Мара Вульф – Не оставляй меня (страница 29)

– Почему врачи разрешили ему уйти?

– Он довел персонал до безумия. Потому что не мог больше ни дня вынести на больничной койке. Если бы Джули не исполняла роль надзирателя, Робин бы, наверно, забралась к нему в постель, – с весельем в голосе откликнулся Джош. – Он был бессилен против нее.

– Вот бедняга. Уверена, у него уже началась ломка, – пробубнила я.

– Не будь такой подлой. Ты спокойно могла бы еще раз к нему заглянуть. Почему ты такая упрямая?

Потому что в таком случае я бы пыталась заползти к нему в постель. Этот парень ужасно влияет на мое тело. Рядом с ним я перестаю быть самой собой. Нельзя было позволять ему меня целовать.

– Он действительно обо всем сожалеет, Джесс.

– Ему следовало задуматься об этом раньше.

– Ты же в курсе, что мы, парни, всегда включаем мозг с запозданием, – сказал Джош. – И боги, очевидно, не намного умнее.

Он на удивление быстро и безболезненно переварил тот факт, что среди нас жили греческие боги. И уже дважды ходил на тренировки с Гераклом. Наверняка Гера при любой возможности кормила его лимонным пирогом. Я подавила зависть.

– Лучше от этого не становится, – ответила я после короткой паузы. – Держу пари, если я не поддамся, в следующий раз он будет осторожнее обращаться с девушкой, в которую якобы влюбится.

– То есть ты хочешь, чтобы он снова влюбился?

– Во-первых, я об этом даже не думаю, а во-вторых, исхожу из того, что это случится. В конце концов выбор у него огромный. Теперь он смертный. Может исколесить весь мир. И повсюду девчонки будут падать к его ногам. – Если Гея даст ему дожить до этого момента, промелькнуло у меня в голове, но озвучивать я это, конечно, не стала и продолжила: – Не сомневаюсь, что он очень скоро меня забудет.

– Не думаю, – произнес Джош. – И еще я не думаю, что у него есть желание колесить по миру. Кейден не уедет из Монтерея, если ты на это надеешься. Он никуда не уедет, пока тебе грозит опасность.

– Но какой-то план у него ведь должен быть, – в отчаянии сказала я. Он ни в коем случае не должен оставаться рядом со мной. Сколько мне еще удастся держать его на расстоянии? – Ты у него не спрашивал?

– Само собой, но, если я правильно его понял, Кейден никогда не задумывался о том, что будет делать со своей смертной жизнью, – откликнулся Джош, и это уже звучало неуверенно.

– Значит, он еще глупее, чем я полагала. К чему тогда весь этот бунт? – Больше всего мне хотелось стукнуться головой обо что-то твердое.

– То, что ты всегда продумываешь все на два шага вперед, еще не означает, что мы все так делаем.

– Так и знала, что ты его поймешь.

– Кейден ведь не знал, в каком столетии выиграет спор, и даже ты должна признать: сейчас не такие условия жизни, как в середине шестнадцатого века или вообще в будущем. Он не мог строить планы.

– Да, да, – буркнула я. – Ты прав. Но сейчас ему надо как можно скорее что-нибудь придумать, и лучше всего свалить в Тимбукту. – Внезапно меня очень испугала мысль о том, что я больше никогда его не увижу. Ну почему я такая непостоянная? Потому что до сих пор безнадежно в него влюблена, тут же сама себе ответила я. А единственная стратегия, как не дать ему разбить мне сердце в третий раз, заключалась в том, чтобы его избегать. Это просто жалко.

– Мне так ему и передать?

– Да ради бога. Чем быстрее он уйдет, тем лучше.

– Как хочешь. – Джош на мгновение замялся. – Думаю, тогда он правда уйдет. Он больше не сделает ничего, что могло бы причинить тебе боль.

Я прикусила губу.

– Ладно, может, пусть останется, пока не закончится вся эта ерунда с Агрием, – сдалась я. – Рядом с богами ему, наверно, будет безопасней.

– Конечно, – подтвердил Джош.

Я подождала, пока он скажет что-нибудь еще, к примеру, какой разумный и мудрый совет я только что дала, но друг упорно молчал.

– Не знаешь, Зевс еще не выяснил, кто предатель? – сменила тему я. На данный момент это гораздо важнее.

– Он допросил всех богов в доме, однако никто не признался в том, что стоит на стороне Агрия.

– Получилось бы немножко тупо. С какой стати кому-то добровольно в этом сознаваться? Ты рассказал ему о своих подозрениях насчет Эроса? – аккуратно спросила я. Молодой бог тем временем вместе с Фиби смотрел у нас в гостиной «Игру престолов».

– Да, но он не воспринял меня всерьез. Вместо этого Зевс взбесился и разнес в хлам половину кабинета, – продолжил Джош. – Гера считает, ему тяжело было остаться совсем без власти.

– Возможно, это сделает его чуть помягче в будущем. – Мы обязаны раскрыть изменника. Причем быстро. Только после этого я смогу передать Зевсу посох. – Мне нужно тебе кое-что сказать, – добавила я. Если ни с кем не поделюсь, то меня просто-напросто разорвет изнутри, а Леа слишком далеко. – Я недавно ездила в «Monterey Plaza» к Ариадне. Гея и Агрий тоже оказались там.

