Мара Вульф – Вина и грехи (страница 47)

Я медленно подошла ближе к ведьме.

– Эстера только после его смерти узнала, что он спас свою душу, – заявила я в защиту своей прародительницы.

Как Мелинда смела так говорить? Она не имела на это права. Эстера испробовала все, чтобы остановить Нексора. Что может служить более веским доказательством, чем то, что она сама убила его?

– Она оставила мне воспоминания в замке. Но она не знала, как убить его душу. Она записала послание в гримуаре в надежде на то, что одна из ее наследниц найдет решение.

Глаза Мелинды расширились от удивления и ужаса.

– Она не знала?

Эта женщина сама раскрыла и охраняла тщательно оберегаемый секрет, но не ожидала, что даже у Эстеры нет решения.

– Нет. А ты выяснила?

– Не я. Одна из твоих предшественниц. Последняя до тебя. Она была очень умна, но умерла молодой. Ее звали Вероник. В ее гримуаре осталось зашифрованное послание. Скорее всего, оно предназначалось тебе. Я расшифровала его и уничтожила. Чтобы он не попал не в те руки.

– Ты расскажешь мне, что там было написано? – Я так нервничала, что у меня покалывало кожу. Скольких еще ведьм и ведьмаков увлечет идея о том, что их души будут путешествовать во времени в одержимых телах? Наверное, очень многих. – Как убить его окончательно? Понадобится какое-то особое оружие?

– Никакого оружия. – Ведьма ненадолго замешкалась, прежде чем продолжить. – Тебе нужно убить не его душу. Речь идет о ее ядре. О ее сердце.

– Ее сердце? – спросил я. – Что ты имеешь в виду?

Мелинда сделала глубокий вдох и твердо посмотрела мне в глаза.

– Он вырвал сердце своей души и спрятал его. Только если ты найдешь это сердце и уничтожишь его, убьешь его душу. Пока оно бьется, он будет воскресать снова и снова. – В ее тоне прибавилось настойчивости. – Сердце души удерживает ее внутреннюю сущность в целости. Как только оно отделяется, человек теряет всякое сострадание, всякую эмпатию. Все, что остается, – это эгоизм и желание выжить, на какие бы зверства тебе ни пришлось пойти ради этого. У меня ушло сорок лет, чтобы собрать всю картину. И все эти сведения я уничтожила.

– Почему? Хотела использовать для себя? – подозрительно спросила я. – Потому что это был твой шанс на бессмертие?

– Это не бессмертие. Это кара! – огрызнулась сестра Селесты. – Я уничтожила эту информацию, чтобы никто не смог повторить заклинание. Я думала, что это даст нам шанс спасти Ардял. Но я не могла ошибиться еще больше. То, что я сделала с Софией и тобой… все зря. Как и то, что я позволила Раду убить твоих родителей. Нексор уже давно победил. И Селеста тоже.

– Не могла бы ты перестать говорить загадками? – рявкнула я. – Просто скажи мне, кто это. Просто расскажи мне все, что знаешь.

– Я бы посоветовала тебе покинуть Ардял, но эта земля – твоя судьба, ты никогда не сможешь отвернуться от нее, Валеа. Твоя кровь связана с этим местом, как и моя.

Такая резкая смена темы сбила меня с толку. Она тянула время? Вводила меня в заблуждение? Ждала, когда я утрачу бдительность?

– Я не намерена снова уходить. Как мне уничтожить это сердце души? Где оно находится? Скажи мне, и я сделаю это. Потом мы позаботимся о Селесте. Без него как союзника она станет слабее. А после этого мы будем свободны.

Ведьма слегка наклонилась вперед:

– Ты действительно думаешь, что хоть для одного члена нашей проклятой семьи найдется место, где мы будем свободны, найдем настоящее счастье и заслужим прощение? – Ее рот искривился в болезненной улыбке. – Твой отец обрел это счастье на несколько коротких лет, потому что прятался, как трус. Он надеялся, что если воспитает своих детей в викканской вере, то они смогут избежать своей участи. Но это невозможно. Не будет у тебя ни счастья, ни мира, ни даже любви. Ничего этого не было ни у одной из наших королев.

Я тихо рыкнула. Не то чтобы я не ожидала чего-то подобного, но тот факт, что она бросила мне в лицо эту простую истину, буквально впился в мое сердце как шип. В ушах зазвенело. Моя магия вырвалась наружу, и на лесной поляне затрепетало пламя. Эстера получит все это, потому что я ее не подведу. Мелинда ошибалась. Она должна ошибаться. Все эти страдания не могли быть напрасными.

– Тебе известно, где он спрятал это сердце, или нет? – Мое терпение висело на волоске. – Потому что если нет, то наш разговор окончен. Тогда я отправлюсь на его поиски.

– Селеста убьет меня. Однажды она меня отыщет, – уже гораздо спокойнее произнесла ведьма, проигнорировав мой вопрос. – Но сперва тебе необходимо узнать еще одну вещь. Я удивлена, что Николай не рассказал тебе об этом давным-давно. Ты – его ахиллесова пята, и Селеста это подозревает. Я предупреждаю тебя, она хочет его заполучить. Хочет править с ним вечно.

От этих слов кровь застыла в жилах.

