Маргарита Дубасова – Цветные рассказы (страница 10)
Она читала уже довольно долго, как вдруг… Ей послышался необычный звук. Точнее сказать, скрип. Он не утихал, а, наоборот, становился все более слышным.
К тому же в дальнем конце библиотеки, за стеллажами, как показалось девушке, мелькнула чья-то тень.
Лебедушка вздрогнула. Мало того, что оставалось не так много времени до ее обратного превращения – скоро рассвет! – так еще и была она тут совсем одна, укутанная в теплый шерстяной плед изумрудного оттенка, который ей каждую ночь оставляла заботливая Хлоя, и никто, по расчетам красавицы, не должен был ее потревожить. Внезапные посетители ей были не нужны. Ведь все думали, что принцессы нет в городе…
В общем, действовать нужно было решительно. И быстро.
Раньше, если бы вдруг девушка заработалась и превратилась в птицу до того, как закончила бы свои занятия, позабыв за чтением о рассвете, то она с легкостью могла бы выбраться через широко распахнутое окно и долететь до озера. Но спрыгнуть из него в обличье человека было невозможно – сумасшедшая высота.
Из страха быть разоблаченной да от стыда быть увиденной лишь в белой сорочке, девушка быстро, но почти неслышно скользнула вперед по коридору, где, как она знала, был второй выход. Лампы с мягким зеленым светом приглушенно освещали ей путь, маленькие искорки попеременно вспыхивали в их резных абажурчиках. Когда принцесса взялась за медную ручку двери и уже хотела повернуть ее вниз, по всему залу гулким эхом пронеслось:
– Постойте!
Сердце мгновенно ушло в пятки, утонувшие в высоком ворсе изумрудного ковра. Девушка сжалась, стараясь казаться незаметной, но тщетно – ее настигли. Застали врасплох. Одурачили. Такой маленькой, жалкой и смешной она еще никогда себя не чувствовала.
Принцесса обернулась. В свете меркнущей с наступлением рассвета луны принцесса увидела невероятно красивого юношу. Черные блестящие волосы, аквамариновые глаза, усы и борода коротко подстрижены. Сам незнакомец облачен в темно-синий камзол, на ногах туфли с длинными носами, загибающимися кверху. Он примирительно поднял руки, как бы желая показать, что не хочет причинить девушке никакого вреда и сказал:
– О, не бойтесь меня, юная леди! Я вовсе не хотел напугать вас.
Тон его был дурманящим, голос медовым, противиться которому не было сил.
Джессика осторожно присела на краешек скамьи, в растерянности. Постаралась выдавить из себя подобие улыбки, но ничего не получилось – вышел лишь неодобрительный оскал.
Высокий стройный юноша шагнул ближе. Одежда его переливалась в лунном свете, а в глазах блеснули веселые искорки. Этот нежный взгляд покорил душу принцессы, вонзил стрелу прямо в самое сердце красавицы… Забилось оно часто-часто, не пропуская ни удара, кровь прилила к лицу, заставив Джессику смущенно отвернуться к окну. Светает… Опомнилась она…Нужно бежать, бежать, пока он не увидел ее истинный облик! Облик лебедя…
– Простите, мне нужно идти. Не знаю, кто вы и что тут делаете, но я очень спешу, —тихо пролепетала принцесса и уже собиралась было прошмыгнуть мимо, как незнакомец остановил ее, мягко схватив за запястье.
Джессика задрожала. Прикосновение незнакомца отозвалось сладкой судорогой в животе, будто бы тысячи бабочек заворочались, зашевелили своими махонькими крылышками, лапками и тоненькими усиками…Неужели он
Незнакомец подошел вплотную к девушке, осторожно, почти на цыпочках, стараясь не нарушить тишину, возникшую между ними двумя. Джессика задержала дыхание.
– Прошу, отпустите. Мне вовсе не хочется быть вашей рабой,—взмолилась принцесса. – К тому же, скоро рассвет, меня не должно быть здесь утром.
Юноша удивленно посмотрел на нее и спросил:
– С чего вдруг такие мысли? Я вовсе не собирался вас пленить. Я лишь хотел спросить. Вы что же, темноту предпочитаете? А как же советы врачей о том, что читать в темноте вредно? И вообще, почему вы засиделись тут так долго? – хитро улыбнулся юноша.
– Оставьте свои нравоучения! – изменила свой тон своенравная красавица, вдруг вспомнив, что она вообще-то принцесса. – Здесь есть лампы, если что. Днем меня здесь быть не должно, я… тут на птичьих правах. По знакомству хожу ночью. Я…зачиталась одним любовным романом, вот и задержалась до рассвета, – девушка выпалила первое, что пришло ей в голову.
