Мара Вересень – Личная (не)приятность темного магистра (страница 30)

— Ничего. Но ваша группа не последняя на сегодня.

— Считаете меня бездушной стервой?

Я ничего не ответила, но, наверное, мой взгляд был достаточно выразительный.

— Не то зло, что выглядит злом, а то, что рядится добром, — сказала магистресса. — Вы ведь из королевства Аэдмас, не так ли? Там по-прежнему блокируют дар тем, кто не может себе позволить обучение, и называют это благом и заботой?

Мне нечего было на это сказать. Я посмотрела на успокоившегося мышонка и попросила взять его себе.

— Да пожалуйста, в лаборантской еще есть. Только не выпускайте в коридоре, — улыбнулась профессор, наблюдая, как я пересаживаю белый послушный комок к себе в сумку.

Шоколад я тоже не забыла. Слопаем вместе с мышем на перерыве, после чего отпущу его шуршать в опавших листьях.

Следующее занятие лекционное. Нужно было вернуться в холл через зеркало, чтобы пойти в аудиторию обычным путем.

У ступенек из черного мрамора случилось небольшое столпотворение. Я хотела отойти в сторону, чтобы подождать, пока толпа схлынет, но нечаянно наступила на кого-то позади.

— Под ноги смотри, козявка, — буркнул пострадавший адепт. — Шевелись давай.

Я прыгнула козой на темную ступеньку, чтобы со следующим шагом оказаться за рамой зеркала в холле, и тут мне показалось, что меня окликнули. Обернулась, но поле перехода уже замельтешило мушками в глазах и рассеялось.

Я стояла в холле, как и задумывалось, вот только он оказался совершенно пуст. Я повернулась к зеркалу. Поверхность, изъеденная пятнами отслоившейся амальгамы, была покрыта трещинами. Отражение дробилось. От этого мельтешения меня замутило, я отступила.

Звук шагов, сначала едва слышный, разбежался по углам, дробясь так же, как отражение.

Бросилась к двери наружу, распахнула… и снова оказалась у зеркала.

Ну вот, кажется, я потерялась.

37

В сумке зашуршало. Я вспомнила про мышонка, поймала его странно невесомое тельце, достала.

Малыш сделался полупрозрачным, как призрак. Просочился сквозь мои пальцы, шлепнулся на пол и шмыгнул под раму зеркала, оставив за собой едва уловимый туманный след.

Что происходит? Я стану теперь такой же?

Мои руки выглядели прежними, разве что немного дрожали. Я была испугана, чувствовала, как бьется сердце и как колкие мурашки ползут по ногам, будто я вот-вот в обморок свалюсь.

«Шоколад», — вспомнила я.

Решила, что поможет от слабости. Отыскала брусок, развернула фольгу, но внутри была только пыль. Пальцы дрогнули, обронив обертку. Она тоже рассыпалась, даже не успев долететь до пола.

Я какое-то время просто стояла и слушала свое сердце. Лишь оно указывало на то, что я настоящая, не сплю и всё это мне не чудится. Затем собралась, огляделась.

Пол, окна, за которыми видны деревья и дорожки, а на деле непонятно, ведь я так и не смогла выйти.

Расписание. Ничего не разобрать. Буквы верные, а при чтении белиберда выходит. Единственная читаемая надпись — высказывание основателя Академии о магии.

Всё прочее такое, как прежде. Даже цветы в кадках.

Лестницы наверх, к деканату и кафедрам.

Эвил сказал выбрать местечко поуютнее и приготовиться к долгой и скучной смерти? Пока повременим.

Надеюсь, меня хватятся довольно быстро. Не думаю, что я единственная заплутавшая таким образом, ведь Академии очень много лет. Должны же тут быть какие-то протоколы для подобных случаев?

Сейчас я ужасно жалела снятый с меня браслет для наблюдения. Это бы точно помогло понять, что я куда-то делась.

Пытаться выйти через дверь не вариант, меня снова отбросит к зеркалу. Само зеркало… Даже оглядываться на него не хочу, хватило одного раза.

