Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 19)

— Мужчины — такие же люди, как мы, — все же не удержалась. Они не прощают измен, тогда почему мы должны?! Раньше мы полностью зависели от них, сейчас же стали более самодостаточными и сами можем себя обеспечить.

— Ох уж эти новые нравы. Побойся кары небесной, Оливушка. И почаще молись, чтобы там тебя простили.

Я вздохнула, понимая, что разговор с Клирой не приведет ни к чему хорошему. Она была из другого времени, и даже мира, ее взгляды на жизнь были укоренены в традициях, которые мне казались устаревшими и не приемлющими для современной девушки. Я не могла осуждать ее за это, но и не могла принять ее точку зрения как единственно верную.

— Я понимаю, что у вас были свои испытания, — сказала, стараясь говорить мягко, — Но времена меняются. Мы имеем право выбирать, с кем нам быть, и не должны оставаться в отношениях, которые приносят только боль.

Клира покачала головой, и в ее глазах я увидела печаль. Она, похоже, не могла понять, как так можно и считала нас испорченными.

— Клира, лучше скажи, есть в доме комната более-менее пригодная для проживания? Я очень устала с дороги, — решила сменить тему. Стою тут вся грязная и рассуждаю о вечном…

— Хозяйские покои я убираю каждый день, уже по привычке, — обрадовала меня старушка, — Пойдемте, — пошаркала на второй этаж.

Прихватив один чемодан, последовала за ней по скрипучей лестнице, наступать на ступеньки которой было страшновато, казалось, они треснут под моим весом.

Но обошлось, и мы благополучно добрались до комнаты, действительно отличающейся от всех остальных чистотой. В воздухе хоть и стоял затхлый запах, но не было пыли, а мебель не укрыта тканью, а пригодна для использования. Кровать застелена чистой простыней, а на тумбочке даже стояла маленькая вазочка с цветами.

Первая отличная новость за сегодня! Как же замечательно, что Клира держит помещение в чистоте, ожидая хозяев, не теряя надежду, что они объявятся. И вот, получается не зря.

— Чем еще заниматься? Здесь одиноко, но мне грех жаловаться, я уже доживаю свой век.

Это и правда грустно, но такова жизнь. Я боялась спросить про ее семью, дабы не выдать свои пробелы.

— Детских голосов очень не хватает, — она подошла к окну, — Надеялась, что приют будет работать и после смерти вашей матушки.

Приют? Я проследила за ее взглядом, направленным на трехэтажное здание во дворе, такое же обветшалое, как и сам особняк.

— Леди Амелия столько сил отдала, свои последние дни проводила там. Ох, Оливушка, как же мне не хватает ее. Она ушла такой молодой…

— Мне тоже…

Мы обе грустно взирали в окно и молчали, думая каждый о своем. Моей мамы тоже не стало так рано и мне ее так не хватает.

— Теперь я здесь и займусь этим вопросом, — у меня появились кое-какие мысли. Это как раз то, что мне близко по духу.

— Вы же никогда не поддерживали ее в этом? — удивилась Клира, — И ревновали.

На стене висела фотография женщины лет сорока пяти, очень похожую на Оливию: светлые волосы и голубые глаза, такой же нос. Она находилась в окружении детей разных возрастов, по-видимому, ее воспитанников. Женщина выглядела доброй, но печальной. Наверное, судьба не была к ней благосклонна.

— Времена меняются, и мы меняемся.

Я тоже очень любила работать с детьми. Работая в детском саду это не только об отдаче, но ты и сам заряжаешься их энергией, наблюдаешь, как они растут, и понимаешь, что все не зря. Особенно если сама не в состоянии родить, то это отдушина, своеобразная компенсация.

Я легла отдыхать, но идея восстановить приют и заняться чем-то нужным, найти предназначение в этом мире не отпускала. Разобраться бы с тьмой, чтобы не опасаться. Она может испортить все мои планы.

Буду решать проблемы по мере их поступления!

ГЛАВА 19

ПИТЕР

Оливия уехала, а я так еще и стоял больше получаса у окна и смотрел на пустой двор, из которого уехала повозка с женой. Бывшей женой…

Не думал, что будет так паршиво на душе после ее отъезда. Я так хотел этого. Она меня предала, обманула, я должен радоваться, но в груди все горело, выжигая до пепла. Хотелось обернуться драконом и броситься за ней, но я стоял недвижимо, запрещая себе это делать.

Неужели наведенная истинность в этот раз такая сильная? Иначе почему мне так тяжело переносить развод. В храме напало странно состояние, особенно когда помощница служителя перерезали связывающую нас нить. Безымянный палец зудел и чесался, требуя вернуть кольцо на место.

Смотрел на Оливию и не узнавал. После потери памяти она стала словно другой человек. Не бегает за мной, вымаливая прощения, не требует сохранить брак, не просит дать ей последний шанс… Я ожидал от нее совершенно иного поведения.

