Марат Чернов – Создатели монстров (страница 9)

Пришвин похолодел: он почувствовал нутром, что этот псих действительно может это сделать в любую секунду. Он уже и так увяз в осином гнезде, и вряд ли кто-нибудь из охраны объекта особо огорчится, найдя его труп с разможженной головой.

– Подожди! – воскликнул он. – Ты хочешь, чтобы я признался?

– Да, признайся, чувачок, и всё будет в порядке.

Что-то в интонации шофёра насторожило Костю: ему показалось, что тот хитрил. Психопаты, над чьей логикой и здравым смыслом явно доминируют игры разума, зачастую дьявольски коварны и непредсказуемы. Пауза растянулась на несколько долгих секунд, показавшихся минутами, как вдруг дверь распахнулась, и вошли двое человек: начальник охраны и следом за ним высокий мужчина в тёмном костюме с очками на носу. Они оба застыли на месте, точно соляные столбы при виде шофёра, замахнувшегося на Пришвина увесистым гаечным ключом.

– Аркадий, – в неподдельном изумлении произнёс Багров, – что ты здесь делаешь?!

Пришвин резко вскочил со стула, отшатнувшись от безумца.

– Уберите от меня этого ненормального! – закричал он. – Ещё минута, и он бы меня прикончил…

– Ты свободен, убирайся! – бросил начальник охраны шофёру. – С тобой я разберусь позже.

После того, как тот поспешно скрылся за дверью, не забыв прихватить с собой гаечный ключ, начальник охраны обратился к Пришвину:

– Аркадий – безобидный человек. Он не смог бы пришлёпнуть даже комара, не то что тебя.

– Безобидный? – Пришвин едва не расхохотался Багрову в лицо. – Лейтенант спецназа и безобидный, ничего себе!

– Какой ещё лейтенант спецназа? – с удивлением спросил Багров. – Что он там тебе наплёл? Он, правда, побывал в своё время в Афгане, повоевал немного, получил контузию под Кандагаром, но не дослужился даже до старшего сержанта. Зато он мастер рассказывать байки про то, например, как уложил один в ущелье сотню «духов», особенно, когда выпьет… хотя, бывает, и по трезвому тоже.

– И у него большая семья? – хмуро спросил Костя.

– В первый раз об этом слышу.

– В таком случае, это объясняет его навязчивые идеи по поводу того, что я шпион. Я рядовой работник прессы, не более того.

– Мы тебе верим, – терпеливо отозвался Багров и представил человека в очках:

– Это доктор Шанц.

Тот быстро кивнул головой и вступил в разговор:

– Я заместитель директора института. Вы хотели задать нам несколько вопросов как журналист – теперь у вас есть такая возможность. И хотя мы не ценим те приёмы, какими воспользовались вы, но так уж и быть, пойдём вам навстречу в виде исключения…

– Хотя могли бы и послать далеко, – усмехнулся Багров.

Оставив этот выпад в свой адрес без комментариев, Пришвин потёр шею, на которой после хватки Аркадия теперь должны были остаться синяки, расправил плечи, поудобнее устроившись на стуле, собрался с мыслями и сказал:

– Мой первый вопрос напрашивается сам собой: ваш институт, судя по всему, не относится к государственным учреждениям. Значит, это частное предприятие?

Савва переглянулся с доктором и с безразличием вставил:

– Думаю, вы тут сами разберётесь. Доктор, если что, я буду рядом, – с этими словами он вышел, тихо прикрыв за собой дверь.

Шанц, оседлав табурет напротив Кости, с минуту не сводил с него пристального взгляда, под которым молодому репортёру стало немного неуютно, и наконец холодно ответил ему вопросом на вопрос:

– А что подсказывает вам ваша собственная логика?

– Думаю, как руководитель частного предприятия вы были бы вправе меня отшить. Однако вы повели себя как вежливый цивилизованный человек, за что я и хотел бы выразить вам свою искреннюю благодарность.

Пришвин достал из кармана своей джинсовой куртки диктофон, включил и задал первый «официальный» вопрос:

– Доктор Шанц, не могли бы вы хотя бы поверхностно рассказать, чем занимаетесь в своём НИИ?

– Вы поверите, если я скажу, что мы работаем над созданием новых средств борьбы с сельскохозяйственными вредителями по заказу одной из крупных торговых фирм? – ответил доктор, не моргнув и глазом.

– Хорошо. Но зачем такие предосторожности: колючая проволока под высоковольтным напряжением, охранники с автоматами?

– Любой научно-исследовательский объект должен охраняться. На нашем объекте так было всегда, с первых дней его основания.

– Значит, это всегда был особо важный объект, – попробовал поддеть доктора Пришвин.

