Маргарита Дюжева – Развод. Предатели (страница 30)
Если бы кто-то сказал ему, что бывшей жене удастся когда-нибудь вогнать его в ступор, он бы только рассмеялся в ответ.
Но тем не менее сейчас произошло именно это. Он даже слова все позабыл от неожиданности. Только стоял и глазами хлопал, пытаясь осознать происходящее.
— Что ты там делаешь? — глухо спросил он.
— Отдыхаю. Купаюсь. Пью коктейли и смотрю на закат.
Меньше всего Вера ассоциировалась у него с Мальдивами, коктейлями и закатами. Это вообще не ее! У нее не было никаких прав находиться там! Тем более в такой момент!
— У твоей дочери выступление, а ты не пойми где?
— А что не так, Коль? — она окатила его внезапным холодом, — ты сам сказал не лезть, не приближаться к вам, и не соваться на это представление. А теперь какие-то претензии?
Претензии? Да у него все слова от возмущения пропали! Подумать только! Мальдивы! Он сам там не был еще, а Верка взяла и ускакала.
Да как ее вообще туда пустили! Она же…она…
— Ты когда вернешься?
— После Рождества.
— Зашибись! И с кем ты там?
Вместо ответа, Вера сдержано предложила:
— Сходи к Марине сам. Ей будет приятно.
— Вот, мать вашу, делать мне больше нечего! — прорычал он и сбросил звонок.
Марина в истерике, Веронике плевать, Вера на Мальдивах. Это вообще, что такое?
А впрочем, пошло оно все к черту!
Это бабские дела, вот пусть сами и выгребают, как хотят. И Марина не маленькая – справится. У него своих забот полно.
Решив так, он сунул телефон в карман и отправился обратно в кабинет, где уже во всю шло веселье. Но кипело еще долго. Мысли так и возвращались к этим несчастным Мальдивам, и к тому, чем там занималась бывшая жена.
Глава 13
Крошка Мари
Марину трясло от негодования.
Ее вечер…
Ее идеальный вечер рассыпался на осколки!
Да еще и Ежова, стерва крашенная снова влезла со своим ехидством, стоило только вернуться в гримерку:
— И где же твоя группа поддержки, а? Что-то не вижу блеска звезд в нашем скромном зале. А часики-то тикают, Мариночка. Пять минут до начала. Тик-так.
— Отвали, — огрызнулась она, но Сонька, вместо того чтобы заткнуться, наоборот рассмеялась, причем громко и нарочито язвительно, специально привлекая к ним ненужное внимание.
Почти все, кто на тот момент были в гримерке, обернулись к ним и, не скрывая любопытства, слушали.
Конечно, им было интересно! Ведь Ланская столько раз хвасталась, что к ней на представление придет самая настоящая звезда, что все уже невольно ждали этого появления.
— Так и скажи: она просто забила болт на нашу Мариночку. На корпоратив, небось, отправилась.
— У нее дела, — сквозь зубы процедила Марина, вынужденная прикрывать мачеху, которая действительно предпочла развлекаться, а не идти в школу.
Как ее это бесило!
Ведь договорились же! Вероника должна была отказаться от всех своих дел, чтобы прийти к ней! Обязана была! Кто вообще так делает? Берет и в последний момент все переигрывает, подставляя других?!
Марину никто и никогда не подставлял. Она росла в абсолютной уверенности, что все всегда должно складываться удачно и по ее желанию. Поэтому ей никак не удавалось поверить, что все так обернулось. Наверняка, это шутка! Точно, шутка!
Сейчас она выйдет в зал и увидит Веронику с огромным букетом, рядом с директором. Вот тогда они все и заткнутся! Увидят кто кого и насколько ценит!
Мысль о розыгрыше немного успокоила.
Марина быстренько привела в порядок макияж, поправила свою прекрасное зимнее платье и мысленно пожелала себе удачи.
Все будет хорошо.