Может ли магнолия так поменять сознание? Никогда прежде не встречался подобным. Эта версия Оливии мне нравилась куда больше: повзрослевшая, понимающая себя и окружающих. Она принимает свои прошлые ошибки, но идет дальше.

Это все таилось в ней, я не смог разглядеть, не сумел раскрыть этого раньше. И вот уже поздно, ничего не изменить, обряд развода исполнен. Внутри пустота и горечь…

Шесть лет брака — не такой малый срок. В глубине души я надеялся, что артефакт укажет на ее беременность и нас не разведут. Не уверен, что смог бы простить ей измену, но я хотел повторить нашу последнюю ночь… А собственническая драконья часть не хотела мириться и спать с той, что была не только моя, она злилась и требовала немедленно выгнать ее!

— Питер, — в кабинет входит Бет, — Я хотела извиниться. Прости, — она подходит совсем близко, хочется отстраниться и еще побыть одному. — Я не должна была себя так вести. Но ты знаешь, когда дело касается Оливии, не могу себя контролировать. Она столько натворила, а ведет себя так, как будто это мы перед ней провинились.

Бет заявилась и требовала, чтобы я не выписывал жене жалование, выпроводил ни с чем в особняк матери. Я так и планировал сделать сам, но после храма передумал. Попросил Ованса внести изменения и выписал Оливии сумму, которой должно хватить на несколько месяцев существования.

Не знаю, чем она будет заниматься, но почему-то казалось, что она продаст особняк матери и купит что-то поменьше на вырученные средства. Оливия всегда любила комфорт, а дом ее матери не в непригодном для жилья состоянии.

— Может, отметим ваш развод? Ты теперь свободен от этой обманщицы, — улыбнулась ее сестра, клада ладонь мне на грудь, намекая на близость.

— В другой раз. Мне нужно ехать в Управление. Малик уже ждет.

Бет расстроилась, она выглядела сегодня превосходно, но ее внешний вид не трогал сердца. Мне нужно время пережить развод. Похоже, я погорячился вступать в новые отношения. Хотел отплатить Оливии той же монетой, сделать больнее, переспав с ее сестрой, которая как нельзя оказалась рядом. А теперь не хотелось причинить девушке боль. Да она сама была не против, но она ждет от меня серьезных поступков, одной постели ей мало.

— Но… — она осеклась, явно хотевшая что-то сказать, но передумала.

— Прости, Бет. Просто тяжелый день.

— Я понимаю. Не хочу торопить, но мы потеряли столько времени. Буду ждать тебя к ужину.

Уходя, встретил зареванную служанку Оливии. Милти при виде меня собралась, но смотрела недовольно.

— Мистер Гринувэй, можно вас попросить, — замялась девушка.

— Да. Что такое, Милти?

— Не приставляйте меня, пожалуйста, прислуживать Беатрис, я если можно хотела бы помогать вам или на кухне.

Девушка была предана Оливии, всегда следовала незаметной тенью и выполняла ее поручения.

— Хорошо, — дал добро, вряд ли они смогут выносить друг друга, учитывая ее преданность другой.

— Благодарю вас, — грустно улыбнулась, — А что делать с оставшимися вещами хозяйки… Простите… То есть госпожи Оливии?

— Выкинь…

— Как будет велено, — поклонилась, пряча вновь зареванные глаза.

Не хочу, чтобы что-то о ней напоминало, ни к чему эти сантименты. Все необходимое она взяла с собой.

В действительности ехать сегодня в Управлении было не обязательно. Начальство знало, что у меня важный день. Но оставаться дома не мог, лучше заняться работой, занять мысли чем-то иным.

— Не ждал тебя, — удивился моему приходу напарник, — Как все прошло? Или вас не развели, раз ты такой печальный.

— Нормальный я, просто ритуал забрал много сил.

— Вот и остался бы дома. Все равно новостей нет. След так и не найден.

— Значит, плохо ищем, — буркнул, усаживаясь за стол, утыкаясь в документы.

— Получается, могу тебя поздравить? Теперь ты свободный человек! — не унимался Малик.

Кивнул. Что-то не до разговоров.

— Тогда, может, нагрянем в одно заведение? Девушки и вино быстро сотрут уныние с твоего лица.

— Девушек на сегодня хватит… — я и дома не остался в том числе из-за Бет, если бы я хотел женской компании, то остался бы там.

Да и желания праздновать нет, если только поминать…

— О, друг… — Малик верно понял мой настрой, — Тогда только вино. Много вина!

Покосился на Малика, а может, он прав. Не помешает отвлечься и переключиться. Голова забита лишь Оливией, нужно выпроводить ее не только из дома, но и из мыслей.

— Хорошо, пошли, — согласился, откладывая документы в сторону, все равно уже какую неделю не получается вычислить чужемирную тварь.