Марат Чернов – Создатели монстров (страница 10)
– Отделение десанта рассчитано на десять.
– Наверное, нам тут всё нипочём. Даже если пальнут из танка.
– Если пальнут из танка, мы обречены, – невозмутимо ответил Багров. – Корпус сварен из алюминия. Защищает от пуль и осколков, но не более.
– Шутишь? – спросил Костя, прищурившись.
– Нет, – безучастно ответил Багров и снова уставился на стену.
Неожиданно где-то снаружи, недалеко от машины раздался необычайно громкий яростный лай и пугающее подвывание. Костя вздрогнул и вопросительно уставился на своих спутников, – те, казалось, были совершенно спокойны.
– Что это? – испуганно спросил он.
Доктор Шанц сухо улыбнулся Пришвину и объяснил:
– Сторожевые псы. Мы вывели новую породу специально для охраны объекта. Очень сильные и злобные животные: именно поэтому мы и передвигаемся сейчас на БТР. Здесь мы под надёжной защитой от пуль, осколков и – сторожевых псов.
Багров зловеще осклабился в тон пояснению доктора Шанца.
– Они что – мутанты? – спросил Костя.
– Не совсем, – ответил Шанц. – Хотя и не без этого… Видите ли, специфика этой местности такова, что любая новая форма жизни, появись она здесь, могла бы до поры остаться незамеченной и мутировать в дальнейшем, пытаясь приспособиться к окружающей среде…
– А если попроще?
Доктор язвительно улыбнулся Пришвину:
– Сразу видно, в каком журнале вы работаете! «Сенсации недели», «Загадки планеты»? Вас не приглашали работать на РЕН-ТВ? Ваши читатели, должно быть, явно избалованы не научными доводами, а, скорее, дешёвыми страшилками.
– По всякому бывает, – сухо ответил Костя. – Сложно найти правду в массе слухов. Ну, а работаю я в журнале «Скандальные новости». И всё же вы не ответили.
– Что касается псов, мы даже не пытались их дрессировать. Они подслеповаты днём и всё, что видят, принимают за враждебную среду, будь то змея, человек или даже обычная машина, зато очень зорки ночью, так что перебираться даже через обесточенную ограду нашего объекта я вам не советую. Вдобавок они на редкость злобные и довольно жуткие на вид.
Начальник охраны многозначительно поддакнул Шанцу, ласково проведя рукой по прикладу своего автомата АК-74, лежавшего у него на коленях.
– Кстати, если на дороге появились псы, значит, скоро мы будем на месте, – подытожил доктор.
Так и случилось: вскоре они въехали на территорию НИИ, напоминающую оазис, затерянный в безводной пустыне. Выйдя из машины, Костя увидел ряд довольно неброских трёхэтажных бетонных строений с плоскими крышами, окружённых искусственно возведёнными, несколько заброшенными с виду садами и зелёными газонами вблизи небольшого голубого водоёма – небольшой, прилизанный и внешне ухоженный научный городок, иначе и не скажешь.
Самое высокое здание в центре комплекса, – серое пятиэтажное железобетонное строение, судя по всему, было резиденцией руководства научного объекта, – именно туда доктор Шанц и препроводил Пришвина явно без малейшего энтузиазма. Внутри всё оказалось обставлено без особых изысков. Просторный вестибюль был совершенно пуст, невысокая лестница вела наверх, откуда во все стороны разбегались столь же безлюдные коридоры первого этажа, устланные бесцветным, но натёртым до блеска линолеумом. Спустя минуту они уже находились в кабинете Великого и Ужасного, профессора Волкова собственной персоной.
К удивлению Кости, директор НИИ «Биотехнологий» принял его с распростёртыми объятиями и сияющей улыбкой на лице (наверное, более любезного человека здесь нельзя было себе и представить).
– Профессор Волков, Степан Ильич, – представился он, пожимая Косте руку.
– Константин Пришвин, спецкор «Скандальных новостей», – ответил Костя.
– Ну, конечно, спецкор, – профессор недоверчиво хмыкнул. – Мы вас ждали.
– Меня? – недоверчиво переспросил Пришвин.
– Конечно, именно вас!
Костя присмотрелся к выражению лица профессора, но так и не понял, шутит ли он или говорит всерьёз. Он понял одно: тут что-то не так.
– Послушайте, молодой человек, не будем всё усложнять. Вы хотели посмотреть, как работает наш НИИ? Что ж, нам совершенно нечего скрывать от общественности, я вам всё покажу. Позвольте мне на короткое время стать вашим гидом!
Пришвин ещё пристальнее всмотрелся в улыбчивое лицо старого профессора, напомнившего ему Франкенштейна (помнится, данный литературный персонаж также занимался не совсем благопристойной научной деятельностью). Костя пока не мог понять, что скрывается за этой внешней доброжелательностью руководителя научного объекта, но внезапно ему стало немного жутко. Казалось, он спускался всё глубже в недра мифического лабиринта совсем один, безоружный и беззащитный и, похоже, его гидом был сам Минотавр.
