Мара Вульф – Не оставляй меня (страница 27)
Несколько ночей назад она до смерти напугала нас с Леа. А теперь стояла передо мной собственной персоной. Тогда я почти ее не рассмотрела. На бабушку она совсем не похожа.
– Привет, Джесс, – поздоровалась она со мной мягким голосом, который звучал абсолютно не так, как той ночью. – Рада тебя видеть.
Гея, праматерь, создательница жизни и женщина, которая стремилась уничтожить человечество и настроила Агрия против его семьи. А ведь до этого момента день казался довольно неплохим.
– Что она здесь делает? – вырвалось у меня. Больше всего хотелось вскочить и убежать. Тени, окружавшие богиню, всколыхнулись, и от страха у меня по позвоночнику потек пот. Взгляд заметался по комнате в поисках эриний. Однако кроме нас троих тут никого не было.
– Тисифона со своими сестрами, – заявила Гея. – Не бойся. Признаю, тем вечером мы немного перегнули палку. – Глаза богини-матери переливались, словно жидкое серебро. В них не отражалось никаких эмоций. Возможно, за дверью меня поджидал еще какой-нибудь монстр.
– Я хочу уйти, – процедила я.
– Она просто собирается предложить свою помощь, – сказала Ариадна. – Сейчас, когда Агрий правит Олимпом, нам следует подумать о тех, кто должен выжить. – С каждым словом в ее голосе слышалось все больше силы.
– Кто должен выжить? – ошарашенно переспросила я. – Что ты имеешь в виду?
Гея медленно пошла ко мне. При каждом шаге на полу вырастала трава, вокруг ее лодыжек обвивались лианы, а на плечах и в волосах сидели бабочки. Природа следовала за Матерью-Землей. Разумеется. Крутой эффект, но меня им не запугать.
– Это не доставляет мне удовольствия, – заговорила она. – Поверь. Однако Зевс иного не заслуживает. Он просто без ума от вас, людей. Правда, так было не всегда.
– Мы очень милые, – выдавила я. – По крайней мере, в большинстве случаев.
К тому моменту она уже стояла прямо передо мной.
– Некоторые из вас – может быть, – согласилась она. – Но остальные злоупотребляли и оскверняли мою Землю. Пора мне положить этому конец. Я вас истреблю. – Она с улыбкой наклонила голову набок. – Слишком долго я ждала. Смотри сюда, я хочу, чтобы ты меня поняла. – Гея подняла руку и взмахнула ею в воздухе. В комнате словно из ниоткуда возникли образы. Я увидела покрытые снегом горы, орел кружил над вершинами. Затем появилась зеленая саванна со множеством животных. Газели мирно щипали траву рядом со львами и слонами. Дальше она показала мне океан. По синей воде плыли дельфины и группы китов. На одной из картинок я заметила даже играющих русалок. – Когда-то Земля выглядела так, – с тоской сказала она. – А вот во что вы ее превратили. – По воздуху поплыли новые тревожные образы. Мелькали горы мусора, в которых дети искали еду. Загрязненные серые земли, где солнечные лучи преломлялись в лужах мазута. При виде груд ободранных звериных тушек, которые облепили жужжащие мухи, я не выдержала и отвернулась. Меня накрыло волной зловония. Маленькие проворные корабли охотились на китов, пока вода на протяжении нескольких километров не краснела от крови животных. Я закрыла глаза руками.
– Хватит, – взмолилась я. – Не могу на это смотреть.
– Я тоже, но ничего иного мне не остается, – грустно откликнулась Гея. – Мне приходится. Я не могу отвернуться. И это продолжается много веков. Но в последние десятилетия осквернение земли достигло пика. Я обязана покончить с этим, а Зевс никогда бы не позволил прибегать к таким радикальным мерам. – Богиня села напротив меня. – Я не знаю, что делать, – продолжала она. – И спрашиваю тебя: что еще я могла бы предпринять?
Я беспомощно пожала плечами.
– Убить всех нас – не выход. – Но, если честно, вероятно, это он и есть. Без людей природа вернула бы себе все, что мы у нее отняли. Возможно, это произойдет не сразу, но если у богов чего-то в избытке, то это времени.
– Прометею следовало создать вас бессмертными, – рассуждала вслух Гея. – За короткий период жизни, отмеренный вам от рождения до смерти, вы не готовы брать на себя ответственность за то, что оставляете после себя. С каждым поколением становитесь все жестче и безжалостней. У меня нет другого выбора. – Такое ощущение, что она пыталась передо мной извиниться.
– А чтобы Зевс и боги не помешали тебе воплотить задуманное, Агрий заключит их в Тартар?
– Совершенно верно. Зевс, увы, не настолько сообразителен, как его сын, а ведь его тоже вырастила я. – Женщина вздохнула. – Как только людей не станет, я позволю снова выпустить богов, и тогда они смогут вернуться на Землю. А через пару столетий люди и Митикас превратятся всего лишь в легенды.
