Маргарита Блинова – Звездокрыл (страница 27)
Арктанхау, видимо, представил эту презабавнейшую картину, потому что тихо рассмеялся и мягко выдохнул:
Камень в моей ладони похолодел, показывая, что связь оборвалась.
Я еще какое-то время бездумно постояла, гадая, что сейчас делает Кристен и почему захотел поговорить со мной. Потом оттолкнулась от стены и медленно побрела вперед.
Надо узнать, что там с Бестией и Гленом, а то детишки как-то подозрительно притихли. Надо найти четвертого. Надо…
Переговорник вновь нагрелся и обжег теплом грудь.
И на этом он опять отключился.
А я еще где-то с минуту стояла, не в силах хоть как-то повлиять на широкую улыбку неприлично счастливой девушки с пунцовыми от смущения щеками.
– И что здесь происходит?
Мое появление вызвало фурор и оцепенение в детских рядах. Десятилетки замерли на шаткой баррикаде из стульев, по которой желали взобраться на люстру. Та одиноко раскачивалась, скорбно свесив четыре плафона, и роняла на пол хлопья пыли вместо слез.
Бестия же с видом принцессы в глубоком показательном обмороке возлежала у Глена на ручках. Судя по хитрой черной мордочке, ей весь этот бардак нравился даже больше, чем любопытным детям.
– Адриана! – несчастным голосом взмолился адепт, прогибаясь под тяжестью возложенной на него ответственности и чешуйчатого хвоста. – Сделай что-нибудь!
Я пожала плечами, соединила мизинец с большим пальцем и вскинула руку с тремя оттопыренными пальцами в знаке приветствия.
– Галчата! Гип-гип…
– УРА!!! – дружно подхватили дети, копируя жест.
Признав в странной тете свою, малышня шустро разобрала стулья, поставила их в круг, чинно расселась по своим местам и приняла обманчиво-невинный вид.
Но меня было не провести.
– Кто из вас Карл?
На детских личиках появилось выражение безмятежной тупости. Кто-то пожал плечами, кто-то развел руками, кто-то занялся сосредоточенным ковырянием в носу. Если Карл и был среди них, то сдавать его никто не собирался. Даже после заверений, что ничего дитятку не будет. Даже после угроз.
Ладно, тогда зайдем с другой стороны.
– Бестия, слезай с Глена. И не надо так показательно сопеть, ничего плохого они с тобой не сделают.
Судя по хитрым моськам детишек, они считали иначе. Глен наклонился, опуская нашу трепетную барышню на пол. Бестия в лучших традициях опытных женщин пожелала продлить релаксационный сеанс «на ручках» и вцепилась в его плечи крепче голодной блохи.
Я быстро оглядела сидевших и практически сразу опознала среди них Карла. Вычислить его оказалось просто: больше никто не смотрел на меня с выражением тревожной задумчивости.
Мальчику на вид было лет десять. Темно-русые волосы отросли за смену и выгорели от долгих часов, проведенных под солнцем. Колени, точно два панциря, украшали запекшие корочки болячек, а на руке глубокие царапины, оставленные, скорее всего, Барсиком, единственным местным питомцем.
Поманив пацана, я отошла к окну и, как учили, присела на корточки, чтобы быть с ним на одном зрительном уровне. Пока остальные следили за бесплатным цирком «Бестия не хочет слезать», я заглянула в серые глазенки и быстро сказала:
– Карл, я знаю, что они уплыли проходить испытания. Я тоже одна из вас и знакома с традициями галчат. Не хочешь говорить и предавать друзей – не говори. Просто кивни, если я права… Михей, Трей и Ром уплыли сегодня вечером, до начала грозы?
Быстрый и короткий кивок мальчишки, и мне осталось уточнить только одно.
– Остров с пещерой или остров, где большая сосна на берегу?
Карл сделал вид, что чешет затылок, и незаметно показал два пальца. Я благодарно улыбнулась и встала на ноги. Меня тут же повело от усталости. Пришлось вцепиться в подоконник и переждать приступ головокружения. И только после того, как комната перестала вращаться, я смогла взять себя в руки и пойти на выход.
Выскочила в коридор, Глен увязался следом.
– Адриана, – басил он, следуя по пятам, – что ты задумала?
