Максим Волжский – Фильтр из близнецов. Часть 1 (страница 5)

Искры выглядели мистически привлекательно. Они мерцали и кружились — пока явственно не проявился шар, размером в человеческий рост. Серебряная сфера зависла над бетонным полом, а потом медленно закружила.

Первым в шаре исчез паренёк. Сделав всего шаг, он скрылся в сверкающих огоньках портала.

Перед тем как последовать за мальчиком, лейтенант оглянулся. Можно ставить сто против одного, смотрел он именно на металлическую балку, за которой прятался Иван.

Полицейский задержал взгляд, потом прощально пожал плечами и скрылся в мареве перехода, оставив после себя мигающие искры магический сферы.

Ещё полчаса назад Иван сомневаясь в своих видениях. И почти уговорил себя не замечать туманных фантомов. Он хотел забыть об Обречённом и мальчишке в шкафу… Но твою мать, куда исчезли полицейские и пацан в очках?!

— Ничего себе вечерок! — восхитился Иван.

Серебряный шар продолжал крутиться.

Ваня приблизился к нему, почему-то вспомнил Лизу и запустил руку в мерцающую сферу.

Пальцы почувствовали неведомую леденящую пустоту и в тоже самое время — нечто безумное, необъятное и интригующее, как таинство рождения.

— Внутри пустота... и бескрайний космос, — прошептал Ваня.

Ему представился великий и загадочный мир. Он ощутил и восторг, и страх, сравнимый с детским знанием, что земной путь человека не вечен. Вращающаяся сфера открывала новую дорогу, которая виделась бесконечной… но невероятно опасной…

— Что тебе дома-то не сидится? — усмехнулся Иван и сделал только шаг.

Прошло всего мгновение, и Ваня исчез в искрах таинственного портала.

Глава 3

Ваня чувствовал, что кто-то толкает его в плечо. Этот кто-то лежал рядом и упрямо будил...

Он приоткрыл глаз.

Узнал свою девушку.

Но свою ли? Потому что Лиза заметно изменилась.

Ещё вчера у неё были достающие до плеч русые волосы. Волосы были нежные, родные, пахнущие карамелью. Ваня сотни раз поправлял её локоны на подушке... Любовался... Но сейчас на него смотрела совершенно другая Лиза.

«Перекрасилась, что ли? И подстриглась? Но зачем же так коротко?» — подумал Ваня.

Хотя огненно-рыжий цвет был совсем неплох. Ей идёт... Она выглядела как-то особенно горячо и ярко. Свежий образ дарил жажду эмоций.

— Вставай, говорю, — толкнула его девушка.

Ваня зарылся с головой под одеяло и обнял её.

— Ну нет, Иоганн! Ну не сейчас! Мне на службу пора. Вставай!

Она почему-то сопротивлялась. Прелюдия ей не понравилась. А ещё говорила, что пора на службу.

Иван выглянул из-под одеяла.

— На какую ещё службу? И какой я тебе Иоганн? Я что, похож на композитора?

Он присел.

Зевнул и опустил ноги на пол.

Подогрев работал отменно. Как приятно ступить на тёплый пол. Но стоп!

Откуда взяться тёплым полам в его «хрущёвке», ремонта в которой не было уже лет сорок? Дом готовят под снос. Реновация и всё такое... Эта не квартира, а привет из прошлого. Мебель здесь приобреталась только по крайней необходимости. В том году шкаф купили, три года назад кровать. И вдруг подогрев пола?

Ваня осмотрел просторную белую комнату с высокими потолками. Повсюду новая мебель: зеркальный шкаф, широкая кровать с мягкой спинкой, столик с выдвижными ящиками, цветные пуфики, стульчики, коврик. Огромные окна от пола до потолка. Шторы такие нехилые. На стене висели фотографии в серебряных рамках. На двух снимках Ваня заметил себя рядом с Лизой. Над рамками лепестки светильника.

— Что-то не пойму... А где это я? — насторожился Ваня, поглядывая на маленькие светильники.

Один из лепестков весело сверкнул. И Ваня вспомнил серебряный шар в метро.

Тут же ожил образ лейтенанта и мальчика в очках...

— Во сколько я домой пришёл?

— Не смешно, Сми́рнофф... — потянулась девушка, произнося его фамилию как-то по особенному, вроде как не на русский манер.

— Я серьёзно. Где мы? Ты квартиру купила?

— Купила-купила... Ещё три года назад.

Она приподнялась и впилась в него взглядом, как умеет.

— У тебя снова приступ фантазий, Иоганн? Переспал, что ли?

— С кем переспал? — не понял Ваня, подскочив с шёлковой простыни.

Её причёска, тёплый пол, новая мебель, неизвестная квартира — что ещё изменилось? Что произошло после того, как он зашёл в мерцающую сферу?

— Год? Год сегодня какой? — завопил Иван, решив, что оказался в будущем.

— Ну началось! — спрыгнула с кровати девушка. — Каждое утро представление! Что вы за люди такие?

Ваня посмотрел на свои руки и ноги. Вроде всё родное...

— Какие ещё на фиг люди?

— Русские! Русские люди, Иоганн!

Девушка нахмурилась.

— Тапки мне принеси. И сделай яичницу. Да поживее, Иоганн!

У Вани отвисла челюсть. Ему запрещали пить «Буратино», не давали курить в туалете, а теперь командуют «да поживее»?

— Ты чего, мать, совсем страх потеряла?

Девушка покачала головой.

— Ты неисправим, Иоганн... И если ты забыл, где кухня — иди за мной.

Накинув лёгкий халат, девушка фыркнула.

Ваня почувствовал её запах.

Он проводил взглядом известное и совсем незнакомое тело, а затем увидел своё отражение в зеркальных дверях шкафа.

Что стало с его причёской? На голове разноцветные перья, наголо сбриты виски; обе брови и верхняя губа во множестве мест пробиты пирсингом и обвешаны колечками. Это просто ужас! А ещё на нём стринги — и почему-то красного цвета. Нитка так врезалась между половинок, что захотелось разорвать трусы в клочья! Иван нахмурился гроздью металлических колец и стянул стринги, оставшись голышом.

— Что за бред? — выбросив трусы куда-то за кровать, возмущался он.

Ваня заглянул в шкаф, обнаружил три полки, заполненные мужскими вещами. В отглаженной стопке нашёл короткие шорты.

В комнату вернулась Лиза.

— Ты на пляж собираешься? — рассмеялась рыжеволосая.

Ваня надел шорты и ужаснулся, потому что обнаружил свастику в круге.

— Это что за фашистская херня вообще? — выпучил он глаза. — Ты где это взяла?

— Что это? — не поняла девушка.