Мара Вульф – Вина и грехи (страница 48)
– Прекрати. – Мелинда потянулась к руке сына. – Все кончено. Ты знаешь, что делать. – Она пристально посмотрела на меня, а затем снова подняла глаза.
Над деревьями парила Селеста. На ее губах играла жестокая, торжествующая улыбка. Сбоку от нее медленно шевелил крыльями Николай. Потом я заметила Люциана, Адриана и пожилую ведьму с короткими седыми волосами, которая тоже присутствовала на заседании Совета.
– Тебе не следовало приходить сюда. – Мелинда приложила руку к щеке Илии и улыбнулась – с грустью и отчаянием одновременно.
– Уходи, – потребовал он. – Я задержу ее, пока ты не доберешься до безопасного места.
Мой кузен стоял перед своей матерью, выпрямившись во весь рост. По его рассказам у меня сложилось впечатление, что они с Мелиндой не очень близки. Но он любил ее, а она любила его, это было очевидно.
Призрачные ведьмаки снова выдвинулись вперед. Недолго думая, я очертила нас троих кругом, и вспыхнуло пламя. Оно зацепило плащ одного из ведьмаков. Раздался пронзительный визг.
– Уведи ее, – прошипела я Илие. – На какое-то время я смогу их задержать.
– Я никуда не уйду, – сказала Мелинда. – Моя задача выполнена, а место Илии – рядом с тобой.
– Ненадолго, потому что очень скоро мы все будем мертвы.
Селеста опустила метлу и полетела ниже.
Больше не заботясь о них двоих, я добавила огня. Сквозь пламя мельком увидела опасно спокойное лицо Николая. Поможет ли он нам? Он едва заметно качнул головой. Это означало, что он не придет на помощь или что я должна сдаться?
– Я так горжусь тем, что я твоя мать, – услышала я шепот Мелинды. – Заботься о нем, Валеа. Защищай его. Теперь, когда я больше не смогу. Надеюсь, что однажды ты простишь меня.
Едва она произнесла последнее слово, как на нее обрушилась молния. Я вскинула руки, формируя щит. Жар от огненного шара Селесты врезался в мои ладони. Мелинда ахнула. От силы удара я рухнула на колени. По телу заструился жар, пока я поддерживала связь с огнем Селесты. Она пыталась вырвать его у меня, чтобы швырнуть обратно в сестру, но я не отпускала. Седовласая ведьма разрушила мое огненное кольцо водным заклинанием, а я не могла этому помешать, потому что была занята Селестой. Призрачные ведьмаки подходили все ближе. Илия старался держать их на расстоянии. Тем не менее один из них протиснулся мимо парня, положил свою костлявую руку мне на плечо, и нечеловеческий гул разбил вдребезги все мои мысли. Молния ударила призрачному ведьмаку прямо в лицо. Он взорвался и на этот раз не восстал. Против огня эти чудовища были бессильны.
– Убирайся отсюда! – с яростью крикнула я Мелинде, которая опустила руку.
У меня все еще звенело в ушах. Шум боя звучал странно приглушенно.
Однако ведьма продолжала настойчиво смотреть на меня, а затем позволила мне увидеть тонкий защитный барьер, который она поставила вокруг Илии. Его заклинания пробивали щит, но ее сыну никто навредить не мог. Молнию Адриана отбросило назад. Отшатнувшись, он отлетел вместе с метлой и врезался в ветви высокой сосны. Только Люциан и Николай не принимали участия в схватке. Они по-прежнему парили в воздухе. Ведьмак положил руку на плечо стригоя, словно желая его удержать. На нас обрушился второй огненный шар, и я не успела его остановить. Он с грохотом ударился о ноги Мелинды. Она рухнула. Ведьма рядом с Селестой злобно усмехнулась. Илия опустился на колени рядом с матерью, защитные чары вокруг него исчезли. Селеста с легкостью выхватила у меня свой огонь, и связь прервалась. Она лишь хотела меня отвлечь. У меня ни на секунду не было преимущества. Королева приземлилась прямо передо мной, а рядом с ней возник Николай. Выражение его лица было чернее грозовой ночи, гнев сочился из каждой поры. Остальные заняли позиции позади Селесты, только призрачные ведьмаки остались в стороне.
– Я слышала, здесь намечается небольшое воссоединение семьи. – Королева задумчиво коснулась пальцами губ. Ее черные татуировки светились. – Почему меня не пригласили? Моя сестра избегает меня уже больше двух лет. Почему ты не дал мне знать, что она здесь, мой дорогой племянник?
Илия издал приглушенный рык, когда седовласая ведьма шагнула к нему. Мелинда тяжело дышала, а под ее кожей разбегались черные трещины. Задохнувшись от ужаса, я почувствовала руку Николая на своей талии, прежде чем Люциан оттолкнул его в сторону. Пальцы Мелинды то разжимались, то сжимались. Затем она резко выгнулась. Поток ярко-черной крови залил ее платье и рубашку Илии. Он гладил мать по волосам, убирая их с ее лица, и, казалось, его успокаивает то, что он держит мать в объятиях перед лицом ужаса. Но он не мог не чувствовать, что она умирает.