– Она велит ему укусить себя? Хочет, чтобы он ее обратил? Поэтому она заперла Алексея, он – ее разменная монета? – Мысль о том, как Николай впивается зубами в ее шею и пьет ее кровь, оказалась настолько отвратительной, что меня затошнило. – Прежде чем это произойдет, я ее убью.

Мелинда запрокинула голову и рассмеялась так безудержно, что по ее щекам побежали слезы. Эта женщина явно сошла с ума.

– А вот как раз с этим ты и не справишься. Неужели ты до сих пор не поняла?

– Очевидно, нет! – фыркнула я.

– Как ты думаешь, почему Селеста так надолго исчезла после побега Милоша?

Я скрестила руки на груди, чтобы не дать себе наброситься на нее и вырвать из груди ее проклятые секреты. Эта женщина раскрывала мои худшие стороны. Возможно, Николай прав, и во мне куда больше жестокого наследия предков, чем я готова себе признаться.

– Ты права. Именно Нексор помог Селесте забрать бессмертие стригоев. Она нашла подсказки о носителях семиконечной звезды раньше меня. Можно сказать, что уже в юности она стала одержима Эстерой. Она узнала, в каком теле он находился, и заключила с ним союз. Одно чудовище всегда узнает другое, знаешь ли.

– Что случилось потом?

– После побега твоего отца из Ониксовой крепости ее надежды на возвращение бессмертия стригоев угасли. Тогда она попросила Нексора отделить сердце ее души, а после того, как он исполнил ее желание, она исчезла, чтобы скрыть это. – Мелинда безрадостно рассмеялась. – Это единственная причина, по которой ее так долго не было. А позже до нее дошли слухи, что родилась новая наследница с семиконечной звездой, и она вернулась в Ардял.

– Селеста давно стала бессмертной? – очень медленно и почти беззвучно выдавила из себя я. Почему я даже не задумывалась об этом? Конечно же, Нексор мог помочь ей и в этом.

Она кивнула.

– И на этот раз никто не сможет отнять у нее бессмертие. – Мелинда с сожалением посмотрела на меня. – Пока ты не найдешь сердца их душ, можешь убить их тела, но потом они займут новые и продолжат убивать каждого, кто встанет у них на пути. Любого, кто узнает их секрет. Теперь их ничто не остановит.

Два бессмертных и бессердечных противника. От страха у меня подкашивались ноги, и я с трудом стояла прямо.

– А ты пыталась.

Когда она кивнула, на ее лице отразилась печаль из-за того, что у нее ничего не получилось.

– Я отказалась от всего, во что когда-то верила, и потерпела неудачу, – подтвердила сестра королевы. – Твой отец не хотел сражаться. Я заключила союз с Раду, хотя знала, какой он мерзавец. Он убил Никиту и убил бы Николая той ночью, но не смог его найти.

Потому что он остался со мной в той дыре в земле и защищал меня. Внучку мужчины, который убил его отца. Он не стал похищать и пытать меня, хотя уже мог догадываться, что я ношу в себе его магию. Он пощадил меня.

– Тем не менее другого союзника у меня не было, – продолжила Мелинда. – Мы надеялись, что если завладеем магией стригоев, то у нас будет хоть какой-то шанс против Нексора и Селесты. Мой план не сработал. Я проиграла.

Все мое тело прошиб холодный пот. Селеста будет править Ардялом до конца времен, даже после нашей смерти. Эта задача мне не по плечу. Несмотря на семиконечную звезду и пришедшую с ней силу. Как я должна сражаться с двумя бессмертными монстрами? Как должна найти сердца их душ, не имея ни малейшего представления о том, где они спрятали их? Шесть королев до меня искали их на протяжении тысячи лет. Селеста получит Николая и будет использовать его до тех пор, пока он ей не надоест. Я крепко прижала кулаки к глазам. Я родила ребенка в это ужасное будущее. И не смогла защитить. А женщина, которую я ненавидела и ненавижу, всего лишь пыталась спасти нас всех.

Глава 13

ЗАМОК КАРАЙМАН В АРДЯЛЕ

Над нами раздался звук, как будто кто-то задержал дыхание и теперь тихонько выдыхал. Я резко задрала голову. Пять призрачных ведьмаков парили прямо над нами. Их плащи задевали верхушки деревьев.

– Беги, – крикнула я Мелинде.

Однако существа уже опускались на нас так стремительно, что капюшоны двух из них соскользнули с голов. Мной овладел ужас. Кожа на их лицах была белой, как выбеленные солнцем кости. Глаза горели как раскаленные угли. Из-под тонких губ, изогнутых в улыбке, выглядывали заостренные зубы. Мелинда вскочила на свою метлу, но заколебалась.

– Уходи, – взревела я и подняла руки.

Мое заклинание смахнуло с ее пути ближайшего призрачного ведьмака. Его место тут же занял второй и поплыл в ее сторону. Женщина по-прежнему не делала никаких попыток сбежать, повернув голову и осматривая окрестности. К моему ужасу, из-за деревьев на метле вылетел Илия. От его скорости захватывало дух. Он обезумел или просто устал от жизни? Но, как ни странно, он не задел ни одной веточки и приземлился рядом с матерью в тот самый момент, когда призрачные ведьмаки взяли нас в кольцо. Теперь уже поздно бежать. Один из них двинулся вперед, и Илия выстрелил в него заклинанием, превратив в пыль. Остальные негодующе зашипели и отступили. И тут пыль снова срослась. Проклятье. Проклятье. Проклятье.