Максим Власов – Разговор с дьяволом (страница 12)
Это не любопытство в обычном смысле — когда человек хочет узнать что-то, понимая, что это «что-то» связано с другим человеком. Это любопытство в отношении явления — как хотят понять природное явление. Гром, молния, падение предмета. Явление существует. Он хотел наблюдать его изнутри.
То, что явление требовало смерти другого человека, — не было для него барьером не потому что он это отверг. Этот барьер просто не возник. Нет репрезентации другого — нет барьера, основанного на ней.
Разочарование в результате:
Особенно значимо. Он ожидал, что получит опыт. Опыта не получил — или получил ничтожно мало. Это означает: даже в момент действия другой человек не стал для него более реальным. Убийство не «включило» в нём ничего, что было бы связано с Волковым как субъектом. Оно осталось на уровне наблюдения внешнего события.
Это, пожалуй, самый точный диагноз: Волков умер — и остался внешним событием. Не вошёл как чувство в голову.
Прогноз и риски:
Субъект не является агрессивным в структурном смысле. Он не испытывает влечения к насилию как к удовольствию. Но именно это делает прогноз труднее, а не легче.
Традиционные инструменты риск-оценки предполагают: есть влечение, есть триггер, есть контроль, и работа идёт с каждым из этих элементов. Здесь влечение нетипично: оно не связано ни с агрессией, ни с сексуальностью, ни с властью. Оно связано с любопытством — которое в принципе неисчерпаемо и плохо поддаётся коррекции.
VIII. Философская маргиналия
Ханна Арендт писала о «банальности зла» — наблюдая за Адольфом Эйхманом на иерусалимском процессе в 1961 году. Она ожидала увидеть монстра. Она увидела чиновника — человека без особых качеств, который просто выполнял функцию, не задаваясь вопросом о содержании этой функции.
Её открытие было неудобным: зло может быть не страстным, а пустым. Не идейным, а процедурным. Не личным, а административным.
Субъект 022-В — это другое. Арендтовская банальность предполагала наличие социальной среды, системы, давления — механизма, который позволял человеку не думать. Эйхман не думал, потому что система думала за него.
022-В думал. Он думал три месяца. Он провёл то, что сам назвал исследованием. Он действовал осознанно, самостоятельно, без принуждения, без системы, без идеологии.
И всё равно — другой человек не стал для него реальным.
Это другой уровень проблемы. Не банальность зла — пустота зла.
Французский философ Эммануэль Левинас посвятил значительную часть своего труда одному вопросу: что делает другого человека — другим? Не объектом, не инструментом, не элементом среды, а именно другим, то есть субъектом, присутствие которого предъявляет мне требование.
Его ответ был: лицо. Не лицо как физиологический факт — глаза, нос, рот. Лицо как феномен: то, в чём другой открывается мне как уязвимый, как требующий ответа, как тот, кому я могу причинить вред и кто именно этим фактом уязвимости говорит мне: «не убий».
Это не метафора. Для Левинаса это — онтология. Другой существует для меня прежде всего как лицо, и лицо — это первый этический факт. До всякой нормы, до всякого закона, до всякого рассуждения.
Субъект 022-В прошёл мимо Волкова. Видел его лицо — физически. Ударил сзади — возможно, именно потому что спереди было лицо, и даже его ослабленный аппарат мог что-то почувствовать.
Потом постоял рядом. Сорок секунд. Смотрел.
И ушёл.
Лицо не стало для него тем, чем должно было стать по Левинасу. Не предъявило требования. Не сказало «не убий» — или сказало, но на языке, которого он не слышит.
Есть соблазн объяснить его патологией и на этом остановиться. Сказать: это редкий дефект, исключение, статистика.
Но есть другой вопрос, более неудобный.
Если интерсубъективность — способность переживать другого как внутренне реального — это не данность, а развивающаяся способность, то каковы условия её развития?
Исследования привязанности — Боулби, Эйнсворт, их последователи — показывают: ребёнок учится воспринимать другого как реального через опыт того, что другой воспринимает его самого как реального. Мать, которая отражает, — это зеркало, в котором ребёнок впервые видит себя как существо с внутренним состоянием. И через это — начинает видеть, что у матери тоже есть внутреннее состояние.
