- Ты не хочешь, Никита? - задает прямой вопрос Слава, то ли увидев, то ли почувствовав мою нерешительности.
- Хочу. Очень хочу, милая, - отвечаю хриплым голосом, прижимая девушку к себе и накрывая её губы своими.
Во время нежного и долгого поцелуя понимаю для себя окончательно, в моем отношение к Славе первична любовь. Не могу быть с ней таким, как с другими женщинами. Не могу банально заниматься с ней сексом. Не могу её брать и трахать.
Она - другая, и мое отношение к ней совершенно иное. И суть даже не в том, что я боюсь ее напугать или сделать больно. Нет. Здесь совсем другое.
Её, свою женщину, я могу только любить. Медленно, вкрадчиво, от всей души и со всей нежностью.
В нашу первую ночь я очень осмысленно, стараясь не навредить, не травмировать морально и физически, сам впервые, как прилежный ученик, старательно учился любить женщину.
Наш первый постельный любовный танец для меня стал каким-то сеансом экзорцизма. Во время него я изгонял даже не Славкиных демонов, а своих.
Девчуля моя со смирением принимала все мои ласки. Немного как бы наблюдая за процессом со стороны.
Сначала, ужасно стесняясь, пытаясь прикрыться руками, "ойкала" от каждого моего интимного прикосновения к своему телу.
Мне пришлось нежно, но несколько твердо, останавливать все её попытки от меня увернуться и закрыться.
Идя странными и витеватыми путями сверху вниз, добравшись все же до лона, мазнув между ее губочек языком, наталкиваюсь на яростное сопротивление Бэмби.
- Нет, нет, нет! - начинает сучить ножками моя олениха, отодвигать руками мою голову в сторону и сдавленным шепотом причитать. - Нет, это стыдно. Ну то есть как-то неэстетично что-ли. Нет, не делай этого. Очень прошу тебя, Никита!
- Мы же с тобой, Славуль, тысячу раз говорили о том, что в постели между мужчиной и женщиной нет ничего постыдного, - мягко произношу, поднявшись наверх.
Ложусь рядом. Поворачиваю девчонку к себе и пытаюсь поцеловать в губы. Она упирается и закрывает свое лицо руками.
- Никит, ты что будешь целовать мои губы после того…Ну этого…Ну того, где ты ртом прикасался, - шепчет девчуля, глядя на меня через раздвинутые пальцы.
- Да, Слав, я буду целовать твои эти губы и те, которые внизу, - отвечаю ровно и чётко.
Славка со смешным выражением лица смотрит на меня, как на идиота.
- А что все мужчины так делают? И что им это нравится? И они не брезгуют? - как из пулемета сыпятся из Славки вопросы.
- Слав, то, о чем ты сейчас спрашиваешь - нормальный процесс взаимоотношений между мужчиной и женщиной. И да, правильным мужчинам, нравится доставлять удовольствие своим женщинам, - произношу спокойно.
- И тебе нравится, да? И тебе не противно прикасаться ко мне…ну там, внизу, после всего…Ну, что ты обо мне знаешь? - уточняет моя трусишка.
- Милая моя, мне очень приятно гладить, ласкать, целовать твое тело везде. И особенно нравится твоё лоно. Славик, я люблю тебя! Очень сильно люблю! И в твоей жизни до меня ничего не было. Ты моя маленькая девочка! - мягко прикасаясь к её губам, добавляю фразу, пытаясь взять её "на слабо". - Если ты передумала, то давай спать.
Славка некоторое время моргает глазками. Её лицо удивленно сосредоточено. Знаю, что сейчас она осмысливает, сказанное мной.
- Т-ты серьезно, Никит? Это что п-правда? - немного заикаясь от волнения, уточняет Бэмби.
- Да, Слава, все правда! Я люблю тебя и хочу любить тебя, - прижимая свою красавицу к себе, произношу ей в губы свое признание. - Давай, спать, милая!
- Нет, Никит, я тебе доверяю. Извини меня. Давай продолжим. Ну или начнём все сначала. Обещаю больше не вести себя глупо, - отвечает мне Бэмбик.
Только раза с третьего мне удается снова добраться до ее лона, поцеловать его и потрогать пальцами.
Каждое свое действие мне приходится объяснять, чтобы не пугать олениху. Даже про лубрикант, который я все же решил использовать из страха доставить Славе боль и дискомфорт.
Информацию девчуля восприняла без слов, только кивнув. Почувствовав, что я упёрся членом в её влагалище, в глазах малышки начинают блестеть слезы. Она закусывает нижнюю губу.
В этот момент, почувствовав себя насильником, я решаю отказаться от затеи.
- Славуль, давай отложим это мероприятие на другой раз?
- Почему, ты не хочешь, тебе противно? Я тебе противна, да, Никита?
- Нет, все не так, Славочка. Ты боишься, и я вместе с тобой тоже боюсь. Пусть время пройдёт. Мы попробовали сегодня много. В другой раз продвинемся еще дальше…
- Нет, Никита, давай сегодня и сейчас, - решительно отвечает мне Славик. - Иначе, я загоню себя в своей неполноценности окончательно.
