Маргарита Абрамова – Изгнанная жена или Развод по-драконьи! (страница 20)
— Вот это верный подход, — напарник ухмыльнулся, вставая с рабочего места.
— Бывал здесь? — спросил друг у дверей неприметного на вид здания.
— Нет.
— Ну да, супругу сюда не приведешь.
— Это что бордель?
— Нет, мужской клуб, — Малик показал на входе жетон, чтобы нас пропустили, — Но если кто-то приглянется, то можно попробовать договориться.
Тяжёлая дубовая дверь с медной табличкой «Только для членов клуба» захлопнулась за спиной, отсекая уличный шум.
Заведение, куда он меня привел, совмещало атмосферу уюта и респектабельности. Прежде не посещал подобные места, времени, да и желания не было.
Администратор вписал мое имя в свой журнал, и тоже выдал железный жетон, на котором был изображен револьвер. Раз Малик за меня поручился, то проблем со вступлением не возникло.
В воздухе витает запах табака и старинных книг, смешанный с ароматом виски и других крепких напитков. Мягкий свет, приглушенные разговоры и звуки музыки располагали к их распитию.
— Закажем что-то крепкое? — предложил Малик, направляясь к барной стойке.
— Да, давай, — для этого и пришел.
Пока он заказывал, я огляделся. В большинстве своем здесь были мужчины, каждый занят чем-то своим. Некоторые просто общались за стаканом алкоголя, другие играли в карты или в битьен
— Вот, — вернулся Малик с двумя бокалами виски, — За твою свободу!
— За свободу, — произнес я, поднимая бокал и делая глоток. Алкоголь обжигал горло, но это было приятно.
Мы сели за столик в углу, и я попытался расслабиться. Но мысли о разводе и Оливии не покидали меня. Я не мог понять, почему так тяжело отпустить ее.
— Часто здесь бываешь? — спросил Малика, чувствовавшего себя здесь как дома.
— Дома меня никто не ждет, так что бывает вечерами прихожу сюда. Здесь и узнать многое удается. Помнишь дело Арента?
Кивнул.
— Я здесь нашел свидетеля.
— Ты не рассказывал?
— В целом же это не важно. Верно? Но кто-то что-то слышал, полезные знакомства всегда на руку.
Официант принес остальной заказ, весьма вовремя, бокал почти закончился.
— Жалеешь о том, что развелся? — все же вернулись к разговору об Оливии, — Жена у тебя, конечно, красотка.
— Вокруг полно красивых девиц, — дело-то не в этом.
— Тогда чего киснешь?
— Ты холостяк — не поймешь.
— Ой, брось. Да, я не тороплюсь сочетаться узами брака, но я жду полную истинность и не готов мириться с частичной.
— Здесь ищешь? — уколол.
— А может, и здесь… Что такого… Невинность не главное.
— И что возьмешь в жены девушку из подобного заведения?
— Если она окажется истинной, то да. Да и этот клуб вполне приличный. Никакого разврата, — девушки и правда находились рядом с мужчинами и вели себя прилично, но те не упускали возможность приобнять или погладить.
А я, похоже, собрался наступить на старые грабли, вступая в отношения с частичной истинной, коей является Беатрис.
— Когда занимаешься любовью с полноценной истинностью, то сразу поймешь, и другого не захочешь.
— Откуда такие познания? — я нахмурился, не лучшая тема для беседы.
— Отец рассказывал. Да ты и сам знаешь эту негласную истину.
Малик прав, я знал.
В голове всплыли образы нашей последней ночи с Оливией. Было горячо… Наверное, самая запоминающаяся наша ночь.
— Сейчас и эликсиры с этим неплохо справляются, — напомнил себе, что это все наведенное, вся истинность скоро станет искусственной такими темпами, а король закрывает на это глаза…
— Ладно, мы пришли, чтобы ты забыл про свою бывшую, а не вели философские разговоры. Пойдем сыграем в хотер
Карты шуршали по зеленому сукну, голова, наконец, немного затуманилась от выпитого, так что считать комбинации выходило с трудом. Главное, не ставить большие суммы, иначе завтра проснусь с пустым кошельком.