В своем длинном пледе, накинутом поверх длинной белоснежной сорочки, Джессика вполне походила на простую горожанку, а не знатную особу.
– Помилуйте, красавица, но по вам в жизни не скажешь, что вы тут просто пришли почитать любовную историю,– ухмыльнулся незнакомец, оглядев бедный наряд. – Да и вид у вас довольно уставший. Небось всю ночь тайком читали учебники? Откуда такая тяга к знаниям? Хотите в академию попробовать поступить, я угадал?
– Пустите, – зашипела принцесса в ответ, почувствовав, как парень сильнее сжал ее запястье. —Не ваше дело! Вы-то сами что тут забыли?
В это время первые лучи солнца проникли в здание библиотеки. Девушка почувствовала, как из-под кожи стали пробиваться перья…
«Ах, я пропала!» – подумала красавица и зажмурилась. Но на ее счастье, в зале появилась Хлоя. Подруга на рассвете всегда делала обход зала, чтобы убедиться, что Джессике удалось вовремя благополучно покинуть библиотеку. Сегодняшний визит оказался как нельзя кстати.
– Кто вы такой, молодой человек? И что вы тут делаете в такой ранний час? Милая, ты в порядке? – послышался тоненький голосок за спиной у парня.
Джессика резко открыла глаза. Хлоя, в простом ситцевом платьице, стояла в коридоре со свечой в руках. Вид у девушки был заспанный и недовольный, брови сошлись в кучку на переносице.
– Простите, миледи, я уже ухожу. Боюсь, если поведать вам об истинной причине моего прихода сюда, вы ни за что не поверите. Посему прошу прощения и…о ревуар!
Сказав это, парень бросился к окну и, вытащив из-за пояса моток бечевки с петлей на конце, быстро замахнулся и накинул лассо на ветвь ближайшего дерева, после чего отсалютовал и, оттолкнувшись ногами от подоконника, ринулся вниз. Только его и видели!
Хлоя кинулась к перепуганной Джессике, которая уже вновь становилась птицей. К счастью, подруга знала об особенностях и времени превращения принцессы, потому поспешила спрятать подругу в каморке.
– Бедняга, представляю, как ты испугалась! – сочувственно произнесла Хлоя. Джессика к тому моменту уже полностью превратилась в белую птицу.
– Он что, обидел тебя? Ударил? – Тревоге Хлои не было предела.
Джессика только отрицательно покачала головой. Мелкая дрожь выдавала волнение Лебедушки. Она помолчала, а затем сбивчиво начала говорить человеческим языком:
– Нет-нет… Не знаю! Просто мне с ним было так непривычно… Он вроде как искорка, которая зажглась в моем сердце, породила сладкое бушующее пламя в душе… Не знаю, как теперь быть, как показаться ему на глаза… такой… – Слезы застилали ясные глаза-бусины белой Лебеди.
– Ну-ну, милая, не плачь, все образуется. – Хлоя стала нежно поглаживать подругу по перьям.
Та ночь и раннее утро отпечатались в сознании Лебедушки навсегда. Испуг – это первородное чувство – засел глубоко в груди у девушки и не давал покоя. Кто был этот юноша? Заметил ли начавшееся превращение? Раскроет ли он ее тайну? Или все обошлось благополучно? В тот день Джессика была сама не своя. Откуда ж ей было знать, по какой именно причине незваный гость оказался в тот злополучный день в библиотеке…
Неожиданный гость был трубадуром
Ни Джессика, ни Джейк уж точно не подозревали, что их пути пересекутся, и еще не раз…
После невероятной ночи Джейк вернулся в кабак с трофеем. Еще до встречи с Джессикой флейтист украл-таки незначительную книжку, но в обложке, причудливо изукрашенной самоцветами, а затем его внимание привлек необычный фолиант с изображением лебедя на обложке. У дивной птицы глаз был сделан из сверкающего алмаза, и ее флейтист решил также украсть. Отдавать друзьям фолиант было жалко – так он манил и притягивал своей загадочностью, что Джейк решил припрятать книгу до лучших времен.
Парень долго еще переживал, что ночная стражница и ее читающая подруга сдадут его местным властям или страже, но постепенно убедился, что его переживания были беспочвенными. На деле у Хлои и правда были подобные мысли, и она всенепременно исполнила бы свою волю, если бы Джессика не остановила подругу. Уж очень запал в душу ей незнакомец, хотя принцесса и не могла до конца себе объяснить, почему. Хлое девушка не сказала о своих чувствах, а просто попросила повременить с жалобами стражникам, надеясь, что со временем данная ситуация забудется-уляжется.