Мара Вульф – Месть и пламя (страница 39)
Глава 10
Забравшись в палатку, я сняла сапоги и завернулась в мягкое одеяло. Матрас оказался удобным, и после дневных нагрузок я ожидала, что быстро засну, но на самом деле долго лежала без сна, вглядываясь в темноту. Снаружи царила неестественная тишина. Лес погрузился в безмолвие, и это не давало мне покоя. Проходил час за часом. Кайла так и не появлялась. Я думала об Эстере и гадала, хорошо ли она провела день и чувствует ли себя в безопасности. Должно быть, было уже далеко за полночь, когда я сдалась, укуталась в свой плащ и вышла из палатки. Затем, бесшумно паря над землей, направилась к одному из костров, где еще тлели угли. И только собиралась приземлиться, как вдруг мое внимание привлекло какое-то движение на опушке леса. Я бросила взгляд в сторону палатки Селесты. Стражники окружали ее как живая стена и, конечно же, заметили меня. Я села и поковырялась в костре. На камне рядом с ним лежали оставшиеся лепешки. Одну из них я взяла, разделила на части и положила первый кусочек в рот. При этом есть мне совершенно не хотелось. Я то и дело поглядывала на красные точки, светящиеся между деревьями по другую сторону лагеря. Простояв у костра достаточно долго, чтобы не вызвать подозрений, я поднялась и пошла обратно. С каждым пройденным метром я сплетала вокруг себя все более плотную магическую вуаль, пока не растаяла в воздухе, став полностью невидимой. Стоило добраться до края леса, как меня окутала его темнота. Я осторожно продвигалась дальше среди деревьев, стараясь не издавать ни звука. Однако стригой двигался еще тише, и я до смерти перепугалась, когда он схватил меня за локоть, потом обвил рукой талию и побежал. От инстинктов Ивана не скрыться, да я и не собиралась. Мимо стремительно проносились деревья, и голова у меня закружилась. Закрыв глаза, я молилась, чтобы стригой не врезался в дерево и мы оба не сломали себе шеи. Иван бежал и бежал, и через некоторое время я сообразила, что он все время петляет, огибает что-то и таким образом поднимается все выше в горы. Взлетать стригой не осмелился, значит, заметил призрачных ведьмаков. Неужели он следил за нами весь день? И куда он меня тащил? Мы пересекли узкую долину, по дну которой бежал бурный поток, рядом с которым вилась тропинка. Между двумя утесами показался водопад, и Иван пронесся сквозь эту расщелину. За скалами простиралось круглое дно лощины, окруженное изломанными горами. Хотя над нами раскинулось ночное небо, с высоты это место, вероятно, не просматривалось. Стригой остановился и поставил меня на землю. Было еще темно, но я все равно различила тени, которые неторопливо к нам приближались. Жадно блестели красные светящиеся глаза.
Я нервно сглотнула, но надеялась, что Иван привел меня сюда не для того, чтобы скормить им на завтрак.
– Ты должен вернуть меня до рассвета, – напомнила я. – Надеюсь, ты это учел.
Когда я сделала шаг в сторону, под ногами захрустел гравий. Глаза медленно привыкали к темноте. Вокруг не росло ни деревьев, ни кустов.
– Ты не вернешься, – без всякого выражения сказал Иван. – Ты нужна нам здесь.
– О чем ты? Ты не сможешь шантажировать королеву моим похищением, если вдруг в этом и заключается твой план.
Чтобы заглянуть ему в лицо, я создала крошечные огоньки, которые плясали на кончиках моих пальцев. Глаза стригоя горели темно-красным цветом. Он был голоден, щеки впали. Как давно он не пил?
– Мы можем вместе составить какой-нибудь план, но тебе придется меня отпустить. – Мой голос эхом отразился от скал.
Мужчины и женщины, окружавшие нас, враждебно изучали меня. Их было больше, чем я предположила в первый момент, потому что это укрытие оказалось не таким уже маленьким, как мне показалось вначале. Идеальное место, если имеешь дело с врагом, который не умеет летать. Оно превратилось в ловушку, и Иван не мог этого не понимать. Однако он явно был в отчаянии. Видимо, все окружающие – члены повстанческой армии, которую создала Лупа. Она объединила и возглавила группу стригоев, ведьм и виккан, которых я узнала по разноцветным плащам. А сама сейчас путешествовала с королевой. В курсе ли она, что делает Иван и что он поблизости?
Я подавила дрожь в голосе.
– Если ты этого не сделаешь, она будет угрожать, что убьет мою дочь. Ребенка твоего палатина, – настойчиво произнесла я.
По толпе прошел ропот, и пока виккане и ведьмы держались на заднем плане, стригои придвинулись ближе к нам. Если слухи правдивы, многих из них обратили недавно. Смогут ли они себя контролировать или набросятся в попытке перегрызть мое горло? Против меня у них не было ни единого шанса, но я не хотела причинять им вреда. Я уже не та истощенная, оголодавшая девчонка, которая вернулась в Ардял несколько месяцев назад. Пребывание в Караймане пошло мне на пользу. От несправедливости ситуации и стыда у меня запылали щеки. В то время как я сидела за столом Селесты, они боролись за свою свободу.
