Маргарита Климова – Полюби меня такой (страница 13)

Из любопытства слежу за этой парочкой. Мама оказывается права. Доведя супругу до стола с закусками, оставляет её в компании нескольких сплетниц и еды, а сам хватает молодую официанточку, зазывно улыбающуюся каждому мужику в этом зале.

— Надеюсь, дальше не пойдёшь за ними следить? — смеясь спрашивает Джейк.

— Нет, — отрицательно качаю головой. — Я за тобой буду следить, чтобы тебя тоже какая-нибудь девица не утащила.

Единственная девица с которой я готов утащиться, это ты, — обнимает, притягивая к себе и оставляя скользящий поцелуй на губах.

Осматриваю яркую толпу и натыкаюсь на силиконовую бабу с блондинистыми волосами, испортившую недавно нам ужин в ресторане. Она посасывает вино в компании нескольких мужчин.

— Джейк. А эта дрянь что здесь делает? — указываю на неё.

— Расслабься, малыш. Она работает.

— Что значит работает? — удивлённо изгибаю бровь.

— Она проститутка, — спокойно разъясняет. — Только дорогая, удовлетворяющая прихоти богатых дядек и живущая за их счёт в рамках договора.

С открытым ртом смотрю на неё, ловя ненависть, устремлённую на маму. Она не подходит, а просто сверлит взглядом танцующую чету Орловых. И столько злости в этом взгляде, даже не по себе стало. Тяну Джейка к танцующим, преграждая волну ненависти собой. Мой мужчина подтягивает меня за талию, завлекая в медленный танец.

В остальном ужин проходит спокойно. Пришедшие размещаются в соседнем зале за столами, официанты разносят всем горячие блюда, ведущий со сцены рассказывает кто какую сумму пожертвовал, гости хлопают в благодарности и всё. Вечер закончен.

В машине мама делится своими планами по организации благотворительной организации, споря с Максимом.

— Даш. Ну какая разница куда отдать деньги, — наседает Макс. — Хочешь жертвовать, переводи в любой фонд на свой вкус. У каждого на сайте программы помощи разным категориям.

— Макс. Как ты не понимаешь? — доказывает свою правоту мама. — Большая часть денег оседает в карманах организаторов, а меньшая часть у руководства, получившего помощь. Я хочу брать на содержание детские дома в областях. Проводить ревизию и не переводить туда деньги, а делать ремонт, закупать всё необходимое и нанимать качественный персонал для работы с детьми.

— И как ты собираешься всё организовать? У тебя дети и муж голодный, — притягивает её к себе, усаживая на колени.

— Волонтёры, — не успокаивается она, хотя уже понятно, что Макс на всё согласен. — Потом подберём ответственный персонал. Есть студенты с горящими глазами.

— Ладно, уговорила, — целует её и широко улыбается, играя ямочками на щеках. — Как только муж перестанет голодать, сразу займёшься.

Домой заходим на цыпочках. Если бабушки затеяли боевые действия, лучше ползти по плинтусу, не поднимая головы и задницы. Удивительно, но в квартире всё мирно. Дети спят, к дамам присоединился Богдан, Маша суетится, разливая чай.

— Добрый вечер, родственнички, — занимает позицию Макс. — Время позднее. Предлагаю остаться на ночь у нас. Комнат на две квартиры много, толкаться не придётся.

Бабушки изъявляют желание вернуться домой и Макс вызывает им такси, а Богдан с Машей остаются у нас. После отъезда старшего поколения, мужчины удаляются цедить крепкие напитки, а женщины сплетничать в обнимку с вином.

Глава 12

Джейк

Проблемы свалились нежданно. Крупный инвестор покинул проект, потянув за собой ещё двух. Как я понял, инвестор является отцом невесты, которую я, безмозглая скотина, просрал.

— Ничего, Джей, бывает, — успокаивает отец. — За любовь надо платить. Мы ведём переговоры с русскими инвесторами. Договор в стадии подписания. И немцев подтянем.

Немного отлегло. Изучаю документацию по переговорам, отвлекаясь изредка на кофе. Секретаршу пришлось сменить на юркого паренька, хиленького, но готовящего охренительный кофе. Отец ради чашечки чаще заходит и больше делится опытом.

— Видел Лену на банкете, — делюсь информацией. — Очень плохо на вас смотрела.

— Я заметил, — безразлично парирует отец. — Главное нервы не трепет, а смотреть никто не запрещал.

— Надеюсь у неё хватит ума только смотреть.

— У неё ресурсов не хватит на большее, — успокаивает отец и покидает кабинет.

Вечером Дарья летает, а папа щерится как кот на масленицу. Похоже команду Фас получили и Лёшку оставить не получится. Но всё равно рад за них, не представляю, как бы я перенёс такой длительный целибат. Не могу без каждодневной близости с Риной, вошло в приятную привычку вбиваться в неё два раза на дню.

С понимающим видом уходим домой пораньше. Родителям, явно сейчас не до кого. Проводим вечер в тихой семейной обстановке и мне это нравится. Хочу ещё парочку карапузов, бегающих по дому, сносящих стулья и вазы.