Я сорвала с крючка противно мокрую куртку, поспешно, пока не передумала, натянула и глянула на обеспокоенного друга.
– Нечто крайне отважное, Глен.
– То есть глупость?
– А вот это неточно. Посмотрим на результат… Бестия, ты со мной?
– Пиу!
Черная малышка приосанилась и выпятила грудь.
«Смотри, Адриана, – говорил весь ее грозный облик, – я не просто ящерица с лопастями. Я пятьдесят килограммов поддержки и отваги. Вот!»
И я поверила в то, что лучше помощника мне не найти. Толкнула дверь и вышла из спального домика.
Гроза затихла и перешла в мелкий небесный душ. После нагретого помещения холод улицы чувствовался сильнее. Он ущипнул за нос, обжег горло на вдохе и немного отрезвил мою горячую натуру.
Идти в столовую – просто терять время. Вместо помощи там ждет очередной бесполезный спор, истерика про больное сердце и коронное «девушка, забейтесь в угол».
Какие еще есть варианты? Вызвать Кристена через переговорник?
Так их десятка далеко, а остров вот он! Рукой подать.
– Гр-рм? – заворчала Бестия, привлекая мое внимание.
Она практиковала бег на месте, профилактическое хлопанье крыльями и тренировала решительный взгляд из-под бровей… В общем, всячески демонстрировала готовность рвать когти и двигаться в сторону острова.
Я мысленно оценила промокшую до нитки, глубоко усталую себя, пририсовала рядом малышку-дракончика, полную кипучей энергии, и пожала плечами.
– А будь по-нашему! – решилась и побежала в противоположную от столовой сторону.
Спустилась к реке, пошарила в траве и нашла камень потяжелее. Под радостный вопль Бестии разбила пыльное окошко, выдавила опасные края, подтянулась и пролезла внутрь сарая, где вожатые хранили инвентарь и ненужный хлам. Включила фонарик и быстро осмотрелась.
Обнаружить надувную лодку или спасательный плот на одну персону не вышло: все плавсредства отдали стражам. Но когда отсутствие возможностей могло остановить целеустремленного человека? Вот и меня это не смутило!
– Бестия, принимай, – велела я, с трудом пропихивая здоровенный моток веревки сквозь крохотное оконце и перекидывая связку позвякивающих карабинов.
Вдвоем мы кое-как доволокли свой груз до линии пляжей. В темноте очертания островов смазывались, и я возблагодарила всех богов проказ и смелости за то, что «отчаянные» выбрали именно остров с сосной. Просто при такой непогоде кривой ствол сосны был виден как на ладони.
Найдя концы веревки, я вытащила один, обвязала вокруг талии, чтобы не потерять в темноте, а другой торжественно вручила Бестии и ткнула в нужную сторону.
– Слетай и привяжи к дереву.
Бестия отсалютовала хвостом, как солдат на параде. Схватив конец лапами, она смешно потопталась на месте, скакнула и взмыла в небо. Я следила за тем, как стремительно разматывается скрутка, и с ужасом думала, что будет, если веревки вдруг не хватит.
Резкий рывок протащил меня вперед по песчаному пляжу и заставил войти в ледяную воду по щиколотку. Я дернула веревку обратно, намекая, чтобы кое-кто на том берегу не наглел, и выбралась из воды. Натянула будущую переправу так, как учили на занятиях у Бушующего, привязала свой конец к стволу дерева. Натянув на себя страховку, щелкнула карабином и повисла на руках, проверяя надежность узлов.
Все. Отступать некуда!
Выдохнула, зацепилась ногами и поползла вперед. На краю сознания вспыхнула паническая мысль, что я обязательно сорвусь, как же иначе, с моей-то удачей, но я слишком устала и переживала за детей, чтобы обращать на нее внимание. Просто перебирала руками.
Веревка резала руки, терла ноги даже сквозь плотные брюки. Мелкие капли дождя падали на лицо, заставляя морщиться и страстно желать стереть влагу с лица. Но хуже всего была усталость.
В середине веревка прогнулась настолько, что я едва ли не касалась текущей внизу воды. Мышцы дрожали от нагрузки и требовали перерыва, но я продолжала упрямо двигаться вперед.
И вот когда казалось, что все… что больше я не смогу… что сорвусь и повисну на карабинах страховки… я услышала звонкое:
– Пиу!