Однако даже начало вечера и то не заладилось. Сначала на сцену вышла директриса, чтобы всех поздравить с наступающим Новым годом и пожелать удачи актерам. Потом поднялся на сцену Григорий Рыков, тот самый чувак из театрального, на которого Ланской так важно было произвести впечатление. Его речь была недолгой, но торжественной и посвященной молодым талантам. Он выражал искреннюю надежду, что сегодняшнее выступление покажет ему новых будущих звезд.
Слушая его из закулисья, Марина скрипела зубами от гнева. Он должен был увидеть сегодня Веронику Райскую и ту, к кому она пришла, чтобы больше не задаваться глупыми вопросами о том, кто же здесь настоящая будущая звезда.
А потом пришло время для поздравлений от родительского комитета. И тут, к огромному Марининому неудовольствию на сцену поднялась мать Ежовой. Хотя всегда! Каждый год! Эта роль доставалась ее собственной матери!
Минус еще один атрибут значимости! И Марина была готова к этому, потому что была уверена в том, что на замену придет Вероника. А теперь ни того, ни другого, и такое ощущение будто помоями облили.
— Давай, мамулечка! — сама Ежова прыгала на другой стороне сцены и со всей дури хлопала в ладоши, приветствуя невысокую женщину с короткой стрижкой. А потом после того, как небольшая стеснительная речь закончилась, выбежала с неведомо откуда взявшимся букетиком ромашек.
Ромашки! Какая пошлость! И банальность! И вообще бред собачий!
А потом заиграла музыка, основной свет погас и разноцветные огни заиграли на декорациях.
Ее выход был на третьей минуте от начала. Она собралась, выдохнула и, внутренне кипя от злости, шагнула на сцену.
Ей удалось сделать всего десяток шагов до того момента, как взгляд зацепился за пустое место рядом с директрисой. Никаких шуток и розыгрышей – Вероника и правда не пришла. Забила на нее, променяла и сейчас где-то весело проводила время со своими друзьями актерами.
В этот момент Марине показалось, что она стояла голая на базарной площади, а все вокруг смотрели на нее и тыкали пальцами!
Сердце сжалось в груди, дыхание сбилось.
Они все насмехались над ней! Считали вруньей! Она столько времени старалась заработать себе авторитет, репутацию вхожей в звездную тусовку, а теперь все пошло прахом!
Пусть смеха не было слышно, она знала, что над ней смеялись! Чувствовала!
От осознания этого захлестнула паника. Нет, не паника, а самый настоящий ужас, пробирающий до самых костей! И в тот самый момент, когда ей нужно было сказать первую фразу, Марина вдруг осознала, что не помнит, что говорить!
Одним махом из головы вылетело все, что она учила столько времени! Все ее многочасовые монологи перед зеркалом просто взяли и обнулились. Ее закоротило!
Лишь благодаря тому, что позади стоял парень из параллельного класса в костюме оленя и нашептывал ей ее же слова, она умудрилась не облажаться по полной.
Что-то невнятно промолвила, сама не до конца расслышав собственные слова, и удалилась со сцены до следующего эпизода.
Тело было словно деревянное! В голове шумело, будто от хмеля.
За кулисами на нее налетела Ежова:
— Ты специально это делаешь? Спектакль нам сорвать решила?!
— Я…нет…
— Соберись! — прошипела Соня и ускакала на сцену.
А Марина, прижав руки к груди, пыталась перевести дух. Перед глазами по-прежнему стояло пустое место в первом ряду.
Все должно было быть по-другому!
Да, ей кое-как удалось собраться и взять себя в руки, но куража и искры не было. Она чувствовала себя деревянной. Не было ни красивых движений, ни плавных слов. Наоборот, она то сбивалась, то тараторила. Пару раз спутала слова, и лишь благодаря тому, что остальные умудрялись подхватывать, зрители не замечали, как сильно лажала «главная звезда».
Марина понимала это и нервничала еще больше, отчего количество ошибок росло, как снежный ком! Не было ни легкости, ни подъема. Она двигалась сковано и совсем не так красиво, как хотела, а один раз и вовсе умудрилась наступить на собственный подол! Нелепо взмахнула руками и непременно бы упала, но была поймана кем-то из разбойников.