Маргарита Дюжева – Таверна с изюминкой (страница 27)

От гнева у меня тряслись руки. Я сжала кулаки, чтобы хоть как-то совладать с эмоциями, но они били через край.

Я за эту минуту успела с бизнесом попрощаться, с мечтами, с нормальной жизнью, а ему просто хотелось пожрать на халяву!

К счастью, это возмутило не только меня.

— Да что это такое! — дородная мать многочисленного семейства, занимавшего дальний столик, поднялась на ноги, — хорошее заведение собрался опорочить?

Ей поддакнули из-за соседних столов.

— Думаешь, тебе так просто это с рук сойдет?!

— Да я ничего…я просто, — сообразив, что дело запахло жареным, Рольф начал бочком продвигаться к дверям.

Только уйти ему не удалось, потому что разгневанный Бенджи, встал у него на пути.

Остальные гости, облегченно выдохнув от новости, что мышь подставная, принялись жевать дальше, с интересом наблюдая за развернувшимся перед ними представлением.

Только пышная женщина не сдавалась. Не знаю, как она это сделала, но буквально через полминуты в таверну вошли два рослых стражника.

— Что у вас тут? — хмуро спросил тот, у которого на рукаве красовалась нашивка командира.

— Мошенник, — женщина безжалостно указала на вонючего бородача, — еду съел, платить не собирается, еще и хозяйку хотел опозорить.

— Поняли, — молодцы ухватили вяло брыкающегося сытого Рольфа под руки и поволокли наружу.

— Они все не так поняли, — испуганно блеял он, — я все оплачу, у меня есть деньги. У меня есть много денег.

— Вот дознавателю их и покажешь, — хмыкнул один из стражников.

Когда дверь за ними захлопнулась. Я без сил опустилась на ближайший стул и, зарывшись, обеими ладонями в волосы, уставилась в одну точку.

На фиг мне такие нервные потрясения? Чуть не поседела от страха.

Тем временем женщина подошла ко мне:

— Меня зовут Вейла Мист, — строго произнесла она, — Мой муж, Тарвин Мист — глава одного из городских гарнизонов. У него с мошенниками разговор быстрый. Так что, если возникнул проблемы — обращайся.

— Спасибо, — прошептала я.

А она, все еще возмущенная произошедшим, вернулась за стол к своим детям и гневно ворчала:

— Подумать только. Совсем тунеядцы распоясались.

Я едва различала ее слова, потому что в ушах шумело. Ведь по самому краю прошла, в миллиметре от пропасти. Если бы не Бенджи…

С трудом поднявшись на ослабевшие ноги и слегка поматываясь, я направилась к нему. Подошла и просто молча обняла.

Старый пройдоха аж дар речи потерял. Замер, как каменное изваяние и замычал:

— Эээ…ыыы… ты это…чего это…прекрати мне тут.

— Спасибо вам, — всхлипнув, произнесла я, — Если бы не вы…все пропало бы. Вы спасли меня.

— Да я это… — Бенджи совсем растерялся, — просто подумал, что если тебя закроют, то не видать мне своих денежек. Так что ты не думай, я это ради тебя делал! Я с корыстным умыслом все это сделал. Вот так вот!

— Да-да, — снова всхлипнула я, обнимая его еще сильнее, — спасибо. Вы самый лучший. Без вас я бы не справилась.

Когда я его отпустила, Бенджи, от смущения красный как рак, что-то бестолково пробубнил и поспешно выскочил на улицу, так и не сказав зачем приходил. Мужчина, про которого я сначала подумала, что они вместе, занял свободный столик и, подозвав подавальщицу, сделал заказ.

Не проверяющий. Да и ладно. Мне сейчас вообще не до проверок, совладать бы с шальным сердцем в груди.

— Мне нужен эль, — сдавленно сказала я, вернувшись за стойку, — много эля. Ведро. А лучше два.

Конечно, это была шутка. Но во рту и правда пересохло, поэтому я залпом выпила половину содержимого графина, и только после этого смогла сделать нормальный вдох.

— У вас поразительная способность выходить сухой из воды и заводить союзников, — хмыкнул Стефан.

— Просто тут люди хорошие. Отзывчивые. Мне с ними повезло.

