Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 27)

Я не желала Питеру смерти, хоть от него мне нужно держаться как можно дальше, ведь он прямая угроза моим свободе и жизни.

Вспоминала тот взгляд и те слова…

«Тварь»…

Хотелось бросить его, но я не позволяла себе разжать пальцы, тянула плащ дальше что есть силы.

Хорошо, что гостевую комнату на первом этаже они так же убрали. Думала и не пригодится — некому у нее гостить!

С трудом перевалив Питера на кровать, отступила на шаг, переводя дух. Его лицо было бледным, губы посинели, а на лбу выступили капли холодного пота.

— Ладно, Питер, давай посмотрим, что с тобой случилось… — понимала, что нужен врач, но пока она будет его искать, нужно остановить кровь и проделать стандартные процедуры, известные всем, без которых он долго не протянет.

Осторожно разрезала ножницами остатки его рубахи, обнажая рану.

Кровь уже запеклась, но края раны были неестественно черными, будто обугленными. А в самой глубине…

— Что за…?

Между разорванными тканями мышц мерцал синий свет. Тусклый, неровный, словно тлеющий уголек.

Оливия наклонилась ближе — и тут же отпрянула.

— Пахнет серой…

Это не было обычным ранением.

Смочила тряпку в теплой воде с уксусом и принялась очищать рану. Питер застонал, но не очнулся.

— Оливушка, это ты тут шумишь? — в комнату вошла Клира.

— Ты как раз вовремя, — заканчивая обработку раны, встала в полный рост, — Присмотри за ним, а я сбегаю за врачом.

— Кто это? — она бросила взгляд на Питера и окровавленные тряпки на полу, — Как он тут оказался? — старушка не понимала, что происходит, — Ой-ой сколько крови, — запричитала.

Мне и самой не верилось, что все взаправду. После случая в городе, боялась опять спутать явь с небылью. Но, похоже, это все по-настоящему, и Питера как-то занесло в наши края.

— Это мой муж. Бывший.

ГЛАВА 24

ОЛИВИЯ

Вечером Кудра словно засыпала, и найти врача было не так просто. С трудом поймав повозку в конце улицы, отправилась в лечебницу. Долгих сорок минут я тряслась по неровной дороге, волновалась, но от меня уже ничего не зависело.

Меня не покидали мысли о том, что же случилось с Питером и кто его ранил. Нужно ли вызывать не только доктора, но и служителей правопорядка?

Не думала, что мы увидимся с бывшим мужем так скоро. Да еще и при таких обстоятельствах. В мечтах я открыла приют, занялась важными делами, серьезная женщина, сумевшего многого самостоятельно добиться, и он должен жалеть, что развелся со мной… А я бы отпустила прошлое и улыбалась при встрече… Но мечтам свойственно разбиваться о стену реальности.

Лечебница встретила приглушенным светом масляных ламп и резким запахом трав. Доктор Лансдел, пожилой мужчина с проницательными глазами, слушал мой сжатый рассказ, не перебивая.

— Рана с признаками магического воздействия, — пробормотал он, уже собирая инструменты в кожаную сумку, — Ну что же, посмотрим, чем могу помочь…

Казалось, что повозка мчалась обратно быстрее. Надеюсь, мы успеем и все будет хорошо.

Питер лежал без сознания, но его состояние ухудшилось. Синее свечение в ране стало ярче, а кожа вокруг нее покрылась тонкими черными прожилками, словно корни ядовитого растения.

Клира стояла в углу и боялась к нему подходить. Но надо отдать должное старушке, она не ушла, стояла и нашептывала молитвы во спасение.

— Заражение тьмой, — прошептал Лансдел, осматривая рану. Его пальцы дрогнули, едва коснувшись обугленных краев, — Ваш муж где-то столкнулся с ней.

— Он ловец… — пояснила для доктора.

— Видимо, в этот раз то, за чем он охотился, оказалось сильнее.

— Вы можете ему помочь? — сцепила пальцы до побелевших костяшек, боясь услышать отрицательный ответ.

— Симптомы я сниму, а вот первопричину… — доктор покачал головой, протирая очки, — Такие раны затягиваются только при вмешательстве того, кто их нанес.

Ничего не понимаю… Это как?

— Это замедлит распространение тьмы, — Лансдел вздохнул, оставив на столе склянку с мутной жидкостью, — Но ненадолго. Вам лучше перевезти его в столицу.

Доктор обещал, что к утру ему станет легче, тогда и решим, что делать дальше.

Я сидела у постели Питера, меняя компресс. Жар спал, но черные прожилки по-прежнему ползли вверх по его груди.

Ветер стучал в ставни, а в глубине дома скрипела старая лестница. Клира давно ушла спать, а я не могла оставить его в таком состояние одного.

— Лив… — послышалось негромкое через сон, оказалось, что я все же задремала.

— Боже, ты очнулся…

— Я думал, что ты мне привиделась… Как я здесь оказался? — он огляделся, но все равно не понимал где находится.

— Похоже, теперь у тебя потеря памяти, — печально усмехнулась, грустно улыбаясь, — Я тоже бы хотела знать, что ты делал в лесу позади моего дома.

— Я вышел на след иномирной твари, — как же страшно слушать такие речи из его уст. Узнай кто я на самом деле, он бы раздумывал хоть секунду перед тем, как меня удить?

— Доктор сказал тебе нужно в столицу, — решила перевести тему.

— Нет. Сначала нужно поймать того гаденыша.

Внутри бушующие волны немного успокоились, все же он приехал не по мою душу.

— Как ты собрался его ловить в таком состоянии?

— Можешь подать бумагу, я отправлю весточку напарнику, — он приподнялся, собираясь вставать.

— А ну ложись обратно в постель, — поспешила уложить его обратно, — Не собираюсь больше бегать за доктором. Ты только пришел в себя.

Мы оказались так близко, я засмотрелась в его глаза, на дне которых плескался огонь.

— Я говорил с Эвансом, он во всем признался…

— С кем? — не поняла о ком он. В голове полная каша, заправленная киселем, я так распереживалась из-за его состояния, тьмы и потенциальной угрозы мне как ловца…

— Ты так ничего и не вспомнила? — он наклонил голову, еще пристальнеее разглядывая меня.

— Думаю, это к лучшему… — прошептала, смущаясь такого разглядывания, щеки загорелись, хорошо, что в комнате темно и в свете свечей мужчина этого не заметит.

— Ты права, так проще…

— Так кто этот Эванс? Это как-то связано с твоим делом?

— Неважно, — ответил хрипло и неожиданно коснулся моей ладони.

— Как там поживает Бет? — одернула руку, вспоминая, что мы развелись и он спит с другой женщиной, у нее на него конкретные планы.

Пальцы горели в желании вернуть руку обратно, в груди теплело, когда он был рядом. Когда же это закончится и от чувств Оливии не останется и следа?

— Она уехала домой, — ошарашил, сегодня просто вечер удивлений.

— А что так? — а ведь я ее предупреждала, что обежать — не значит жениться.

Но надо признаться, от этой новости стало радостно. Нет, я не собиралась вступать с ним в отношения, это просто какая-то женская удовлетворенность. Пусть стервозная и нелицеприятная, но я не белая и пушистая, тоже имею право на негативные эмоции в адрес людей, которые плохо ко мне относятся.

— Больше никакой частичности, — проговорил резко, и магия между нами рухнула, мы смотрели куда угодно только не лица.