— Рин. Давай карапуза заделаем? — мечтательно подпираю рукой щёку.

— Серьёзно? — удивляется она, присев в кресло напротив.

— Вполне. Наделаем медвежат и научим на балалайках играть.

— Шутник. Хорошо, что ни водку лакать, — встаёт с кресла. — Пойду готового медвежонка спать уложу.

— Не задерживайся. Я ванну налью.

К приходу Маришки тёплая ванна благоухает пушистой, цитрусовой пеной, я в неглиже гордо опираюсь об косяк, выставив своё достоинство. Не хватает только Рины на коленях, обхватывающей губами головку твёрдого члена. А он твёрд и уставился в её направлении.

Малышка скидывает одежду, не спуская голодного взгляда с отполированного агрегата, встаёт на колени, проходит язычком по всей длине, задерживаясь на уздечке, проводит кончиком по крайней плоти, накрывает головку губами и смачно посасывает. Охреневаю от неё, когда она так делает. Охреневаю от неё постоянно. Поддаю бёдрами, намекая, что пора заглотнуть поглубже и Рина поднимает глаза, разрешая проявить инициативу. Наматываю волосы на руку, фиксируя на месте, и пользуюсь ртом по полной, до выплеска семени. Любимая вылизывает всё до капельки, поднимается с коленей и виляя пятой точкой направляется к ванной. Прогибается в спине, демонстрируя розовые складочки, и трогает воду. Опять зависаю как мудак, пялясь на блестящую киску. И ведь всё просто — подойди и возьми, а я стою и не могу пошевелиться.

— Присоединишься? Или всё это только для меня? — прорывает мою заторможенность Рина, сидящая в воде.

Отодвигаю её от края, забираюсь со спины, усаживая между ног. Облокачиваю на себя, проходя пеной по груди, поигрывая соском, целуя в шею.

— Рин. Я ведь серьёзно про ребёнка, — поднимаю снова тему, желая понять, что по этому поводу думает. — И Лёхе будет веселей.

— Давай сначала распишемся, а потом будем делать, — мягко закрывает вопрос.

За несколько часов желание въелось в подкорку. Наверное, я пытаюсь её привязать, а общий ребёнок станет той самой верёвкой.

Глава 13

Марина

С того вечера к разговору о ребёнке мы больше не возвращались, но намёки подкидывались постоянно. Желание Джейка застигло меня врасплох. Я уже родила слишком быстро, не узнав мужчину. Результат оказался слишком плачевным, а последствия будут бить ещё не один год. Как донести свои мысли до него, чтобы не обидеть, чтобы понял меня и дал время.

С мамой эту тему не обсуждала, да и не до нас ей сейчас, у них цветочно-конфетный период. Дорвались наконец после родов. Макс вторую неделю забивает на работу, Алька за вознаграждение гуляет после школы с Диной, я взяла на себя готовку. Если бы не Дина, они-бы забурили в какой-нибудь отель на неделю. Я их не осуждаю. Сама теку как кошка, находясь рядом с любимым.

Сегодня везём детей в поликлинику на плановый осмотр. Джейк на работе, а Макс навязывается с нами. Выйдя из подъезда, мы с Лёшкой и мамой направляемся к машине, смеясь как Макс упадёт в обморок, держа Дину на руках, пока у неё будут брать кровь. Сам папаша застрял в квартире с Ди, ища потерянную за завтраком соску.

Гена выходит из машины открыть нам дверь и всё вокруг замечательно. Солнце рассекает тяжёлое небо, температура плюс пять, мамина сияющая улыбка, но в душе что-то скребёт. Что-то непонятное, тяжёлое.

Выстрел разрывает тишину, боль пронизывает плечо, кто-то сбивает меня с ног. Ещё один выстрел. Тяжесть, придавившая к земле, визг Лёшки, крик Макса. Всё смешалось. Мама, лежащая на мне без сознания, Макс, поднимающий её с меня, Гена, держащий на руках детей и кровь! Много крови расползается по моей куртке! Неимоверно дёргает от ранения плечо, но мозг пытается уловить что-то важное! Кровь на мне везде, её слишком много! Поднимаю глаза на Макса, вижу перекошенное от ужаса лицо, слёзы, чудовищный взгляд и понимаю, что упустила! Кровь не моя!

— Мама! Мама! Мамочка! — перекатываюсь к ней, не обращая внимания на боль.

Плечо не больно! Больно в груди! В горле! Мама не реагирует! Белое лицо с посиневшими губами, огромное пятно, расползающееся на её груди! Мне кажется она не дышит! Проваливаюсь куда-то в клейкую серость! Сквозь туман, заползающий в нос, рот, слышу сирену скорой и отключаюсь.

Прихожу в сознание под какой-то писк, ощупываю себя в надежде, что это был очередной сон. Но тупая боль в плече выбивает воздух. Не сон!

— Мама! Мамочка! — пытаюсь кричать, но только хрип царапает по ушам.

— Мариш! Любимая! — Джейк срывается со стула, подскакивая к кровати, хватает за руку. — Всё хорошо, Мариш! Я здесь! Тебе надо отдохнуть, поспать! Тебе нельзя нервничать!