Мне вообще повезло, что уж тут скромничать. И со вторым шансом, и с тем, как складывалась новая жизнь. Да, не без трудностей, да приходилось попотеть, но в этом была какая-то своя особенная прелесть, а проблемы в виде жадной мачехи или ремонта полуразваленной таверны добавляли пикантности, но не были поводом опускать руки.

— Хм. Похвальный оптимизм.

— Это не оптимизм. Это правда, — улыбнулась я, — и вообще, по такому поводу всем присутствующим по фирменному мясбургеру за наш счет. И соберите подарочную коробку для Бенджи и всей его семьи.

Где-то за спиной тихо охнула Тара, пораженная моей расточительностью. Но я была настолько счастлива, разрешению проблемы с дохлыми мышами, что была готова накормить каждого.

Стефан улыбнулся. А я в очередной раз подумала, что у него красивая улыбка, и смущенно отвела взгляд.

Никаких шуры-муры на работе! Сначала дела, таверна, конкурс, возвращение отчего дома Хлои и только потом все остальное.

И вообще…может, он женат.

На всякий случай глянула на его пальцы в поисках кольца. Чисто.

Это хорошо… Это очень хорошо.

Стефан перехватил мой оценивающий взгляд и вопросительно поднял брови, а я, чуть кашлянув, отвернулась. Не хватало еще, чтобы он понял, о чем я думала.

Не считая неприятного инцидента с мышами день прошел спокойно. Посетителей было не меньше, чем в предыдущие дни, проверяющий так и не объявился, выручка чуть меньше за счет того, что я накормила бомжа, а потом угостила всех присутствующих Мясбургерами. Несмертельно. И вообще в такие моменты надо благодарить судьбу за то, что взяла деньгами. Ведь вся эта история могла закончиться гораздо хуже.

Дальнейшие дни оказались скудными на события. Днем я работала, следя за порядком в заведении и помогая обслуживать клиентов в моменты особого аврала, а вечером, когда мы с Байхо оставались вдвоем в опустевшей таверне, отдыхала, вела подсчеты и планировала дальнейшие шаги.

Однако большую часть времени мои мысли были заняты конкурсом. Финальный день, когда прошедших жесткий отбор, пригласят в дворец для демонстрации своих блюд правителю, был уже за горами, а я так и не видела проверяющих.

От этого было не по себе. Может они уже приходили, а я так и не поняла этого? Попробовали мою еду, беспристрастно поставили плюс или минус напротив моего имени и ушли? А может, про меня вообще забыли?

И спросить не у кого. Я даже сбегала в ратушу, чтобы узнать хоть какие-то детали по конкурсу, но меня выпроводили на улицу, со словами:

— Информация засекречена. Все узнаете, когда вас пригласят в замок. Если пригласят…

Не зная куда деваться от волнения, я старалась загрузить себя работой. Ведь стоило дать слабину и позволить мыслям отправиться в свободное плавание, как они тут же перескакивали на состязание.

Под конец конкурсной недели, я была похожа на зомби. Вздрагивала от каждого звона колокольчика над дверью, тревожно всматривалась в лица посетителей.

Может, вот эта скромная девушка?

Или вон тот усатый джентльмен, похожий на сытого моржа?

Или вот этот щуплый кучерявый мужичонка?

Да кто угодно мог быть проверяющим! Кто угодно!

Команда поддерживала меня как могла, Байхо каждый вечер делал мне расслабляющие ванны, но легче не становилось.

Разве что чуть-чуть и только в те моменты, когда ко мне наведывался Стефан, что, к сожалению, в последнее время происходило все реже и реже, потому что он был занят на работе.

Ну вот и как, скажите на милость, в такой ситуации сохранить твердость духа и не нервничать?

В день, когда закрылся отборочный тур, я была готова бегать по площади вокруг колодца, рвать волосы на голове и вопить во весь голос «спасите, помогите».

Часы тянулись так медленно, словно кто-то заполнил их не секундами, а липкой патокой. И я все больше и больше убеждала себя в том, что пролетела.

— Все пропало, — горестно вздыхала, сидя ночью без сна возле окна, — все пропало.

— Еще одно слово и я тебя оболью, — флегматично сказал Байхо, которого я уже замучила своими страданиями.

— Но я же права. Все пропало.