Марат Валеев – Наша осень. Проза. Издание группы авторов под редакцией С. Ходосевича (страница 2)
Он попытался сдёрнуть сумочку с плеча оторопевшей от испуга девушки.
– Ой-ёй! Димочка, где ты! – закричала Марина.
Тут кошка встрепенулась, спрыгнула с рук девушки да прямо на голову хулигана. С диким мявом и шипением она вцепилась когтями в волосы и лицо грабителя. Мужчина заорал, закрутился на месте как волчок, смешно размахивая руками, а кошка продолжала цепко держаться, повиснув на капюшоне его толстовки. Марина стояла, раскрыв рот, шокированная происходящим.
– Марина! Мариночка! – бежал на выручку девушке охранник. – Уходите! Уходите!
Но девушка была в таком оцепенении, что не слышала криков мужчины. Лишь визг резко затормозившей машины вывел её из ступора.
– Димка! – со всех ног она кинулась к мужу.
Дима подхватил её, прижал к себе, спросил охранника:
– Помощь нужна?
– Не, – ответил охранник, скручивая руки грабителю, который через всхлипы бубнил «Снимите её с меня. Снимите с меня этого демона!». – Полицию я уже вызвал. Как Мариночка?
– Мариш, ты как?
– Дима, Димка! – Марина уткнулась носом в грудь мужа и успокаивалась, вдыхая такой родной запах. – Ты где был, ёлки-палки?! – она стукнула его по плечу.
– С ней всё хорошо! – бросил Дима охраннику, усмехнувшись.
– Куды? Лежать! – охранник прижал грабителя коленом к земле. – Откуда ж ты тут взялся-то, а?
Ответом ему стали проблесковые маячки полицейской машины.
– Думаю, на этом всё. Ваши показания я записал, адрес и телефон – тоже. Если что понадобится, мы вас вызовем.
– Спасибо. Мы можем идти? – спросил Дима.
– Да, конечно, – ответил следователь, не отрывая головы от блокнота, в котором что-то писал.
Выйдя из кабинета следователя, Дима и Марина столкнулись с Сергеем Валерьевичем.
– Сергей Валерьевич, вас подбросить?
– А? Да-да, Дима, конечно. Вот только напарнику отзвонюсь. Хорошо, что всё обошлось.
– Спасибо вам, – Дима пожал крепкую руку охранника. – Спасибо, что спасли Марину. Если бы не вы…
– Спасли Марину, – пробормотала девушка отрешённо и тут же вскрикнула: – А где кошка?!
– Кошка?! – в один голос переспросили Дима и Сергей Валерьевич.
– Какая кошка, Мариш?
– Она ко мне в дверь в офисе постучалась. Я её на руках держала, когда… когда… Её надо найти, Дим.
– Ладно-ладно, Мариш, успокойся. Поехали домой, а кошку завтра поищешь.
– Нет! Её надо сейчас найти! Дима, ну пожалуйста… Сергей Валерьевич, миленький…
– В здание я вас пустить не могу – заперто уже всё. На парковке можете поискать, а в здании уже только завтра, Мариночка.
– Ну, хотя бы на парковке… Дим?
– Ладно уж, поехали, поищем твою кошку.
– Что за кошка-то?
– Серая такая, с белыми пятнами. Она в дверь стучать умеет, представляешь? Кис-кис-кис-кис-кис. Киса, ты где?
– Кис-кис. В дверь стучать? Кошка? Мариш, а ты не переработала?
– Ты мне не веришь, да? Ну погоди, вот найду её и докажу тебе! Кис-кис-кис. Ох, ну пожалуйста, найдись!
– Мяу, – жалобно прозвучало из-под машины.
– Киса! Кис-кис, выходи. Тебя не обидит никто. Это я. Помнишь меня? – Марина опустилась на четвереньки и протянула руку к забившейся под машину кошке.
– Мяу, – кошка понюхала пальцы девушки, лизнула их, потёрлась об руку и выбралась из своего укрытия.
Девушка ухватила кошку, прижала к себе, уткнувшись носом в мягкую шёрстку. Кошка довольно заурчала.
– Это ведь она меня спасла. Я её на руках держала, хотела тебе показать. А тут этот… А она как вцепилась ему в лицо! Я же всё полицейскому рассказала. Ты что, не слушал?
– Да я думал, что тебе кошка от страха померещилась.
– Померещилась, да? – Марина обиженно надула губы.
– Ну ладно, Мариш, не дуйся. Говоришь, это спасительница твоя?
– Да! Вот, посмотри. У неё ушко порвано и с глазом что-то.
– Ну-ка, дай гляну. Да, досталось этой кошке от жизни. Ухо, должно быть, в драке порвали. Рана зарубцевалась уже, нет смысла зашивать. В глаз мы капельки покапаем, вылечим. А вот тут, смотри, видимо, перелом был. Скорее всего от мальчишек с палками или камнями досталось.
– Дим, ты правда сможешь ей помочь?
– Ну конечно. Поехали домой, а завтра утром я её в клинику с собой возьму.
– Дим, а давай мы её себе оставим, а? Она ж мне жизнь спасла всё-таки. Димочка, ну пожалуйста.
– Ох, Мариш, – Дима ласково поцеловал жену в макушку. – Поехали домой. Вместе с кошкой.
– И-и-и, – радостно взвизгнула Марина. – Димка, ты самый лучший!
А кошка… Она просто мурчала, довольная, что у неё наконец-то появился дом и хозяева, которые будут о ней заботиться. У неё оставалась последняя, девятая жизнь.
Письмо
Дима закрыл дверь на засов, устало скинул куртку и туфли.
– Мариша! Ты где?!
Он услышал сдавленные рыдания, и его усталость как рукой сняло. Он кинулся на звук и нашёл Марину сидящей на полу кухни.
– Ого! Что здесь случилось? Карлсон шалил?
Пол и кухонный стол были заляпаны мукой и какой-то клейкой белой массой, по-видимому тестом. Повсюду валялись миски, вилки и венчики. Марина, с головы до ног испачканная мукой, сидела на полу, прижимая к себе плюшевого мишку, и рыдала.
– Что случилось, малыш? – спросил Дима, вынимая из волос Марины яичную скорлупу.
– Я блинчики испечь хотела, – всхлипывала Марина, – но у меня не получалось. Тогда я стала искать поваренную книгу. Ну, ту, что мне мама подарила год назад, помнишь? Но я её не нашла-а-а-а!
– Ты поэтому ревёшь?
– Нет! Вот поэтому…
Марина протянула мужу листочек в клетку. Тетрадный лист был пожелтевший, чернила на нём немного выцвели, но текст, выведенный аккуратным детским почерком, виднелся отчётливо.
– Хочешь, чтобы я прочёл?
– Угу.
Дима аккуратно, стараясь не испачкаться, опустился на пол рядом с женой и принялся читать.
«Привет, Марина. Нам в школе задали написать письмо себе будущему. Я не знаю, что писать. Поэтому напишу немножечко обо всём.