Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 29)

— Ты одна?

Она кивнула, не поднимая глаз.

Я уже открыла рот, чтобы предложить помощь, когда позади раздался спокойный голос:

— Какая трогательная сцена.

Обернувшись, я увидела высокую женщину в тёмно-синем платье с серебряным шитьём. Её волосы, убранные в строгую причёску, отливали стальным блеском.

— Госпожа Марвин, — торговец вдруг сделался услужливым, — Чем могу порадовать?

— Ничем, — она даже не взглянула на него, изучая то меня, то Милу, — Думаю, вы уже получили свою прибыль. Её тон оставил торговца безмолвным.

— Как вас зовут? — обратилась она ко мне.

— Оливия Вайнер, — представилась женщине, а Мила тем временем незаметно прижалась к моей юбке.

— Вайнер… — она задумалась, — Где-то я слышала эту фамилию… Ах да… Память в моем возрасте стала подводить, — но выглядело, что она сказала это больше для словца, впечатление это женщина производила обратное: непростая и явно наделенная властью, слишком уж цепким был ее взгляд, да и торговец не будет бояться абы кого.

— Это же ваша матушка держала сиротский приют?

— Да так и есть. Вы ее знали?

— Приятная была женщина. Правильными делами занималась, я спонсировала ее начинания.

— Я решила продолжить ее дело.

— Даже так? Похвально. Приглашаю вас к себе на ужин. Послезавтра. В семь. Мой дом на Холмовой улице.

— Благодарю за приглашение. Я приду.

— Отлично, — она слегка наклонила голову, словно королева, снизошедшая до простолюдинки, — И прихватите с собой ваши бумаги. Возможно, я смогу помочь с разрешениями.

Сердце ёкнуло. Прежде чем я успела что-то ответить, госпожа Марвин уже развернулась и пошла прочь, её платье шуршало по камням мостовой. Торговец покорно опустил глаза, а Мила, наконец, ослабила хватку.

— Кто это? — прошептала девочка.

— Не знаю… — ответила я честно.

Но одно было ясно: госпожа Марвин возможно моя будущая союзница. И это именно то, что мне нужно — не покровитель, а такая же независимая и деловая женщина.

Домой я шла медленнее обычного, раздумывая о странной встрече. Мила семенила рядом, то и дело поглядывая на каравай, который всё ещё прижимала к груди.

— У тебя есть где ночевать? — спросила у девочки.

Она пожала плечами:

— Иногда в сарае у мельника, иногда в церковной сторожке…

— Сегодня ночуешь у меня.

Девочка широко раскрыла глаза, но не стала спорить, мимолетная улыбка набежала на личико.

Когда мы вернулись домой, Питера не была дома. Я заволновалась, все же он ранен, но он все же взрослый мужчина, так что отогнала тревожные мысли, и я занялась девочкой.

Мила стояла посреди кухни, словно боялась сделать лишний шаг. Её большие глаза осматривали комнату с любопытством и опаской.

— Садись, — кивнула я к столу, — Сейчас поужинаем.

Девочка молча подчинилась, но когда я поставила перед ней тарелку с тёплым хлебом и куском сыра, её пальцы дрогнули.

— Можно? — она прошептала, словно боялась, что еду сейчас отнимут.

— Ешь сколько хочешь.

Она набросилась на еду с такой жадностью, что мне стало не по себе. Пока Мила ела, я налила ей молока и принялась готовить ужин.

— Ты давно… одна? — осторожно спросила, нарезая картофель.

Мила замерла, потом медленно кивнула:

— Мама умерла прошлой зимой.

— А отец?

— Его не было.

Я вздохнула. Знакомая история.

— Ты умеешь читать?

Девочка покачала головой.

— А считать?

— Немного…

Я поставила кастрюлю на огонь, размышляя.

— Если хочешь, можешь остаться у меня.

Мила подняла на меня глаза, полные недоверия.

— Правда?

— Правда.

Она вдруг опустила голову, и я заметила, как её тонкие плечи дрогнули.

— Спасибо…

Я отвернулась, делая вид, что помешиваю суп. Боже, сколько же таких, как она, бродит по улицам?

Но, прежде чем я успела что-то добавить, дверь скрипнула.

Питер стоял на пороге, бледный, но на ногах. Его взгляд скользнул по Миле, потом остановился на мне.

— Ты в порядке? — все же не удержалась и спросила про его самочувствие.

— Да, — он прошел и разместился рядом с Милой, та с опаской покосилась на него.

Девочка сжалась, увидев незнакомого мужчину. Питер заметил её страх и неожиданно улыбнулся:

— Не бойся, я не кусаюсь.

Девочка неуверенно улыбнулась в ответ.

Я разлила суп по тарелкам, размышляя о том, как странно складывается жизнь. Вчера я была одна, а теперь за моим столом сидят двое: бывший муж, от которого до сих пор болит сердце, и маленькая сирота, которая смотрит на меня, как на спасителя. Я всегда мечтала о такой семье. Но правда в том, что даже в новой жизни все не так, как кажется. Но не стала предаваться унынию, а занялась обычными бытовыми хлопотами.

— Ты наелась? — спросила малышку.

Та кивнула.

— Вот и умничка. Тогда пойдем, я наведу тебе ванну и покажу твою комнату.

— Моя помощь не нужна? — Питер наблюдал за нами.

— Нет. Тебе и самому не помешает отдых, — покосилась на его рану.