Мара Вересень – Академия невест-попаданок и Дракон в перспективе (страница 31)

Я вскрикнула, отталкивая Аркейна, прижимая к себе полыхающие руки. Золотые узоры, проявлявшиеся от магии Флори выжигали меня изнутри. Я словно видела бегущие огненные дорожки, хотя внешне это никак не проявлялось. Боль была так сильна, что я на какое-то время забыла как дышать и сквозь усиливающийся звон в голове мне слышались голоса под толщей воды. Снова. Только теперь я разбирала, что они говорили.

…

— Вы не имели права! Не! Имели! Права! Использовать ритуал призыва и Первые Врата таким образом! — почти срываясь на крик возмущалась женщина.

— Имел и использовал, — грохоча камнепадом отозвался раздраженный мужской голос. — Кто тебя вообще сюда пустил?!

— Еще мне не хватало спрашивать у вас позволения! Это и мой ребенок тоже! Горда, ну хоть вы меня поддержите, как женщина!

— Меня пгигласили не потому, что я женщина, а потому, что я маг погядка, — спокойно отозвалась Синяя Дама. — Раз уж ваш бгат отказался, назвав это… — она пощелкала пальцами, — сумасшествием чистой воды?

— Авантюрой. Авантюрой чистой воды, — заговорил Малахитовый Сэр.

— А вы, Эмерайд? — тут же отвлеклась на него разгневанная обеспокоенная дама. — Вы же Хранитель!

— Я просто делал то, что мне приказал мой король. И, с вашего позволения, я только Страж, истинный Хранитель Первых Врат…

— Неужели не было другого выхода? — перебила она его. — Посмотрите, чем все обернулось! Эта бедная девочка, попавшая в эхо-след, выдернутая из своего мира, могла погибнуть снова!

— Как по мне, так все вышло как нельзя удачно, учитывая, что кто-то, узнав о времени и самом факте проведения ритуала, испортил все настолько, что возник эхо-след, и вместе с потоком сил Изначального мира призвалась и эта девушка из одного из Отраженных, — возразил Виридан. — Кстати, она достаточно пришла в себя и уже прислушивается к разговору, совершенно не предназначенному для ее ушей.

— Изверги! Бедняжка лежит на голом полу!

— Он теплый, — буркнул мужчина с низким голосом почти одновременно с Вириданом и сказал кому-то: — Отойди, достаточно геройствований.

Они — все те, кто говорил — были вокруг меня, а рядом — кто-то еще, скрытый за золотым кругом из странных узоров и геометрических фигур. Он начал отдаляться, унося с собой ощущение бегающих по коже мурашек. Хотелось пить, было одновременно холодно и нет, звенело в ушах.

— Аркейн, — властно и угрожающе продолжил мужчина с низким голосом, — тебя здесь быть не должно, ты отказался. И если я узнаю, что это ты распустил язык…

— Только Аконите, и не только сказал, но и привел, — отозвался Стоун чуть дальше прочих, и мурашки вернулись, хоть и немного другие.

— Вы дали клятву!

— Она моя кровь, не чужая. Клятва касалась только посторонних, не мой промах, что вы допустили ошибку в формулировке, ваше величество.

— Аркейн, — зарычал “величество”, — не вынуждайте меня…

— Не смейте устраивать тут поединков! — прикрикнула та, которую Стоун назвал Аконитой. — Что вы станете делать с бедняжкой?

— То же, что и с пгочими, ей подобными, — подала голос мад Хольген. — Над нами Академия истинных дев. По пгавилам нужны двое пгинимающих. Дгаг Стоун?

— Нет, и даже смотреть на нее не стану. Мне достаточно и того воспитанника, что у меня уже есть. К тому же… Впрочем, неважно. Нет.

— Самая уместная кандидатура из присутствующих в любом случае я, — заметил мист Виридан.

— Я в вас не сомневалась, Эмегайд. Как запишем? Вити? Наступил день смены года.

— Она появилась в поле портала за несколько минут до полуночи. Так что Марциус. А ее имя… Ее имя… Мира? Будет Эрмирой. Ветер возрождения… Весьма символично, поскольку, если чутье меня не подводит — она портальный маг.

— Как удачно, — уже совсем спокойно произнесла Аконита.

— Я так и сказал.

— Виридан, ваша способность лазать по чужим мыслям отвратительна.

— Не волнуйтесь, Стоун, ваши мысли как за каменной стеной, это исключительный дар владетелей Рубежа.

— Прекратите препираться, все устали, особенно некоторые с излишней тягой к геройству. И нечего сверкать глазами, на выход. Все. И… Эмерайд, позаботьтесь о прибывшей, будет лучше, если она не запомнит, как сюда попала. Эрмира… Действительно, символично.

…

— Эрмира… Эрмира…

На меня дули, брызгали водой и еще что-то магичили. Я решила, что стоит вознаградить старания по приведению меня в сознание. Про чувства я такого сказать не могла — они были в полнейшем раздрае, плюс ко всему, я, кажется, прогуляла оставшиеся уроки.