Подняться на второй этаж и узнать, что там? Например, в кабинете Яна.

Я подошла к лестнице, посмотрела наверх.

Еще секунду назад никого не было, а теперь было. Был.

Так странно, сначала я услышала голос Яна, а потом увидела, как шевелятся губы.

— Адамина? — будто вздох. И столько всего: радость встречи и тут же… паника?

Янис Мортравен был не на шутку встревожен. Это настолько не вязалось с его привычно спокойным и уверенным выражением лица, что не заметить было сложно, несмотря на то что я стояла внизу пролета, а он наверху.

Сделалось еще страшнее.

— Ян… Декан Мортравен… Вы здесь? Но ведь еще рано.

Мой собственный голос звучал жалко.

— Здесь не бывает рано или поздно, здесь всегда — никогда. Нет, — он выставил вперед руку в ответ на мой порыв бежать навстречу. — Останься там. Я спущусь.

Вот он был наверху и вот напротив. И секунды не прошло. Хотя какое время, если здесь, как сказал Ян, никогда.

Первое мое желание — обнять. Но нет.

— Отойди. Не подходи слишком близко, не касайся меня. Пожалуйста, сделай, как я велю. Ты трогала здесь что-нибудь? Всё, к чему ты прикасаешься в мире теней, отнимает силы. Как ты попала сюда? Опять подруги?

— Нет, я собиралась пройти зеркалом, как всегда, но меня будто кто-то позвал. Мне показалось, что это…

— Я?

— Да.

— Прости. Прости. Прости, — он спрятал лицо в ладонях и выглядел таким потерянным, — я просто подумал о тебе. А ты как раз оказалась на границе. И вышло… вот так. Что еще раз доказывает, что…

Уронил руки, посмотрел. В его взгляде столько усталости и надежды.

— Ян, — я шагнула ближе.

Не понимаю, почему нельзя его обнять, вот он, совершенно живой, настоящий, ему больно, он винит себя за желание увидеть меня, я чувствую тепло его тела. Или это всё не так?

— Не смей касаться меня. Береги силы. Чем дольше ты здесь, тем меньше у тебя шансов. Нужно позвать Иниса. Зови его. Как призывают сущности.

— Я?

— Мёртвые не могут призывать. А я сейчас не живу. Не волнуйся, у тебя получится. Я подскажу, если собьешься.

— Но разве можно призвать живого?

— А он и не живой в полном смысле. Он часть души. Как… тень или бес, завладевший телом, разве что это тело у нас общее. Он легко пройдет сюда, ведь когда я там, среди живых, он здесь. И наоборот. Жаль, нет какой-нибудь вещи…

— Есть! — я полезла в сумку и достала одну из тетрадей с конспектом, тем самым. Я продолжала таскать их с собой ежедневно, как талисман, ну или повод подразнить куратора.

— Прекрасно. Теперь, адептка Айдин, вам нужно показать, что не зря получили свой зачет с отличием по теории призыва за первый курс.

Честно говоря, у меня были опасения, что тетрадь рассыплется у меня в руках, как шоколад, но она выглядела вполне основательно, как и карандаш, которым я принялась чертить схему прямо на задней сторонке обложки.

— Всё просто. Чем дольше пользуешься вещью, тем больше энергии она впитывает и тем дольше может существовать в мире теней, — пояснил Мортравен, наблюдая, как я черчу.

Он стоял рядом, очень близко. Старался выглядеть спокойным и не торопил меня, но в его синих глазах, на которые я иногда отвлекалась, на самом донышке пряталось беспокойство.

— Вот здесь хвостик не довела, — палец коснулся рисунка.

Я исправила, испытывая огромное искушение дотронуться до его кисти хоть на миг.

— Хорошо, — кивнул мужчина. — Теперь, как на занятии. Сосредоточься и отпусти силу. Вот так. Сначала почувствуешь сопротивление. Спокойнее, не дави, здесь всё немного иначе. Как только ощутишь, что барьер пропал, позови его. Имени будет достаточно. Зови. Сейчас.

— Инис.