спасибо! Я корицу не люблю.

— Да, отлично. Пять минут, и я все принесу.

Валерия пошла в стафф-зону, достала из кармана джинсов банковскую карточку и приложила ее к терминалу, предварительно выбрал на сенсорном экране какао.

Она делала какао, периодически посматривая на Лиду. Та сидела, глядела в окно, иногда рисовала в блокноте, казалось, что она никуда не торопится. Новенькие сразу выделялись. Они изучали интерьер или листали журналы, смеялись, думали о чем-то сложном. У постоянных посетителей было не так. В «Кру» все съедалось быстро. После первого кусочка круассана хотелось поскорее откусить следующий.

Изредка сюда заглядывали компании подружек или коллег — они увлеченно болтали, спорили. Но после первого посещения возвращались уже поодиночке, даже не замечая за соседним столиком знакомого.

Валерия принесла Лиде какао и предложила как-нибудь погулять. На следующий день она уволилась из «Кру», а через несколько недель съехала от матери.

С тех пор они часто рисовали у Лиды, гуляли по городу, устраивали пикники, ходили в кино. Это была первая и единственная подруга Валерии.

Лида иногда разрешала ей ночевать на кухонном диване, когда той хотелось нормально поспать без нападок Зеленого. Казалось, Валерия Лиде нравилась такой, какая есть. Хотя она ничего не знала об особенностях подруги. По крайней мере, так думала Валерия. Лида упоминала девчонок и парней из театральной студии, в которой занималась, упоминала приятельниц, знакомых, говорила, что у нее хорошие коллеги, но слово «подруга» использовала только по отношению к ней.

После первой прогулки Валерия попросила Лиду больше не приходить в «Кру». Сказала, что там плохо соблюдают санитарные нормы, — из-за этого она уволилась и поссорилась с мамой.

Лида поддерживала подругу на всех этапах поиска жилья и работы. Валерия ходила с ней в канцелярский магазин выбирать фломастеры, ручки, карандаши, они вместе посещали мастер-классы по пальчиковой живописи, батику и один раз даже боулинг — просто попробовать, для разнообразия, — Лиде на работе подарили скидочные купоны. Когда она ссорилась с отцом, то звонила Валерии в слезах, и та всегда находила слова поддержки или просто молча слушала. Валерия очень обрадовалась, когда Лида пригласила ее на день рождения. Она думала, что будет много гостей, но пришла только мама Лиды. Втроем они поужинали в грузинском ресторане. Наелись так, что потом валялись на диване и ждали, пока еда уляжется. Мама подарила Лиде варочную панель, о которой та постоянно говорила. Теперь они выбросят старую плиту, оставшуюся от прошлых жильцов. Валерия подарила раскраску и букет — она долго собирала его в цветочном магазине, стараясь, чтобы он отличался от стандартных букетов, был чем-то похож на Лиду, да еще и чтобы денег хватило.

И вот они сидели друг напротив друга молча. Валерия ждала, что Лида взорвется от обиды или ударит ладонью по столу, вскрикнет или как-нибудь обзовет ее. Но ничего такого не произошло.

— Мне будет очень не хватать тебя, — произнесла Лида. — Я устала, сегодня все кувырком, пойду умоюсь и спать. Сейчас тебе белье принесу. — Она встала и пошла в комнату, забрав с собой все карандаши.

Валерия знала, что сейчас начнется превращение. Лида вернулась и положила на край дивана постельное белье, белое в синюю полоску. Не посмотрев на Валерию, она отправилась спать. Немного пошебуршала у себя в комнате, выключила свет и легла.

Валерия выдохнула, увидела сообщение на телефоне, но ответить не успела. Эдик спрашивал, как она доехала, поблагодарил за вечер и прислал трек, который они слушали в галерее.

Валерия уже стала маленькой, с синими прозрачными крылышками, золотым тельцем и оранжевой щетиной на лапках. Она поспешила заползти под диван, чтобы просидеть там пять часов. Этих пяти часов она не вспомнит, проснется уже под утро и немного поспит. Для Валерии постель — самое безопасное место в мире. Там можно поспать голой и беззащитной, отдохнуть, восстановить силы, переключиться, забыть плохое.

Лида не могла угомониться у себя в комнате. Она лопала резиновые шарики на разноцветной антистресс-игрушке. Было уже два часа ночи, но сон не приходил.