— Господа, могу к вам присоединиться? Смотрю, у вас как раз не хватает одного игрока, — к нам за стол подсел высокий, худощавый блондин смазливой физиономии, которого я прекрасно знал.
Его улыбка, казалось, была такой же беззаботной, как и прежде, но в ней не было ни капли искренности. Он был одет в элегантный костюм, который подчеркивал его худощавую фигуру, и выглядел так, будто только что вышел из модного журнала.
— Питер, — произнес он с притворной дружелюбностью, — Как давно мы не виделись!
Эванс… Да, давненько… С того самого дня, как обнаружил его в кровати со своей женой.
Я заставил себя улыбнуться, хотя внутри все кипело. Воспоминания о той ночи, когда я застал его с Оливией, вновь нахлынули на меня, как волна, готовая смыть все на своем пути.
Старался сохранять спокойствие и погрузиться в игру, но находиться с ним за одним столом было невозможно, особенно после его слов:
— Слышал, ты развелся. Жаль, что так вышло. Оливия — замечательная женщина.
Каждое его слово резало, как нож. Я не мог позволить себе поддаться эмоциям, но в то же время не мог игнорировать его присутствие.
— Что ты сказал? — перегнулся через стол, хватая ничтожество за грудки.
— Что у тебя была замечательная жена, — попытался вырваться, — Что ты такой нервный? — но безуспешно.
— Господа, я бы попросил… — раздалось от крупье.
— Питер, брось его… — попробовал вмешаться Малик, но меня уже было не остановить.
— Нет… Он у меня сейчас получит… Ублюдок!
Завязалась драка.
— Питер, успокойся! — закричал Малик, пытаясь разнять нас. — Это не то место!
Но я не слышал его. В голове звучал только гул, и я не мог думать о последствиях. Я толкнул Эванса, и он завалился на стол с картами.
— Ты думаешь, что можешь просто так прийти и говорить о ней? — продолжал я, не в силах остановиться. Набросился на блондина, принимаясь избивать противника. Дракон рычал и требовал мести. В прошлый раз я сдержался, считал выше своего достоинства, но сейчас, видимо, алкоголь снял барьеры, выпуская гнев и ярость наружу. С каждым ударом вымещал весь накопленный негатив за все это время.
— Я тебя засужу… — закричал подонок, когда меня оттащили от него, — Ты потеряешь свою должность… — сыпались угрозы, заставляя мои кулаки чесаться сильнее, — Какая тебе работа в Управлении, если ты не в состоянии отличить реальную измену от подставной.
— Что? — пелена перед глазами спала, я пытался понять смысл его слов.
— Не спал я с твоей ненаглядной женушкой, — сплюнул изо рта кровь под ноги, — Мне просто заплатили, чтобы я все провернул…
Из клуба меня выкинули охранники, жетон отобрали… Малик бросился мне помогать, но я послал и его, бредя в одиночестве по полупустым улицам ночного города. Мне было о чем подумать… Неужели я и впрямь настолько идиот…
Паршиво признавать, но подонок прав… Так был занят работой, что не видел происходящего в собственной семье. Все выглядело вполне убедительно и не нуждалось в оправданиях. Когда тебе вешают рога на голову, не хочется верить, что ты еще и идиот, верящий бредням жены, что все ложь.
Как же неправда, если она обнаженная лежит в объятиях другого мужчины… Оливия была неубедительна, или это я не хотел даже слушать. Она постоянно плакала и просила прощения. Сама себе противоречила: зачем извиняться, если ты ни в чем не виновата?!
Наши отношения к тому времени охладели, я все чаще пропадал на работе, задерживаясь допоздна в Управлении, избегая близости с женой. На фоне этого то, что она нашла утешение и ласку в объятиях другого мужчины, выглядело закономерным.