А еще меня Май обидел. Впрочем, я тоже его тогда обидела, назвав предателем, так что, можно считать, что он вернул долг. С процентами. Кстати… Я села, добыла из кармана ключ, отдала Стоуну и сказала, что артефакт оказался у меня случайно.

— Эрмира, — дракон схватил меня за руку и стал очень серьезный, серьезнее, чем обычно. — Мади Марциус, приношу вам извинения за свою несдержанность, я не имел права настаивать на близости без вашего однозначного согласия.

Вот странный… Даже за ключ не отругал. А надо было. Надо было сразу дурацкий кругляш ему отдать.

— Я принимаю ваши извинения, драг Стоун. Всего доброго.

У Аркейна был вид глубоко несчастного человека, когда я забрала у него свою руку. Дверь прикрыла аккуратно. Я же воспитанная.

Туфли так и остались там, возле дивана. А еще куда-то мурашки делись. Совсем. Хорошо бы — навсегда. Не уверена, что у меня достанет сил отказать дракону за мгновение “до” еще раз, когда он примется меня обнимать. Я бы и в этот раз не смогла, наверное, если бы не это обжигающее под кожей и ощущение, что вот-вот случится что-то ужасное.

Мад Хольген встретила меня на развилке у Одинокого за пару минут до выхода из Академии.

— Мади Магциус! Долго же пгишлось вас ожидать. Что же, я вознаггажу стогицей. И вас за пгогул в дополнение к пгочему, и себя за тегпение. А заодно напомню вам, как выглядит подсобное помещение столовой. Тепегь вы станете бывать там чаще, чем в своем доме.

Глава 3

Как мне и было обещано, подсобка с овощами стала самым посещаемым мною местом недели исключая Академию. А еще я была одна. Не то чтобы со мной как-то очень активно общались раньше, но сейчас случился полный игнор. Почувствуй себя унылым привидением…

Флори была во власти любовного томления и почти все ее мысли занимал исключительно ее нареченный дракон. Я не обижалась. Когда впереди такие перспективы — не до подружек. Это нормально.

Силмэ не появлялся и странных презентов не оставлял.

Инспектор Стоун держал дистанцию и сам держался максимально профессионально. Правда, я как-то поймала его взгляд, полный обреченной печали и вины, и мне стало стыдно и горько, будто я случайно собаку пнула. Ну взрослый же, состоявшийся дракон, зачем так переживать по такой никчемушке, как я, которая даже не может найти в себе мужества подойти кое к кому и спокойно разобраться в ситуации.

Этот кое-кто и сам бы мог бы. В конце концов, он дракон или уличная ящерка? Я наблюдала за Маем тайком и, подозреваю, что выражение лица у меня при этом было еще экзотичнее, чем у Стоуна.

Ириса с выводком прихлебательниц ходила королевой и повадилась носить в прическе цветы. Бросала на меня презрительные и торжествующие взгляды и острила по поводу моей неуклюжести. Сегодня вот, задумавшись, я забыла кринолин приподнять, перед тем как показать Синей Даме “изящную посадку” на как бы трон и продемонстрировала всему классу свои обожаемые и неубиваемые ботинки — единственное, что удалось сохранить с момента прибытия в Проходной мир. Мад Хольген тут же велела избавиться от “кгомешного” ужаса и долго распиналась что пгистало и что непгистало надевать на себя благовоспитанной мади.

Я взбесилась и поставила ультиматум. Мои ботинки, а так же любую другую деталь гардероба не сходя с места за право узнать, какого Вера творилось в неком портальном зале в ночь с тридцатого марциуса на Поворот (он же день смены года).

Девчонки изумленно притихли — я никогда прежде не давала себе воли хамить преподавателям и уж тем более повышать голос, как бы строги они ко мне ни были. Фей вынырнула из своего розового облака и таращилась на меня как на ненормальную, а только что язвительно шутившая Ириса странно поменялась в лице. Впрочем, как и Синяя Дама. Мы с минуту буравили друг дружку взглядами из разряда “я знаю, что ты теперь знаешь, что я знаю, что произошло позапозапрошлым летом”.

Закончилось все банально.

— Наказание, мади Магциус.

— Как скажете, Дама Хольген.

— Позволите подождать вашей окончательной резолюции в коридоре?

— Будьте так любезны.

Вот я и торчала сейчас перед доской с БРР и гипнотизировала строчку со своим именем. Нижнюю. Ниже некуда. Пальцы ныли, предвкушая нож для чистки овощей или ветошь для полировки. На меня смотрели. Очень хотелось обернуться, будто меня на веревочке тянуло…

— Думала, что пара часов в кабинете инспектора поможет сдвинуть твой рейтинг с мертвой точки? Зря надеялась.

Смотрели издали, а говорили вот рядышком.

— Тут хоть какой-то шанс был, а на что надеялась ты, когда пустила эльфа в свою постель, драгни Азур?

Да, грубо. Но особого драконолюбия у меня и так не водилось, а теперь и подавно. А Ириса покраснела. Если это стыд, что-то человеческое под этой чешуей все же есть, плакала же она, когда получала нагоняй от папеньки. Да и Силмэ бы на одни формы не повелся. Наверное. Хотелось бы думать.