Маргарита Дюжева – Зачем нам любовь. Том 2 (страница 7)
А потом вдруг нестерпимо стыдно стало. Перед самой собой за то, что снова сомневаюсь. За то что позволила Матвею насадить мне мысль, что я недостойна, не имею права на простое человеческое счастье.
Он не прав.
Достойна. Как и все. Потому что ничем не хуже остальных, как бы ему ни хотелось приучить меня к обратному.
Пообещав себе впредь не обижать саму себя, я улыбнулась и, прижавшись к уже спящему Марату, блаженно вздохнула.
Как же все-таки хорошо, когда рядом есть тот, на кого можно вот так бесцеремонно закинуть ногу и стиснуть в объятиях.
Этой ночью спалось так хорошо, что я ни разу не просыпалась и, кажется, даже ни разу не повернулась с боку на бок. И сны снились хорошие. То теплые и уютные, наполненные духом золотой осени. То обжигающе пикантные.
Поэтому проснулась я тоже с улыбкой. Только почему-то в пустой постели.
Опять на пробежку что ли ушел? А я? Я тоже хочу бегать! Пусть спринтер из меня никакой, но я полюбила ощущение утренней свежести и шелест гравия под ногами.
Но не успела я поворчать по этому поводу, как с кухни донеслись какие-то звуки.
Мм, кажется, кто-то решил приготовить завтра в постель?
Кла-а-ас…
С тихим смехом я упала обратно на подушки, и подумала, а не притвориться ли мне спящей, когда Ремизов вернется.
И в этот момент взгляд упал на телефон, моргающий непрочитанным.
В чужие дела нос совать нехорошо, да я и не собиралась этого делать. Просто глянула мельком на экран, да так и замерла, зацепившись взглядом за оборванную строчку
Давай сегодня что?
Встретимся? Повторим? Вспомним, как нам было хорошо? Вернем прошлое?
Сотня вариантов моментально пролетело в голове и каждый из них был болезненнее предыдущих.
Он с ней, да? Снова с ней?
Чертова ревность, с которой мне в последнее время кое-как удалось совладать, снова подняла голову и оскалилась.
Эта Альбина… Она как красный флаг, рев сирены, который невозможно проигнорировать. Марат расстался с ней и в силу воспитания и веры в людей, искренне считал, что им удалось расстаться чуть ли не друзьями. Я же в такую «дружбу» не верила.
Черт, дышать-то как горячо. Каждый глоток воздуха словно кусок раскаленной проволоки пронзал легкие.
Меня эта чертова ревность, наверное, когда-нибудь добьет. Проест черную дыру размером с кулак и высосет через нее все мои жизненные силы.
Лучше бы Марат не говорил мне тогда, при первой встрече, что влюблён в другую. Предложил бы фиктивный брак и все, а чувства, пусть бы остались за кадром.
Было бы мне тогда легче? Не знаю. Вряд ли.
В коридоре раздались шаги, и я тут же плюхнулась обратно на подушку и прикрыла глаза, пытаясь сделать вид, что еще сплю.
— Подъем, соня, — Марат бесцеремонно раздвинул шторы на окнах, запуская в комнату больше солнечного света, — пора вставать. У нас много дел, надеюсь ты не забыла.
Нет, конечно. Надо проехаться по магазинам, потом забрать подарок для его матери, а вечером нас ждет торжественный ужин в ресторане.
Сердце все еще ломило, но я заставила себя сделать вид будто ничего не произошло. Потянулась, зевнула и сонным голосом спросила:
— Сколько времени?
— Время подъема, — усмехнулся он, взяв в руки телефон.
А я почему-то замерла. Даже дышать перестала, вместо этого уставившись на его лицо. Если он сейчас начнет юлить, что-то прятать, удалять…
— Так, что тут у меня? Кто-то что-то написал.
Любовь твоя бывшая написала. Не пытайся сделать вид, что это не так.
С абсолютно невозмутимым видом Ремизов прочитал послание. Только одна бровь чуть выше поднялась, как будто от удивления. Потом отправил короткое сообщение и отложил телефон.
А я все-таки не удержалось:
— Кто там тебе с утра пораньше в выходной написывает? — и чтобы не показаться мнительной ревнивицей, добавила, — Только не говори, что опять работа!
Слишком поздно я сообразила какое поле для маневра давала моя последняя фраза. Сейчас Марат согласится, скажет, что срочный проект, поставщики, из бухгалтерии и отдела кадров. А потом скажет, что ему надо уехать на пару часов, ибо в срочном порядке надо решить внезапные вопросы…
Внутри все съежилось от страха.
Не обманывай меня. Пожалуйста. Не превращай нашу жизнь в болото, где один лжет, а второй пытается сделать вид, что верит, потому что боится потерять. Не надо.
— Это Альбина, — просто сказал Марат.
После этих слов я как-то сразу обмякла. Так боялась вранья, что к честности оказалась не готова.
— В гости зовет? — меня хватило лишь на кривую шутку, хотя вообще не до смеха было.
— Приглашает сходить куда-нибудь, кофе выпить.
Вот ведь стерва. Дверь закрыли, она через окно лезет.
— С чего такая потребность?
— Отблагодарить хочет. Вчера днем забегала на пару минут, просила помочь с проектом.
Приходила, значит…
— Помог? — спросила я, стараясь чтобы голос не выдавал волнения.
— Там дел на полминуты.
Ну конечно, помог. Для него в порядке вещей помогать. Без задней мысли, лишь потому что может. Просто человек такой, отзывчивый.
Кто бы знал, как мне хотелось сейчас покусать его за эту отзывчивость! Кто бы знал…
— И когда состоится акт принятия благодарности?
— Никогда, — спокойно ответил муж, — помог и помог. Мне это было несложно и это не повод куда-то с ней идти. В таких походах нет смысла. Мы расстались.
— Мне кажется, она об этом забыла. Или не согласна с таким положением вещей…и хочет побороться.
— Ерунда, — улыбнулся Марат, — возможно, ей сложно принять, что, между нами, все закончилось, но она не станет усложнять жизнь ни себе, ни нам. Я ее знаю. Она крайне деликатный и понятливый человек.
Я бы могла поспорить на этот счет, потому что своими глазами видела стерву, которая о деликатности и понятливости знает только то, что такие слова существуют. Но зачем?
Несмотря на расставание, Марат остался слеп в своей уверенности в том, что Аля хорошая девочка. И не мне ломать этот прекрасный образ в его шальной голове. Жизнь сама расставит все по местам.
Здесь и сейчас мне хватило того, что он не соврал. Не стал придумывать какие-то оправдания или скрывать, просто сказал, как все есть на самом деле.
— Ну и хорошо, — я улыбнулась и перевела разговор на другую тему, — мне кажется, или кто-то встал с утра пораньше чтобы приготовить завтрак?
— Не кто-то, а самый прекрасный, замечательный, бомбически офигенный муж на свете, — расплылся в самодовольной котячьей улыбке.
— Позер!
— Ты не согласна, что вот это, — указал на себя двумя пальцами, — самое настоящее сокровище? Не согласна?
— Ну не знаю…
— Ах, не знаешь — он схватил меня за щиколотки и подтянул к краю кровати, вместе с простыней, — сейчас я тебе мигом все разъясню.