– Илия ничего не знал. Я практиковалась в полетах, и вдруг появилась Мелинда. Она хотела меня убить. Он прибыл сюда чуть раньше тебя, – твердо сказала я. – Если бы не он, я была бы сейчас мертва. Он спас меня.
Для Мелинды я больше ничего не могла сделать, зато для ее сына могла.
Я рискнула бросить быстрый взгляд на Николая. Предупреждение и гнев в его глазах все еще были очевидны. Селеста тихонько рассмеялась.
– Есть кое-что, в чем я всегда завидовала Мелинде. – Смех резко прекратился. – Преданность Илии. Ни моя дочь, ни мой внук не обладали этим качеством. – Быстрая, как змея, ее рука метнулась вперед и схватила меня за подбородок. Королева сжала его и заставила меня посмотреть ей в глаза. – Не совершай ту же ошибку, что и они. Ты в курсе, чем это для них закончилось. Так что никогда больше не лги мне.
– Валеа ничего не сделала, – бесцветно проговорил Илия. – Если хочешь кого-то наказать, накажи меня. Моя мать оказалась здесь из-за меня.
Мелинда в последний раз обвела нас взглядом и вложила все свои угасающие силы в попытку покачать головой. Селеста едва заметно кивнула, и из указательного пальца седовласой ведьмы появился удлиненный коготь, похожий на тонкий меч. Прежде чем кто-либо успел ее остановить, он пронзил сердце Мелинды. Люциан двинулся было к ней, но на этот раз уже Николай удержал
– Я не стану наказывать тебя за то, в чем виновата твоя мать, мой мальчик, – бодро заявила королева. – Я и без того достаточно сожалею, что позволила Люциану использовать против тебя то заклинание. Я думала, что ты быстрее и сильнее его. Как же мы иногда ошибаемся в людях. Если бы ты убил его, то сохранил свое зрение.
– Это действительно было глупо с моей стороны, – бесстрастно признал Илия, касаясь рукой щеки матери.
Селеста снова рассмеялась.
– Но ты ведь не жалеешь об этом, верно? Пока, во всяком случае. Но этот день настанет. Так скажи же мне, мой мальчик, что она на самом деле делала здесь?
Я ненавидела ее с такой яростью, на которую, как мне раньше казалось, вообще не была способна. Если сказанное Мелиндой – правда, а я почти не сомневалась, что так оно и есть, значит, это зло теперь будет жить вечно. Если только я его не остановлю.
Люциан опустился на колени рядом с Илией и положил руку ему на плечо.
– Пусть сначала он ее упокоит, – попросил он королеву. – А после этого ответит на любые твои вопросы.
Седовласая ведьма возмущенно фыркнула.
Я не могла в это поверить. Видимо, все еще есть кто-то глупее меня. Селеста наверняка расценит это как оскорбление. Неужели он и так уже недостаточно рисковал?
На поляну приземлился Адриан, встал позади Илии и злорадно ухмыльнулся новой ошибке Люциана.
Лицо Илии напоминало бледную маску.
– Моя мать была здесь, – начал он, – чтобы убедить меня претендовать на терновый трон. Считала, что я буду более достойным наследником, чем Валеа. Она всегда жаждала власти. Тебе это известно лучше меня. Она не хотела мириться с тем, что меня не интересует корона. – Он нащупал безвольно повисшую руку матери и положил ее ей на живот. Люциан положил другую поверх нее. Илия очернял память своей матери ради меня. – Часовой уведомил меня, – продолжил он бесстрастным тоном, – что Валеа ушла в лес одна. Он должен был немедленно сообщить тебе. Я испугался за принцессу и отправился следом сам.
– Значит, это послание где-то потерялось, – самодовольно заметила королева. – Придется нам найти этого нерадивого стражника. Адриан, позаботься о нем.
Еще один невинный мог пострадать. Я на мгновение прикрыла глаза.
– Брианна, сожги предательницу вместе с этим домом. Она не заслуживает похорон.
Седовласая женщина коротко кивнула, а у меня пересохло во рту. Так это и есть Брианна Валери, мать Ярона, женщина, которая так страшно издевалась над собственным сыном. И как я сразу не догадалась? Но что она делала в Караймане? Кто отвечал за Ониксовую крепость в ее отсутствие? Неужели правда Нексор? Прежде я уже задавалась этим вопросом. Неужели мне обязательно отправляться в это место, которое, если верить рассказам о нем, было истинным воплощением ночных кошмаров?
Тело Мелинды вырвалось из рук Илии и поплыло в сторону дома. Души моих родителей отправились в страну вечного лета без прощания. С Кириллом я тоже не успела попрощаться. Я могла попросить помощи и прощения для души Мелинды. Даже если ведьмы не верили в то, что наши души находятся в цикле появления и возвращения, в это верила я. Ни одна душа не заслуживала того, чтобы уйти без добрых пожеланий и заверений в том, что ей здесь были рады.