Внутренний голос шепнул ему, чтобы он отказался от своей затеи, пока не поздно, однако Костя был не робкого десятка. Если бы он сейчас повернул вспять, то не простил бы себе этого до последнего дня. К тому же, он чувствовал, что теперь как никогда близок к тайне, которую скрывали стены таинственного научного объекта и потому вцепился в эту последнюю возможность смертельной хваткой.
– Тогда приступим к осмотру безотлагательно, – уверенно сказал Пришвин.
Где-то он слышал, что уверенность и даже наглость в разговоре зачастую сбивает с толку, давая преимущество репортёру подобно тому, как внезапность нападения даёт преимущество в бою, и добавил ещё более дерзко:
– Я хотел бы осмотреть ваш объект сверху донизу. Читатели ждут подробного очерка о его малоизвестной для общественности работе.
– Несомненно, – с готовностью, будто он только того и ждал, ответил Волков. – То, что находится здесь, над землёй ничем не примечательно и вряд ли вас заинтересует. Самое интересное находится там, внизу: наши ультрасовременные лаборатории, в которых ведутся работы в самых разных направлениях микробиологии и генетики. Вы ведь приехали сюда только ради этого, не так ли? Мы тщательно скрываем нашу святую святых от постороннего глаза, это правда, но один раз в тысячу лет, говорят, заветные желания всё-таки сбываются, – Волков подмигнул, с интересом заглядывая в глаза Пришвину, словно пытаясь прочесть его мысли. – Это как в сказках Тысячи и одной ночи. Для того чтобы это увидеть, надо спуститься под землю, так сказать, в самые адские недра… Пройдёмте в лифт, молодой человек!
Они вышли из кабинета и направились по главному коридору к бронедвери, распахнувшейся перед ними сама собой. Костя даже не заметил, как от них отстал доктор Шанц. Этот странноватый тип, слегка напоминавший стервятника, кружившего вокруг жертвы, казалось, слился с фоном однообразных серых стен, что, впрочем, Пришвина только обрадовало.
Миновав ещё один коридор и комнату охраны, они подошли к шахте лифта, и Волков нажал кнопку вызова.
В кабине лифта профессор подшутил над Костей:
– Вы так бледны, как будто мы с вами спускаемся в область Теней. Но это далеко не так, мой друг. Там внизу отнюдь не преисподняя, а всего лишь рабочий цех по производству новых организмов. Сначала мы их вылепливаем, а уже потом вдыхаем в них жизнь.
– Новые организмы? – с любопытством повторил Пришвин.
– Несмотря на то, что наши исследования крайне неохотно и скупо финансируют, мы здесь зря времени не теряли… – пояснил Волков. – Вы наверняка осведомлены, над чем работает наш секретный отдел, мой друг?
– Мы с вами оба знаем, профессор, что это
– Да, это секретно, очень секретно, – сказал профессор. – Но, полагаю, не для вас. Ведь мы с вами оба знаем, зачем вы здесь. И вы не простой газетчик, вовсе нет! Вы – газетчик уникальный и ниспосланы для того, чтобы помочь нам в нашем деле. Вы всё увидите своими глазами, я не скрою от вас ничего, что было бы вам интересно увидеть. Может быть, тогда вы заступитесь за нас, никому не нужных учёных-исследователей и объясните тем, кому надо, что мы нуждаемся во внимании и поощрении властей. Я бы хотел, чтобы об этом узнали самые высокопоставленные лица.
– Я сделаю всё, что в моих силах, – искренне ответил Пришвин.
Створки лифта открылись, и они вышли в короткий ярко освещённый коридор. Сердце Пришвина возбуждённо забилось при виде ещё одной широкой бронедвери в конце прохода. Справа от двери находилась панель какого-то хитрого электронного замка.
– Войти в эту дверь может лишь тот, кто имеет ключ, – деловито заметил профессор. – Замок-сканер реагирует на общий отпечаток моей правой руки. А также на отпечатки большого или указательного пальцев любого из сотрудников подземного корпуса НИИ. Но если я введу команду через нашу компьютерную систему, то никто, кроме меня, уже не сможет войти внутрь через эту дверь. Очень удобный замок!..
Профессор Волков не замедлил продемонстрировать Пришвину достоинства замка, приложив свою худую ладонь с хищными крючковатыми пальцами к поверхности гладкой, как стекло, панели. Раздался короткий сигнал, двустворчатая дверь автоматически раскрылась, словно люк космического корабля, и журналист вслед за профессором вошёл внутрь.
11
В то же самое время, когда Костя Пришвин начал осмотр подземного лабораторного комплекса, в одном из самых нижних и дальних его закутков двое охранников, – Сеня Лёвкин и Жора Петров, – отчаянно резались в карты, даже не обращая внимания на Доминанта, умиротворённо покоившегося в своем саркофаге.