– Ее зовут Эстера, и она дочь Николая, – объявила я громким, твердым голосом.
– Николай мертв, – практически беззвучно произнес Иван. На мгновение он запрокинул голову, а когда снова посмотрел на меня, из его взгляда полностью исчезли удивление и мягкость. – Мы все кого-то потеряли в этих войнах. Родителей, братьев и сестер, любовников, друзей или детей. У тебя будут другие дети. Но если мы позволим тебе открыть источник и Селеста получит эту магию, она убьет нас всех.
И чтобы не допустить этого, он согласен на смерть Эстеры! Селеста использует ее, чтобы заставить его меня освободить. А если он откажется, она убьет девочку в назидание другим. Ей не нужна наследница, ей нужны мои воспоминания.
– Кроме того, здесь ты в безопасности, – уже мягче добавил Иван. – Как только Нексор поймет, что ты не полюбишь его так же, как тысячу лет назад, его ярость будет безгранична. С таким же успехом ты можешь открыть источник для нас. Мы не собираемся подчинять себе весь Ардял и оставим земли людей в покое. С помощью магии мы победим Нексора и Селесту и отомстим за смерть Николая.
Сколько же раз злодеяния творились во имя добра?
– Ты придумал это вместе с Магнусом? – Я скрестила руки на груди. – Он тоже вечно пытается спрятать меня в безопасное место.
Слово «безопасное» я мысленно взяла в кавычки.
Стригой покачал головой. Значит, с Лупой. Получается, что мое похищение было частью их общего плана? А ее интерес к Илие – просто отвлекающим маневром? Задумывалась ли она о том, какой опасности подвергает Эстеру? Нет, сестра не поступила бы со мной так. Я отбросила эту ужасную мысль. Теперь надо сосредоточиться. Этим замыслом Иван подписывал себе и своим последователям смертный приговор. Я схватила его за руку и потянула в сторону.
– Нексора и Селесту не так-то просто убить, ты же знаешь. А чтобы найти источники, мне нужны предметы, которые помогут вернуть воспоминания. Вот этот план, – я сделала широкий жест, – никуда не годится. Мне необходимо выяснить, где Нексор спрятал сердце своей души, иначе этот чудовищный круговорот никогда не закончится.
Круговорот, в котором, как я начинала подозревать, виноват не только он. Однако сейчас это не имело значения.
– Я думаю, – поспешно продолжила я, – что сердце его души охраняет дракон. Так что, только если у тебя есть хоть малейшее предположение, где в Ардяле обитает дракон, – прошипела я, – ты поможешь своему народу. А бредовым планом с моим похищением – нет.
Вряд ли возможно стать бледнее еще больше, чем и так был Иван, но все же у него получилось.
– Дракон?
Я кивнула. Мой гнев угас, и по телу разлилась усталость. Зачем я вообще рассказала ему об этом?
– Его зовут Балаур. Я увидела его в воспоминаниях Нексора. Правда, я могу ошибаться, и, кроме того, дракон наверняка давно мертв.
– Это не так, – к моему удивлению, откликнулся Иван. Он прислонился к скале. – Балаур жив. Он бессмертен.
Я уставилась на стригоя в полном недоумении.
– Как? Почему? Ты его знаешь? – заикаясь, выдавила я.
– «Знаю» – это вроде как преувеличение. Мама рассказывала мне о нем. Она знала его историю от своей матери. Есть только одно существо старше самого старого стригоя – этот дракон. Его огонь способен обратить в пепел любого из нас. Как Нексору удалось вверить ему сердце своей души?
– Ему удалось гораздо большее, – сухо заметила я.
– Верно. Значит, тебе известно, что нужно сделать с этим сердцем души, чтобы он умер окончательно?
Я прислонилась к камням рядом с Иваном.
– Нет. Это мне тоже еще предстоит понять. Именно поэтому я и лечу в Ониксовую крепость. А ты портишь мой план.
Он вздохнул:
– Прости. Из нас двоих Николай был стратегом, а я – бойцом.
В попытке утешить стригоя я положила ладонь на его руку.
– Николай все еще жив, – тихо произнесла я. – Мы собираемся вернуть его, и ты должен мне в этом помочь. Расскажи все, что знаешь.
Оставалось надеяться, что Иван знал больше, чем написано в книгах Невена.
– Этот дракон – хитрая тварь, и он живет не один, – начал стригой.
– Есть и другие драконы? – с ужасом уточнила я.
– Нет. Его защищают русалки, они же его и кормят.
– Добровольно? Что это за существа?
– Монстры.
Я приподняла бровь. Так вот как Нексор решил эту проблему.
– С виду это красивые молодые женщины. Обычно они обитают в озерах, ручьях или болотах и заманивают своих жертв в воду, где топят их. Потом сами лакомятся трупами и приносят мертвечину дракону.