Мара Вересень – Академия невест-попаданок и Дракон в перспективе (страница 25)

Проскакав по лесенке я не слишком соблюдая тишину ввалилась в библиотеку, удивив и, как мне показалось, смутив Серого Сэра. Как я уже говорила, этим входом обычно преподаватели пользовались.

— Мади Марциус, — принялся извиняться он, хотя я даже не успела до его рабочего места дойти, — мне так неловко. та карточка, что вы мне оставили куда-то делась. Прямо в тот же день. Ума не приложу, куда я ее сунул. Или в какую-то из книг случайно попала.

— Да и Вер с ней, вы мне лучше скажите, вы успели посмотреть про герб?

— В том-то и дело что нет, — не на шутку расстроился мист Вильям. — Я как раз собирался и понял, что потерял. Такого со мной никогда не случалось, потерять чужую вещь. Даже не знаю, как теперь быть.

Теперь уже мне неловко стало. Зато подумалось, что это могла быть карточка Мая. Он же сам сказал, что он Стоуну родственник, вот и схожесть.

— Но знаете, мади, я подумал и все равно кое-что посмотрел. Рисунок на карточке был не совсем герб, а скорее символ принадлежности. Дракон владеет гербом рода и может пользоваться им как подписью. А на символах замужних драгни как раз смешаны оба родовых герба: герб семьи мужа и герб семьи, из которой ее взяли.

— Только у замужних?

— Незамужние драгни, если такие случаются, целиком и полностью принадлежат семье. Дракон владеет, мади Марциус. И никак иначе.

Кошмар какой… У подавальщицы в таверне Драгсита больше прав, чем у драгни в собственном доме. Поправочка, в доме ее отца. Вспомнились бессильные слезы Ирисы и ее же прямая спина. Тот мужчина, что говорил с ней, это и есть ее отец, положением которого она меня пугала? Собственно, там было чего испугаться. Драг Азур — Глухой закон. Есть еще два — Слепой и Немой. И все трое составляют Верховный суд Драгсита во главе с Королем-драконом, который есть высшая справедливость над живыми. Последнее у меня в голове произнеслось голосом миста Расмуса. А кстати!

— Мист Вильям, а есть альбом с репродукциями картин? Меня интересует творчество мастера-живописца Рифеля.

Серый Сэр повеселел. Он с удовольствием сменил тему и воспользовался случаем, чтобы отделаться от меня.

— Отдел изобразительного искусства, Первый цикл, мади. Там таблички по годам, но вы смело идите до конца.

Меня послали и я пошла. Смело. И даже очень быстро нашла искомое, вот только страница с описанием картины в книге была, а самой картины не было.

Я в задумчивости провела пальцем по гребешку, оставшемуся от вырванного листа, который, скорее всего, сейчас лежит где-то у меня в папке с рисунками. Так что обозвав Силмэ вандалом, я была права на все сто. Кажется, не только длинный язык и уши представителя магической расы были причиной жертвоприношения, но и нереальная способность шкодить.

Я захлопнула книгу и потянулась поставить ее на место, как…

— Хочешь, в Галерею свожу?

У меня не то что озноб по спине продрал, у меня волосы дыбом встали от неожиданности. И первое, что я сделала (совершенно инстинктивно!) — шарахнула увесистым альбомом по источнику звука позади себя.

Глава 3

Май, а это был он, отскочил в сторону, но места между стеллажами было не много, и произошло столкновение не слишком сурового настоящего в виде помощника инспектора и сурового своим количеством прошлого в виде книг по истории искусства. Верхняя полка не устояла перед драконьим напором, гранит знаний рухнул нам на головы и застыл, удерживаемый голубоватым свечением, покалывающим кончики пальцев знакомой мне силой.

Вывод первый: я конкретный неуч, потому что понятия не имею, что портальной магией можно пользоваться вот так. Вывод второй: рука Мая на моем плече — очень приятная штука. Его кубики никуда не делись и вот так к ним прижиматься, как он меня сейчас прижимает, спасая от книгопада, который уже не падает, тоже очень приятно, потому что, оказывается, в библиотеке сквозит. Наверное, одновременно в обе двери посетители вошли.

Навязчивая идея прижать драга Болдера опять сработала как-то не так.

— Пойдешь? — спросил он, глядя на меня сквозь бликующие голубеньким линзы очков и не торопился отпускать.

— Д-д-д-да.

— Ты дрожишь, — заметил он.

— Холодно. Или под стеллажами полно гадких ящериц, меня от них всегда трясет, особенно от таких, синеньких, — зачем-то зашептала я, разворачиваясь к нему лицом.

— А так? — его руки сомкнулись вокруг меня.

— Теплее.

— Так? — кольцо рук сделалось теснее, а мне захотелось запустить свои ему на спину под рубашку, так что хорошо, что конкретно сейчас они были прижаты к его груди.

— Еще теплее.

Стучащее под ладонями сердце громыхнуло сильнее. С обратной стороны трепыхалось мое собственное

— А вот так? — ресницы опустились и осторожные губы Мая коснулись моей щеки рядом с уголком рта.