Она встала и отправилась на кухню попить воды. Валерии на диване не оказалось, постельное белье по-прежнему лежало стопкой вместе с подушкой и одеялом. Шторы были раскрыты, комнату освещал фонарь за окном. Лида включила небольшой светильник на шкафчике. Увидела маленькую Валерию, отвела взгляд. Налила в кружку немного воды из фильтра, выпила за несколько глотков. Она почувствовала, что маленькая Валерия смотрит на нее, и вздрогнула — стало не по себе. Она открыла ящик справа — там лежала всякая кухонная мелочь вроде недогоревших свечей со всех Лидиных дней рождения, праздничные салфетки, трубочки для коктейлей и коробки со спичками. Один коробок она достала, высыпала спички на столешницу, подошла к Валерии. Та уже задремала. Лида подтолкнула ее кончиком пальца, аккуратно, чтобы не раздавить. Тельце Валерии оказалось в коробке. Лида выключила свет на кухне. Вместе с коробком пошла к себе в комнату. Поставила его в круглую банку из-под ватных палочек, накрыла крышкой, проделала маникюрными ножницами несколько дырочек для воздуха и ненадолго успокоилась. Снова легла, теперь ей было нестрашно остаться одной, без подруги. Подруга будет рядом хотя бы до утра. Она закрыла глаза, услышала, что Валерия бегает от стенки к стенке, трется лапками о поверхность, от этого коробок шатался и ерзал.

Лида открыла глаза, взяла банку из-под ватных палочек, понесла обратно на кухню, открыла крышку. Валерия уже выбралась из коробка и кверху лапками лежала на спине. Лида помогла ей перевернуться, выпустила подругу на стол. Та быстро уползла от Лиды и спряталась за кружку с недопитым чаем.

— Спокойной ночи.

Лида убрала коробок вместе со спичками на место и пошла спать. Ближе к пяти утра проснулась в поту. Отправилась на кухню попить воды. Там спала Валерия, повернувшись лицом к спинке дивана и укрывшись простыней. Вместо подушки она взяла одеяло, положив на него наволочку.

Это был сон, Лиде все приснилось от грусти. В следующую ночь ей приснится, что Валерия утонет, — это просто страх потерять подругу из-за переезда, страх разлуки.

Девушки позавтракали горячими бутербродами с сыром. Лида съела две печеньки.

— Я тебя на поезд провожу.

— Да, давай.

Глава 5

Валерия очень торопилась, боялась опоздать, хотя до подачи поезда оставалось еще пятнадцать минут. Она стояла и смотрела на лужу на перроне. От быстрого шага в районе поясницы между курткой и кожей стало жарко и мокро. Немного освежиться в этой лужице было бы чудесно.

На перрон стекались семьи и пары. С сумками, чемоданами, рюкзаками, пакетами, шоперами, переносками для животных. Валерия подумала, что она единственная, кого никто не провожает. И встречать тоже никто не будет. Если тебя никто не провожает и никто не встречает, нарушает ли это законы вокзала? Может, сделать вид, что она просто ждет опаздывающего? Нахмурить брови и оглядываться, посматривать время от времени на часы. Она заметила мужчину с седой бородкой, которого уже видела рядом с домом Лиды. Он работает на Марину Сергеевну. Это Георгий Петрович. Валерия всегда забывала, как его зовут. Он стоял внутри вокзала в кожанке, зеленой рубашке, черных джинсах и грубых черных ботинках. Его подтянутое тело вызывало у Валерии отвращение. Он пил кофе из стаканчика с изображением кофейных зерен и делал вид, что не смотрит на нее, на перрон. Как будто в раздумьях любуется серыми клубами дыма от завода вдалеке, ну конечно. Какой у него план? Какую задачу поставила ему мама?

Приходит сообщение. Мама пишет: «Если ты уедешь дальше чем за 500 км, во время превращения высохнет хитиновый слой, что приведет к необратимым последствиям». Не дожидаясь ответа, отправляет еще сообщения: «Если бы я хотела удержать тебя, просто посадила бы в спичечный коробок и заперла дома»; «Ты можешь жить как тебе хочется только в радиусе не более 500 км от лаборатории»; «Ты же взрослая и умная».

Поезд прибывал. Валерия приготовилась, если что, побежать со всех ног к своему вагону и спрятаться в туалете, как герой фильма, который она иногда видела урывками, пока переключала каналы на телевизоре у мамы в комнате. Она погуглила в телефоне расстояние в километрах до пункта назначения — 619,2 км.