– Раз все уже решено, то что тебе нужно от меня?
Гея опять встала и вернулась к окну. Вид на бухту был фантастическим, однако во время беседы о будущем моего вида я бы предпочла смотреть ей в лицо.
– Ты и сама знаешь. Пока Агрий не завладеет Посохом славы, я не могу приступить к осуществлению своей миссии.
– Я же сказала, что у меня нет посоха. – Изо всех сил я старалась подавить дрожь в голосе. – Почему ты мне не веришь?
– Потому что ты плохо умеешь лгать. – Развернувшись ко мне, Гея ни на секунду не выпускала меня из поля зрения. – Может, у тебя и правда его нет, но ты знаешь больше, чем признаешься. – Она сделала короткую паузу. – Ты проявила поразительное мужество. В прошлом почти не находилось людей, которые не сломались бы после небольших представлений Тисифоны. И еще ни один человек не осмеливался мне сопротивляться.
– Ты должна сказать правду, – настаивала Ариадна. – Иначе тебе придется очень плохо.
Могла бы и не говорить.
– Вы вовсе не больны, да? – спросила я у Ариадны.
– Нет, больна, – откликнулась та. – Мне осталось жить совсем недолго, поэтому я использую это время, чтобы поступить правильно.
– А так как вы в любом случае умрете, а семьи у вас нет, вам наплевать, что человечество будет уничтожено? – гневно воскликнула я. – Это не правильно, а безумно.
– Гея пообещала, что я стану одной из выживших, – тихо произнесла Ариадна. – Она дарует мне бессмертие. В конце концов, по моим венам течет божественная кровь.
– Тебе я могу предложить то же самое, – вмешалась в наш разговор богиня. – Ты поможешь нам с Агрием, а взамен останешься в живых.
– А что насчет моей семьи? Моих друзей? – Она действительно считала, что я настолько эгоистична? Наверно, да. К сожалению, это одно из самых выдающихся человеческих качеств. Наверняка эгоизм в ящике Пандоры лежал на самом верху, и теперь мы за это расплачивались.
– На них мое предложение, увы, не распространяется, – ответила Гея и опять отвернулась. – На Земле не должно быть слишком много бессмертных. Их и сейчас-то сложно держать в узде. Найдешь себе новых друзей. Агрий выпустит Афину, после того как укрепит свою власть. Она же тебе нравилась. К тому же есть много других привлекательных богов, которые с удовольствием возьмут тебя в жены. Заведешь бессмертных детей и максимум через сто лет забудешь о своей человеческой жизни. И этого идиота Прометея тоже. Хотя, если сделаешь все так, как я скажу, быть может, я пойду тебе навстречу. – Она притворилась, будто задумалась на мгновение. – Я разрешу тебе выбрать
Однако она далеко не так хорошо знала людей, как полагала. Она не знала меня. Выбрать между мамой, Фиби, Леа, Джошем и всеми остальными, кого еще любила? О Кейдене я запретила себе думать. Это безумие.
– Как ты собираешься нас уничтожить? – задала вопрос я, чтобы потянуть время. Убить восемь миллиардов человек – это вам не игрушки.
Мне нужно что-то придумать! Нужно ее задержать. Как-нибудь.
Гея улыбнулась. Она была по-настоящему красивой женщиной. Блестящее синее шелковое платье облегало ее фигуру как вторая кожа. Из высокой прически выбилось несколько белокурых прядей, которые теперь обрамляли овал ее лица. Организатора массовых убийств я представляла себе как-то иначе.
– Наводнения, болезни, пожары, землетрясения… у меня много возможностей, – так кратко перечислила она, будто собиралась просто сдать машину на металлолом. – Если это тебя утешит, я постараюсь сделать так, чтобы люди не страдали. Все произойдет очень быстро.
Лучше не буду спрашивать о таких практичных вещах, как могилы или запах разложения. Боги сумеют вновь поселиться на Земле не раньше чем через столетие.
– Как благородно с твоей стороны.
Татуировка у меня на спине вдруг начала гореть. Не так сильно, как в пещере Гефеста, но все же до боли. Я чуть сгорбилась, подавшись вперед, и в тот же миг раздался стук в дверь.
– Войдите, – крикнула Ариадна.
Стоило мне решить, что хуже уже некуда, как в комнату расслабленной походкой вошел Агрий.
– Как мило, – сказал он, и его взгляд скользнул по нетронутым чашкам и пирожным. – А почему меня не пригласили на чаепитие? – Альбинос поцеловал Гею в щеку, прежде чем повернуться ко мне: – Джесс, – с легким кивком поздоровался со мной он. – Как дела?
– Пока относительно неплохо, – ответила я, а желудок словно сжала холодная рука. По спине побежал пот. – А у тебя?
Сын Зевса сузил красные глаза и встал прямо передо мной.
– Не жаловался бы, если бы кто-то не похитил моих подданных.
– Сочувствую, – откликнулась я. На его белой шее запульсировала вена.