Я услышала, как Джош поперхнулся воздухом.

– Что-что? Зевс уже в курсе? Чего они хотели?

– Все того же. Узнать, неизвестно ли мне все-таки, где спрятан посох.

– Ты реально сошла с ума? – В его голосе прорезались гневные ноты. – Когда я расскажу об этом Кейдену!..

– Я не знала, что эти двое там будут, – перебила его я. – Собиралась просто навестить Ариадну и надеялась получить еще какие-нибудь крохи информации.

– Они тебе угрожали? Навредили как-нибудь? Господи, Джесс. Для нас это чересчур. У Леа до сих пор в кошмарах снится Тисифона.

Об этом я не знала.

– Агрий грозится что-то сделать с Фиби, если я им не помогу. – У меня надломился голос. Лишь надежда на то, что за ней присмотрит Эрос, более-менее сдерживала мой страх в узде. Я молилась, чтобы маленькому богу можно было доверять. Но что, если и это заблуждение? Помассировав заболевшие виски, я решила рассказать Джошу сразу все. – Посох у меня, – прошептала я.

От шока на другом конце линии повисла тишина.

– Поверить не могу, – через некоторое время выдавил из себя друг. Казалось, он изо всех сил сдерживался, чтобы не закричать.

– Афина запретила мне отдавать его Зевсу, пока не выяснится, кто предатель, – затараторила я дальше. – Она боится, что шпион похитит посох и отнесет его Агрию… – На самом деле это все, что мне требовалось сказать.

– И поэтому ты подвергаешь всех нас опасности? – По тону Джоша не оставалось сомнений, что он думал о приказе Афины.

– Я уже не знаю, что правильно, а что – нет. – Даже в моих собственных ушах эта фраза звучала жалко. Наверняка все диафани до меня были в сто раз храбрее и решительнее.

– Есть у меня одно предложение, но ты ведь, как обычно, меня не послушаешь, – ответил Джош. – Кейден, конечно, повел себя как козел, но он бы помог тебе спасти людей. Мы же в конце концов его творение. Спроси у него, что тебе делать.

– Не очень-то много средств для нашего спасения у него осталось. – Что-то внутри меня противилось идее посвятить в это Кейдена, пусть и казалось логичным.

– Тот, кто завладеет посохом и скипетром, на самом деле автоматически становится верховным богом? – уточнил Джош.

– Судя по всему, да. – Вероятно, в Олимпе могла бы править женщина. Такая, которая будет распоряжаться своей властью мудро, независимо и, разумеется, справедливо. Вот с этим у них, по моему мнению, чаще всего и не ладилось.

– Так или иначе, не тяни долго с решением, – предупредил меня Джош. – Переступи через себя и поговори с ним. Одной тебе эта задача не по силам, а мы с Леа не очень-то большие помощники.

– Еще какие, – возразила я. – И я подумаю об этом, обещаю.

– Просто будь осторожна и не натвори глупостей.

С этими словами Джош положил трубку, а я решила заняться стиркой и навести порядок. Маму приняли на должность администратора в больницу, и она работала там уже неделю. Это здорово, однако также означало, что на мои плечи опять легло больше домашних дел. По крайней мере уборка отвлечет меня от богов. Включив музыку погромче, я начала взбивать подушки в гостиной и убирать стаканы, которые Фиби постоянно оставляла где попало. Потом загрузила в стиральную машину первую порцию белья и запустила посудомойку. Фиби и Эрос между тем уже играли у нее в комнате в «PlayStation», от которой бог пришел в полный восторг. В отличие от своих кузенов и кузин, он оказался совершенно спокойным представителем своего вида. Никогда бы не подумала, что моя бойкая сестричка найдет что-то общее с таким мальчиком. Но она заявила мне, что хочет такого же лучшего друга, как Джош, а Эрос идеально подходит на эту роль. Ради ее же блага я очень надеялась, что он не предатель.

Пока я развешивала в саду белье, кто-то громко заколотил в дверь. Я никого не ждала, и никто из моих знакомых не был настолько груб, чтобы практически выбить нам дверь. В голове промелькнула мысль не открывать. Грохот повторился. Еще немного, и дверь просто слетит с петель. Я со злостью ее распахнула. Геракл как раз поднял кулак, чтобы опять постучать. Рядом с ним стоял Гермес, который виновато пожал плечами и смущенно улыбнулся.

– Какого черта? – рявкнула я на Геракла. Тот сердито нахмурил густые брови. Глаза у него были такого же оттенка, как и темно-рыжие волосы, которые казались слишком длинными и слегка завивались. Он был выше Гермеса и далеко не таким качком, как я всегда себе представляла. Ведь по легенде Геракл считался самым сильным из когда-либо живших смертных. Больше всего привлекали внимание шрамы у него на лбу. Кто-то выцарапал у него на коже букву Г. Любой другой человек с такой отметиной выглядел бы изуродованным, однако его виду она лишь придавала дерзости. – В Митикасе вы тоже всегда вышибаете друг другу двери, когда приходите в гости? – гневно спросила я. Всего пара часов спокойствия без богов – разве я так много просила?