Мара Вересень – Псих из Крашти (страница 2)

— Конгрегация Нодштива и Орден Арина кое-что ему, — добавил светен, ткнув пальцем куда-то в закопченный потолок с подергивающейся на цепи светсферой, — задолжали.

— Ему? — продолжила раздражаться Аманда, повторив жест, догадываясь, что вышеозначенный Пи где-то на втором этаже этой убогой низкопробной забегаловки. — Задолжали?

— Да, именно так. Его уговорили на опасный эксперимент, который пошел немного не по плану, и теперь Пи вот такой, — Арен-Фес обреченно развел руками. — Впрочем, он не слишком отличается от себя прежнего.

Степень раздражения Аманды неотвратимо приближалась к отметке «взбешена». Она, дипломированная ведьма, как бездарная, ехала верхом, потому что пользоваться метлой в Корре нельзя, а теперь приходится сидеть в пропахшей жженым маслом и дрянным пивом дыре и слушать, как инквизитор несет какой-то бред вместо того, чтобы просто представить ее будущему напарнику.

— И давно вы знаете его, светен? — спросила Аманда.

От вежливой улыбки, которую она старательно выдавила на лицо, свело скулы.

— С рождения, — удрученно вздохнул Арен-Фес и тут же прекратил балаган. — Вы ведь понимаете, веда Зу-Леф, — продолжил он совсем другим голосом, спокойным и деловым, — что то, что вы попросили в качестве оплаты, тоже весьма рискованно? Недвижимость в Нодлуте, который в ближайшее время станет центром королевства вместо Корре — безделица, а вот опыты по замене крови совсем другое дело, ваша совместимость…

— Достаточная, я на четверть эльф. Если это будет кровь клана Фалмари или родственного ему, проблем вообще не будет. И разве так уж странно для женщины желать оставаться молодой и красивой и жить дольше?

— Прекрасно, у вас с ним уже есть общие интересы.

— Что? — не сдержала брезгливой мины Аманда.

— Пи тоже все время твердит, что будет жить вечно.

— И где же он?

Инквизитор снова указал в потолок.

— Тогда чего мы ждем? — спросила Аманда.

Как по команде, светсферы в зале полыхнули. Столы вздрогнули, пиво инквизитора опять пустило пену, а сверху раздался явно усиленный заклинанием сладострастный женский стон, за ним торжествующий мужской, утонувшие в хоровом рявке посетителей, вздернуших вверх свои кружки.

— Вот этого, — вздохнул Арен-Фес и поднялся из-за стола как раз в тот момент, когда пивная лужа докатилась до края и споро закапала на пол.

Аманда сдернула со стола свою метлу и поспешила вслед за инквизитором к лестнице.

— Как его на самом деле зовут? — спросила ведьма, поравнявшись с Арен-Фесом. Перил она разумно не касалась и старалась не обращать внимания на мерзкий звук отклеивающихся от ступенек подошв.

— Вам это не нужно, — меланхолично отозвался тот.

— И все-таки? — настаивала Аманда.

— Андрзедж Пеша Питиво.

— Андр… з… ж… Глядь… Вы правы, мне это не нужно.

Наверху оказалось гораздо чище, а звуков определенного характера больше. Арен-Фес, пощелкав пальцами, распустил под потолком рыжеватых светляков, прислушался, уверенно направился в дальний конец коридора. Остановился, бросил в щель дверного замка плетение и жестом предложил Аманде войти.

Ведьма толкнула дверь черенком метлы, шагнула и увидела… Пи.

2

По комнате неровным слоем лежало, в основном сосредоточившись в районе подоконника, стола-огрызка, косого стеллажа без одной дверцы и похабно овальной постели в центре.

Огарки свечей в плошках и без, книги и отдельные страницы в пометках и пятнах воска и без, кружки, одежда, ботинки, какие-то камни, бутылки, оборванная штора со следами возгорания и следами экстренного тушения, ночная ваза с… деньгами? Зеркало было закрыто покрывалом с нарисованной на нем глумливой рожей, уцелевшую дверцу шкафа подпирала рогатая вешалка, прилепленная какой-то вязкой розовой дрянью к полу, и кажется там, за дверцей что-то застенчиво скреблось.

В неуверенно пробравшихся в помещение сероватых лучах утреннего света удивительно красиво плясали сверкающие лазурные искорки. Источником странной пыли была опрокинутая емкость с порошком такого же цвета на подоконнике.

В дремучем хаосе и бедламе, который здесь царил, при прочих равных где-то, если подумать и хорошенько поискать, наверное, и была какая-то особенная прелесть из разряда «зато сразу все на виду», которой оправдываются неряхи, но. Аманде, как всякой порядочной ведьме, подобное претило.

А еще более ей сейчас претило валяющееся на постели лицом в обильном бюсте временной подруги пьяное (запах) полуголое (вид) нечто, не подающее признаков осмысленной деятельности.

