Мальвина Гайворонская – Одаренная девочка и прочие неприятности (страница 19)
Стоп. Рано за рабочую версию принимать вариант, что его просто на двадцать лет вырубили. Может, это временной разрыв какой-то или ментальное путешествие в будущее из прошлого, и сейчас, почти пятидесятилетний, он очнулся в своем молодом теле, чтобы дать человечеству важную информацию… Кирилл вздохнул. В идеале, конечно, он бы предпочел, чтобы все происходящее вообще было сном. Но себя Кирилл знал, и порция пельменей за такие бешеные деньги в его голову не пришла бы даже в кошмаре.
Дверь служебного входа открылась, и огромный бугай потащил мусорные пакеты к ближайшему баку. Кирилл среагировал мгновенно, толкнув того в спину, полагая, что противник ударится о стену и на пару секунд будет дезориентирован. К вящему своему удивлению, понял, что его толчка оказалось достаточно, чтобы буквально вбить мужчину в кирпичную кладку, и с подозрением посмотрел на руки. Видимо, последние двадцать лет он вел очень здоровую, спортивную и полную рекордов жизнь. Противник тяжело вздохнул и, оторвав лицо от стены, как-то обреченно произнес:
– Кирюхан, имей совесть. Можно же было просто поздороваться.
– Ты меня узнал?
– Такого обходительного как не узнать, – почти прорычал исполин, не без труда освобождаясь от кирпичных объятий. – Давай на этом и закончим на сегодня с рукоприкладством, лады? Чем смогу – помогу. А силушку свою богатырскую тестируй на ком-нибудь другом, мне потом с битой рожей еще работать…
Огромный мужчина подобрал пакеты, выпавшие было из рук, забросил их в бак и всем телом развернулся к Кириллу. Он оказался на голову выше и чуть ли не в два раза мощнее, хоть Кирилл и сам был далеко не из низких и щуплых. Маленькие глаза, обросшие жесткими темными волосами шея и спина, крупные вены, пульсирующие в такт дыханию, – мужчина выглядел слишком монументальным для города и явно мог втиснуться не в каждый дверной проем. Максим, гордый потомок не менее гордого рода минотавров, почти не растерял пращуровых генов.
Кирилл помнил его молодым и горячим быком, который без драки даже стакан воды не нальет, и не без труда переваривал сложившуюся ситуацию. Главный задира ничуть не постарел, скорее, возмужал и набрался сил, но вел себя на удивление смирно: потупившись, стоял перед Кириллом, хотя раньше уже стопроцентно попытался бы нокаутировать. Поумнел? Успокоился? Испугался?
После некоторых раздумий Максим чуть поклонился, чем шокировал окончательно, и приглашающе махнул в сторону двери:
– Пошли. Там сегодня никого, а камеры я вырубил. О тебе не узнают. Я ждал.
Вообще-то «Я ждал» из уст минотавра – так себе новость, но Кирилл решился рискнуть. Каких-то двадцати лет точно не хватило бы, чтобы Максим научился многоходовкам или уловкам. Верить можно. Пусть и непонятно, с чего бы такое радушие.
Неподалеку от кофейни Богдан Иванович наконец-то заметил, что уже разве что не бежит вприпрыжку, и волевым усилием замедлил шаг. Мельком проинспектировал свое отражение в витрине ближайшего бутика и остался доволен: статный джентльмен в классическом костюме-тройке, галстук не выбился, волосы слегка растрепаны, но это даже придает образу живости. А вот усы он чуть подкрутил, а бородку – оправил. Что ж, ботинки почти не запылились, копоть на рубашку не осела. По всему видно – солидный бизнесмен, от скуки снизошедший до бариста, а вовсе не спешивший к ней со всех ног юнец. Вот и не стоит об этом забывать.
Татьяна легко умела сбить спесь с любого, и, дивясь самому себе, привыкший обычно не обращать внимания на половые условности вампир при ней старательно выпячивал грудь и всячески пытался держать марку истинного мужчины. Для себя он объяснял столь странное поведение очень просто: поскольку Татьяна, как и все русалки, представляла собой квинтэссенцию женского очарования, волей-неволей нужно было соответствовать, дабы не теряться на ее фоне. Репутация, знаете ли.
Зайдя наконец в кофейню, патриарх несколько растерялся: обычно в это время он был единственным посетителем, что давало простор для маневра и возможность перекинуться с бариста парой-тройкой колкостей, но сейчас в заведении был еще один мужчина. Молодой и, как не без некоторого возмущения отметил про себя Богдан Иванович, довольно смазливый, с родинкой под глазом. Вопиюще нарушая привычный уклад, он пил кофе и говорил с Татьяной за барной стойкой у кассы. Вампир прислушался, ожидая традиционную ругань и требование вернуть деньги, но происходящее, к полному его шоку, слишком походило на дружескую перепалку:
– У тебя точно не стрихнин в секретных ингредиентах?
– Не нравится – вали.
Мужчина хмыкнул, подался вперед и заговорщическим тоном поинтересовался:
– И что, ты реально наливаешь свой кофе прям каждому, кто попросит?