– Всего лишь один из многих научно-исследовательских институтов, занимающихся стандартной работой, – стараясь сохранять спокойствие, ответил доктор Шанц.

– Хорошо. Ваш институт находится на территории биосферного заповедника. С чем это связано?

– Наблюдение за местной экосистемой – одна из тех областей исследований, которыми занимается наш НИИ.

– Но по моим сведениям, ваш НИИ существовал задолго до того, как здесь основали заповедник. Странно, не правда ли?

– Что удивительного в том, что местной экосистеме придали статус заповедника? А то, что мы здесь уже были и работали много лет – это чистое совпадение. Кстати, такое соседство отчасти помогает нам в решении некоторых научных задач.

– Понятно. Меня интересует ещё одно: чем на самом деле занимается бывший Объект 5, ныне маскирующийся под якобы рядовой институт «Биотехнологий», принадлежащий компании «Бион»? Возможно, какими-то исследованиями в области генетики, разработке новых лекарственных препаратов, вирусов, вакцин? – Это был довольно грубый и рискованный ход в интервью, и Костя надеялся вызвать своего респондента либо на откровенность, либо, напротив, на открытую агрессию, причём даже во втором случае это ещё не означало конец разговора.

– Это секретная информация, я не могу вам её открыть только потому, что вы газетчик, – сухо ответил доктор Шанц, уже не в силах скрывать нарастающую неприязнь к молодому настырному журналисту.

После этого Пришвин перешёл в наступление:

– А вот у меня есть сведения, что вы занимаетесь созданием нового биологического оружия. Конечно, пока это слухи. Но если это правда, то вы обязаны рассказать мне всё, а ещё лучше показать наглядно, над чем вы работаете. И давайте на сей раз обойдёмся без вранья!

– А вам не кажется, что вы многого хотите? – раздражённо бросил доктор. – Дать согласие на это может лишь один человек – директор института. Но думаю, что он не согласится. Поэтому я попросил бы вас немедленно покинуть территорию нашего НИИ и впредь здесь больше не появляться.

Наткнувшись на такую вопиющую непробиваемость, Костя вскипел:

– Считаете, что вам удастся так легко меня отшить? Если я захочу, то о вас узнают даже на ТВ! И тогда вам придётся худо!

– Вы так считаете? – губы доктора скривились в неприятной усмешке. – Думаю, что даже если о нас узнают на ТВ, это будет ещё скучнее, чем ваши нелепые вопросы, молодой человек. Так что закончим эти препирательства и пустую болтовню!

Доктор резко встал, вслед за ним поднялся и Пришвин. В этот момент раздался звонок радиотелефона, стоявшего на столе перед доктором.

Шанц взял трубку и услышал голос профессора Волкова:

– Наш нежданный гость всё ещё на КПП?

– Да, я собираюсь отослать его за пределы института сию же минуту.

– Не спешите, доктор, – сказал профессор. – Ведите его сейчас же ко мне, прямо в мой кабинет.

– Но профессор…

– Делайте, что вам говорят, – профессор оборвал связь.

Доктор Шанц в крайнем недоумении с минуту изучал молчащую трубку телефона, словно ожидая от неё вразумительного ответа, затем повернулся к Пришвину и раздражённо сказал:

– Пойдёмте со мной.

10

Такого поворота событий Костя не ожидал. Похоже, вожделенный научный объект становился всё ближе, теряя всю свою внешнюю неприступность, и его тайны раскрывались перед ним сами собой. Как выяснилось, до самого института оставалось не менее трёх километров вдоль унылой песчаной пустоши, и Косте предложили пересечь этот отрезок пути на внушительном, но явно видавшем виды боевом бронетранспортёре. Его немного удивил такой выбор транспорта, но спорить он, конечно, не стал.

В течение первых минут после того, как БТР тронулся с места, он изучал лица своих спутников в полумраке десантного отделения и не нашёл в них ровным счётом ничего внушающего доверия. Таково было его первое впечатление от общения с доктором и начальником охраны, по-отечески покрывавшем чокнутого «лейтенанта ГРУ».

Костю немного насмешило каменное выражение этих двух лиц, и он решил попытаться растормошить своих новых знакомых – репортёрская жилка снова взяла в нём верх, и первым делом он обратился к Багрову, казавшемуся ещё более невозмутимым, чем доктор Шанц:

– Неплохая машинка. Чувствую себя, как в армии.

Багров промолчал, равнодушно глядя в противоположную стену.

– Старая советская техника самая надёжная, – продолжил Пришвин, не собираясь отступать и решив расшевелить начальника охраны во что бы то ни стало.

Савва вяло перевёл на него взгляд и сдержанно ответил:

– Да, неплохая.

– И салон тоже… человек на семь, наверное.