- Ладно. Только давай договоримся, милая, если тебе станет больно или просто неприятно, ты мне сразу скажешь. Хорошо?! - прошу Славика, продолжая её целовать. - Смотри на меня и дыши, милая моя! Когда я в детстве трусил, мне так мама говорила. Славуль напой мне песню, которую ты сегодня за роялем пела. Меня это тоже расслабит…
Славик понимает мой посыл, начинает напевать, немного расслабляясь и ослабляя мышцы малого таза.
Её бедра под моим небольшим нажимом слегка расходятся в стороны. Мне удаётся немного войти внутрь.
Слава начинает петь чуть громче. Я целую ее грудь. Облизывая соски, стараюсь возбудил Бэмби, отвлечь её от происходящего внизу.
Держась на одной руке, пальцами второй ласкаю лоно, слегка потирая клиторок.
Выполняя все манипуляции, пытаюсь как можно мягче углубляться дальше.
От напряжения по моим вискам, груди и спине катятся капельки пота.
Делая очередной лёгкий толчок, понимаю, что мой член вошёл на всю свою длинну.
Слава ощущая, что-то произошло, смотрит на меня круглыми оленьими глазами. Она не плачет, но по ее щекам катятся слезы.
- Очень больно, да, Славуль? Давай, выйду.
- Нет, уже не больно. Просто непонятно и сильно распирает внутри. Никит, извини меня за глупый вопрос. А дальше что? - шелестящим шепотом произносит Славик.
- Любимая моя, если тебе не слишком больно, то надо совершить ещё хотя-бы несколько движений. Если позволишь, конечно.
Вместо ответа Слава кивает и стеснительно улыбается.
Вглядываясь в лицо Бэмби, начинаю аккуратно двигаться, ловя своими губами всхлипы и стоны своей малышки.
Спустя минуту максимум две, так же бережно освобождаю девчулю от своего вторжения.
Конечно, ни о какой разрядке ни с моей, ни с ее стороны не может даже быть и речи.
Ложусь рядом, обнимаю, целую, говорю, что она самая настоящая героиня и умница.
Славка доверчиво ко мне прижимается. Сама меня целует и все время шепчет, что ей совсем не было больно и страшно.
Пока Славик приходит в себя, я одной рукой достаю из тумбочки бархатную коробочку.
- Слава, окажи мне, пожалуйста, честь. Выходи за меня замуж! Хочу, чтобы ты стала моей женой! Я давно планировали сделать тебе предложение, но решил, что сейчас самый подходящий момент, потому что нет ничего важнее события, которое между нами произошло, - произношу, поглаживая свою ненаглядную по волосам и целуя ее.
- Ты на полном серьёзе говоришь, Никита? Ты хочешь на мне жениться? - округляя глаза, спрашивает Слава.
- Хочу, чтобы ты, милая, оказала мне честь, став моей женой! А после того, что сейчас произошло, как порядочный человек, я обязан на тебе жениться.
- Нет, Никитушка, ты мне ничего не обязан. Это я тебе всем обязана. Прежде всего, своей жизнью! Зачем тебе на мне жениться, милый? Вдруг ты встретишь другую хорошую девушку. А тут я! Нет, не надо тебе на мне жениться…
- Понятно, Славик! Тебе как девушке надо подумать. Разрешаю. Засыпай и думай до утра, - говорю, целуя трусиху-олениху свою.
Утром, когда Славик проснулась, на её безымянном пальчике поблескивало колечко. Бэмби, увидев его, аж подпрыгнула. Пришлось уложить её силком обратно и долго успокаивать, что дело решенное, деваться ей от меня некуда и незачем. Затем я произнёс фразу, которую говорю теперь каждый день за исключением командировок.
- Доброе утро, моя любимая жена! Люблю тебя очень очень!
Сегодня также и восемь лет назад только, пока моя жена приходит в себя после страстного и зажигательного секса, я рукой, пошебуршив в ящике прикроватной тумбочки, достаю подарки, заготовленные заранее.
- Славный мой Славик, с Новым годом - с новым счастьем! Дедушка Мороз тебе подарочки приготовил, - шепчу в губы моей красавице.
- Да, у тебя, дедуля- морозуля, склероз что-ли? Ты же только что меня от души и сладко поздравил! - смеясь и подмигивая, отвечает моя Слава.
- Милая, я бы тебя ещё разочек поздравил также, но скоро Пчелочка прилетит. Мне удалось выцыганить лишь один часик до 8 утра. У нас осталось всего полчаса на обжиманцы и целованцы, как говорит наша дочурина. Предлагаю поторопиться с подарками. Закрой глаза, любовь моя.
Славик зажмуривается. Я открываю коробочку с ювелирным набором ручной работы и кладу рядом с ней папку с документами на имя Славы Эриковны Уманской на дом в пригороде Парижа, в котором мы сегодня и будем отмечать наш общий день рождения.