– А что, еще и выбирать, по-твоему, должна? Человек заказал мой кофе – человек получил мой кофе. А пить или не пить – решает сам.
– Но они же не знают…
– И что? Мое дело варить, а не рекламировать.
Странный посетитель, казалось, тронулся умом. На глазах патриарха он перелил кофе в фирменный термос, явно купленный тут же, и с надеждой посмотрел на русалку:
– Точно нельзя еще стаканчик на дорожку?
– Много вредно, ушлепок.
– Я слышал, что до пяти порций эспрессо в день – это еще норма.
– Эспрессо – может быть. Моего кофе – кружку, и хватит с тебя, – злобно отрезала бариста. – Вали уже. Работать мешаешь.
– Можно подумать, тут есть чем заняться.
– К примеру, обслужить меня, – патриарх самым бесцеремонным образом вмешался в диалог и, игнорируя пронзительный взгляд посетителя, продолжил, обращаясь уже к Татьяне: – Добрый день, милочка. Мне как обычно, будьте любезны.
Бариста по-волчьи зыркнула и, ничего не ответив, пошла к кофемашине. Юноша – вблизи Богдан Иванович не дал бы ему и двадцати пяти – продолжал сверлить его взглядом.
– Быть может, представитесь?
– Пардон, немного растерялся. Не каждый день встречаю в кофейнях вампирских патриархов, знаете ли. Д-Т-Пять, младший алешкович, при исполнении.
– И что же богатырь забыл в этом очаровательном заведении? – необъяснимая неприязнь лишь усилилась. Богдан Иванович не строил иллюзий насчет законопослушности Татьяны, но и к блюстителям порядка священного трепета, мягко говоря, не испытывал.
– Сожалею, тайна следствия, – с нагловатой ухмылкой ответил богатырь.
– Тогда прошу не задерживаться более необходимого, – патриарх поджал губы. – Это место мне крайне дорого именно своей безлюдностью.
– Только ли этим? – Юноша игриво выгнул бровь, и вампира накрыла волна омерзения.
– Если вы настолько невежественны, чтобы хотя бы предположить подобного рода связь между мной и юной леди…
– Не-не-не, при чем тут это! – удивлению богатыря не было предела. – Я ж не больной, – и, понизив голос, прошептал: – Полагаю, вы тоже фанат местного кофе?
Теперь настала очередь Богдана Ивановича несказанно удивиться:
– Молодой человек, вы в своем уме?! Да любой, кто хоть раз попробует это пойло, с большей охотой выпьет стакан битума!
– Но вы же все-таки его пьете? – Богатырь вновь игриво пошевелил бровями.
Господи, что за чемпион вульгарности!
– Можно подумать, у меня есть выбор. Дама четко обозначила, что это основное условие нашего с ней общения.
Д-Т-Пять растерялся:
– Ты что, просто так его хлещешь, потому что потрепаться захотелось?
Еще и на «ты» перешел. От радостного настроения патриарха не осталось и следа.
– Я с вами на брудершафт не пил. Будьте добры, не тыкайте.
– Простите, вырвалось. Так все-таки: вы что, пьете его просто так?
– Конечно же нет. – И, предвосхищая очередной танец богатырских бровей, Богдан Иванович поспешил объяснить: – Я пью его как обязательное условие моего появления в этом заведении и, видят боги, предпочел бы любой иной вид ежедневного жертвоприношения.
Юноша присвистнул и повернулся к бариста:
– Эй, а мне так можно?
– Тебе ни так нельзя, ни вообще никак. Скажи спасибо, что не выгнала взашей сразу, забирай термос и выметайся уже, всех посетителей распугаешь.
– Но это становится все интереснее. Ему-то ваш кофе на кой?
С тихим гулом в столешницу рядом с рукой богатыря вонзился сюрикен. Татьяна прошипела, не поворачиваясь:
– Убивать посетителей противоречит корпоративной политике «Старбакса». Вали, пока я это еще помню.
Д-Т-Пять моментально схватил термос со стойки и быстрым шагом направился к двери. Был остановлен властным вопросом:
– Молодой человек! Почему вы столь рьяно интересуетесь местным кофе? Что с ним не так?
Богатырь открыл было рот, но, перехватив взгляд русалки, быстро выпалил:
– Все так. Черто-о-овски полезный напиток. – И, не дожидаясь очередного сюрикена, закрыл за собой дверь.
Богдан Иванович, чувствуя, как самообладание постепенно возвращается, аккуратно выдернул заточенную рыбью кость из барной стойки и с улыбкой протянул бариста:
– Я смотрю, за время моего вынужденного отсутствия вы успели обзавестись поклонником?
– Издеваешься? Вчера я его чуть не пришибла, и вот, получите, распишитесь – приперся и вынюхивает. Говорит, где меня искать, ему подруга подсказала. Подозреваю, что на самом деле – Пень.
– Александр Витольдович? – удивлению патриарха не было предела. – Постойте, милочка, при чем тут княжич?
– При том, – Татьяна цедила слова, словно сплевывая их, – что наш мистер Добрый Доктор Айболит какого-то черта подвязался защищать конкретно этого богатыря и явно знает что-то об исчезновении Марго.