Из неосмысленной имелись: невнятное мычание, которое, при должной фантазии, можно было бы счесть за приветствие, и рука, потянувшаяся, как подумалось сразу Аманде, поднять штаны повыше, а на деле просто почесавшая упругую, подтянутую, весьма апп… (спокойно!) задницу с отметинами от ногтей и…

Аманда осторожно шагнула чуть ближе и присмотрелась. Нанесенный ритуальный знак обещал носителю благословение Матери Всего, по большей части именно на ту часть, на которую был нанесен. Печать-благословение изобиловала краштийскими символами изгнания. Любопытно…

Арен-Фес, изображающий молчаливую тень позади, не мешал изучению одобренного кандидата в напарники в естественной среде обитания, и Аманда продолжила.

Спина этого… Пи тоже была фактурная. Не слишком широкая, но вполне рельефная. Вязь татуировки, похожая на растопырившего лапы ядовитого скорпа или на странное, лишенное листьев дерево охватывала спину почти целиком и ветвями-лапами впивалась в бока. Хвост тянулся к упругому, подтянутому и апп...

Смотрели.

Аманда отвлеклась от созерцания. Девица, на которой изволил отдыхать «гений» (хотя просилось совсем другое слово из озвученных внизу), прищурилась, будто Аманда собиралась утащить с прилавка филей, что присмотрела хозяйка бюста.

Сугубо научный интерес к заднице был воспринят за интерес совсем другого толка? Первый котел… Ей эти упругости и рельефы интересны только тем, насколько они квалифицированы для выполнения задачи.

Как сказал светен, Пи — ударная сила и хранитель артефакта, а она, Аманда, мозг этой авантю… миссии. Арен-Фес поправился быстро, но причину оговорки Аманда уже сполна осознала.

— Кхм, — многозначительно изрек инквизитор и сделал ручкой.

Лупающая глазами девица быстренько, стараясь как можно меньше тревожить уставшего от трудов неправедных напарничка, ящеркой выползла из-под… туловища, похватала свои вещички, какие под руку попались, и шмыгнула в коридор, не приминув потереться бедром о бедро прислонившегося к косяку Арен-Феса.

— Бу-бу-бу, — обиженно прогудело из массы темных, вьющихся крупной волной волос, рука вернулась к упругим округлостям и натянула сползшие штаны повыше, прикрыв и печать благословения, и ложбинку, куда нырял хвостик тьма-вязи со спины. Перекатившиеся под кожей мышцы на некоторое, совсем недолгое время отвлекли, Аманду.

Пи снова что-то промычал, а его рука снова пришла в движение, пошарив, нащупала валяющуюся на полу у постели оплетенную бутыль и потащила поближе к голове туда, где под лохмами предположительно находился рот.

И как бы ничего не предвещало, но Аманда, сама от себя не ожидая, перехватила и дернула обильно плеснувшую бутыль обратно.

Если «гений» продолжит в том же духе, сегодня они отсюда никуда не выберутся, а времени всего ничего. Неделя на то, чтобы тайно доставить артефакт в новое секретное хранилище конгрегации в Нодлуте. Именно на столько рассчитан блокирующий некое страшноразрушительное воздействие футляр.

— И с этим мне придётся работать? — сдержанно скрипнув зубами спросила Аманда и, поворачиваясь к Арен-Фесу, непроизвольно взмахнула рукой с отнятой бутылкой.

В недрах емкости возмущенно булькнуло, Пи приподнял голову, встряхнул кудрями, сфокусировал разбегающиеся глаза.

— Работать? Только за деньги.

Арен-Фес молча полез в карман. Стремительный взмах, и перед носом Пи увесисто, с характерным звуком шлепнулся кошель.

— Поднимайся. У тебя полчаса, чтобы привести себя в относительно нормальный вид. И без фокусов. Футляр у тебя?

— Э-э-э, — лицо изобразило усиленную работу мысли, глаза заметались по залежам на полу, а рот разъехался в улыбке и уверенно сказал: — Да. У меня. Здесь. Где-то.

3

У Аманды создалось впечатление, что Арен-Фес не просто запнулся о собранный гармошкой коврик, а хотел от отчаяния побиться головой о косяк, но в последний момент передумал.

— Где-то здесь, это в этой комнате? То, что я тебе доверил, — уточнил он.

— Да!

— Найди. И… помойся.

Пи принюхался к подмышке, скривился, мечтательно посмотрел в потолок, изобразил пальцами что-то дикое.

Его фигуру осияло. На полу под ногами Пи затлели синим пламенем рубашка и несколько листков, зловеще вспыхнули и погасли почти прогоревшие свечи в канделябре на столе. Очаг возгорания на полу Пи, благоухая после процедуры, как парфюмерная лавка, придавил босой ногой, подобрал чуть цапнутый огнем листок и протянул инквизитору.

— Новое очищающее проклятие. Запатентуешь?

— Без воды? — уточнил Арен-Фес, рачительно пряча бумажку в карман.

— Именно.

— С водой было бы надежнее, — зажимая свербящий нос, прогудела Аманда отойдя подальше. — А с мылом так вообще.

В шкафу поскреблось.

— Пи, — намекнул Арен-Фес.

— Да? — неизвестно чему обрадовался ненормальный и, поймав взгляд Аманды темными, как две гладкие масляные сливы глазами, поиграл грудными мышцами.