— Горячо, — шепнула я, чуть поворачивая голову, чтобы поймать ускользающий поцелуй и мир обрушился.

Разволновавшийся Май забыл про нависшие над нами книги и упустил заклинание.

Знаете, если вы ждете поцелуй, а в самый ответственный момент вам на голову сваливается сборник очерков “Красота в деталях”, вы сразу становитесь очень многословной. И все слова до того красивые, что хоть на эти самые детали разбирай.

— Ну ты и… дракон! — сказала я.

— Что, прямо так и сказала? — удивилась Флори, выслушав мой сбивчивый и невнятный рассказ про тайные обжимашки между стеллажами.

— Вроде того, — я почесала макушку. Шишки не осталось, только воспоминание о ней и губах Мая рядом с моими.

— Вроде того, — поддразнивая меня, повторила Фло.

Мы валялись на диване голова к голове, свесив ноги через подлокотники и ели из одной миски снежную вишню, презентованную подружке ее кавалером. Снежная вишня, кстати, водилась только во владениях Стоуна. В этом был какой-то ускользающий сакральный смысл — лопать плоды с земель дракона, выбравшего меня в невесты, и болтать о другом почти что драконе, который меня почти что поцеловал. Или я его. И еще мы как первоклашки стукнули друг друга книжками. А ведь мне совсем не шесть и очень даже не двенадцать, хотя по способности соображать вот прямо сейчас, очень похоже на двенадцать. Интересно, сколько Маю?

— Не думаю, что на много больше, чем нам, — ответила Флори, потому что я, как всегда, произнесла мысли вслух. — А ты не боишься, что Стоун его, — и она издала этот странный звук, обычно сопровождающийся жестом ребро ладони по шее, но мне лень было поворачиваться, чтобы посмотреть. Волновало другое.

— А он может? Фло?

— Вообще тогда как бы нет. Но раньше всякое случалось. Дуэли там, турниры… Поединки в небе. В учебниках сие завуалированно названо “почил на пике славы”.

В книжках этих почивших целый ворох. И что прям все? Их и так не очень чтобы много развелось за все время существования Проходного мира, а тут еще дуэли. Но Флори заявила, что довольно много.

— Да ну, нет, он же Маю как бы воспитатель…

— Это он ему пока воспитатель, а как перестанет, то вполне и может. Он же пещерный, они злопамятные, а память у всех драконов хорошая.

— Фло, ты мне больше не подруга.

— Да с чего? — подорвалась она, и я тоже села.

— А чего ты мне ужасы всякие рассказываешь?

— Я тебе глаза открываю на порядок вещей.

— Сама-то давно прозрела?

— Недавно, — насупилась подруга, потерла рука о руку и показала мне вычурный перстень на безымянном пальце. — Вот. Я теперь помолвленная невеста и мне можно всякие ужасы узнавать под клятву, что никому. Так что цени мою самоотверженность.

Я оценила. Колечко в том числе. Оказывается счастливое событие произошло, пока я валялась в домике целителей, а Флори все собиралась сказать, но так и не собралась, опасаясь, что я буду дуться. Она была права по части последнего, но возможность получить новые сведения перевешивала обиду.

— Но как так? Выходит, одна истинная может быть для нескольких? Или как?

— Истинная может быть одна и для одного. А подходящая — для нескольких. Дракон просто чует подходящую пару. А если понимает, что рядом есть и другие желающие, срабатывает инстинкт, и тут уже кто первый успел. И тараном напирать можно только вот в этот момент. Как только произошел первый контакт и возникла приязнь, более удачливый претендент будет окучивать настойчиво, но осторожненько, чтоб не спугнуть и потенциальная истинная не сбежала к другому.

— И зачем нас тогда тут всяким премудростям учат, если все вот так? — опешила я.

— А нас, Мирочка, тут учат не пугаться и радостно принять того, кто первый успел. Ну и грамоте заодно. Кому нужны девицы Вер знает откуда, ничего не знающие о мире, где им предстоит жить.

— Не особенно нас в этот мир отсюда выпускают, — растерянно проговорила я.

— А это чтоб мы раньше времени не прозрели и не заметили, что не все драконы…

— Одинаково полезны, — таращась в никуда изрекла я и спохватилась: — Откуда столько ценных знаний? Нам ничего подобного не только не говорят, не намекают даже.

— Нам много чего не говорят, чтоб светлый образ не ронять. Мать Райтера из наших академских попаданок, она и рассказала. После церемонии помолвки. Мероприятие было закрытое и мне велено об этом молчать до выпуска.

— А искра?

— Чего искра?

— Была? Пробежала?

— На всю часовню искрило, — зарделась Флори и засияла, рассыпая свои фейские блестки, будто хотела показать, какой силы была искра.

Мне на руки мы уставились одновременно и с надеждой. Не знаю, на что надеялась Фло, а я на то, что явление таинственных узоров было разовое. Не с моим счастьем.