Если этого зеркала нет — или оно искажено, пусто, непоследовательно — ребёнок вырастает без этой базовой уверенности. Не только в себе. В другом.
Субъект 022-В рос с матерью, которая «звонит иногда». С отцом, который «пишет на праздники из вежливости». В комнате, где было «тихо».
Это не объяснение. Это — контекст.
Объяснение не снимает ответственности. Но контекст задаёт вопрос: где и когда это начинается? Не в момент преступления. Раньше. Значительно раньше.
Андрей Николаевич Волков вышел за хлебом.
Это была обычная январская вечерняя прогулка — те несколько минут, которые человек проводит между домом и магазином, думая, наверное, о чём-то простом. О ужине, о телевизоре, о том, что нужно позвонить дочери.
Он не знал, что кто-то три месяца думал о нём — не о нём конкретно, а о явлении, для которого он случайно стал материалом.
Внучке три года.
Я пишу это здесь по той же причине, по которой написал про Людмилу в предыдущем протоколе. Потому что беседы устроены так, что постепенно начинаешь думать категориями. Механизмами. Структурами.
А они — люди.
Это нужно записывать. Чтобы не забывать.
Протокол № 022-В закрыт.
М.А. Серов
04.04.20—
Глава 3. Протокол № 031-Л. «Должник»
Протокол № 031-Л
Дата: 29.04.20—
Время начала: 10:15
Время окончания: 12:50
Место: ФКУ ИК-6, кабинет психологической службы № 2, корпус административный
Основание: психологическая экспертиза в рамках апелляционного производства; оценка мотивационной структуры и степени осознанности действий; запрос адвоката Петровой И.В. в интересах осуждённого, согласованный со следствием; постановление № 512/АП
Участники: эксперт-психолог Серов М.А.; субъект 031-Л; сотрудник учреждения за стеклянной перегородкой
Запись: цифровой аудиофайл 031-Л_1, 031-Л_2, 031-Л_3; стенографическая расшифровка; рукописные пометки наблюдателя
Степень доступа: ограниченный, для служебного пользования
Примечание: субъект отбывает наказание девятый месяц. Осуждён. Апелляция подана по инициативе защиты на основании предполагаемого смягчающего обстоятельства — аффективного состояния в момент совершения преступления.
Предыдущие экспертизы аффект не подтвердили.
Настоящая беседа — попытка получить более полную психологическую картину.
I. Статус субъекта
Субъект 031-Л
Мужчина. 51 год. Уроженец Воронежа. Высшее техническое образование — инженер-строитель. Работал по специальности около двенадцати лет, затем — ряд попыток открыть собственное дело: строительная бригада, потом небольшая фирма по отделочным работам, потом — снова наёмный труд, прорабом на объектах. Последние три года до преступления — фактически без стабильного дохода: разовые подряды, перебои, долги. Женат, двое детей — сын двадцати трёх лет, дочь восемнадцати. Жена работала бухгалтером, фактически содержала семью последние два года. По показаниям жены и детей — в семье напряжение нарастало, но до открытых конфликтов доходило редко: субъект «держался», «не показывал», «говорил, что всё решится».
Статья / статьи:
ч. 1 ст. 105 УК РФ — убийство. Срок — двенадцать лет, общий режим.
Подтверждённые эпизоды:
Один. Жертва — Константин Дмитриевич Лавров, 58 лет, предприниматель, давний знакомый субъекта. Характер отношений: деловые, переросшие в приятельские около десяти лет назад. Лавров неоднократно помогал субъекту финансово — в том числе выдал беспроцентный заём в размере трёхсот восьмидесяти тысяч рублей за два года до преступления.
Предполагаемые эпизоды:
Отсутствуют.
Предварительная оценка структуры личности:
Нарциссическая организация с выраженной уязвимостью к переживанию стыда и несостоятельности. Самооценка нестабильная, зависящая от внешних маркеров успеха и признания. Защитный фасад компетентности и контроля — при внутренней хрупкости. Склонность к идеализации и последующему обесцениванию значимых фигур. Агрессия — не структурная черта, а реактивная: возникает в ответ на нарциссическую травму. Раскаяние — присутствует, но его природа требует уточнения: это раскаяние о поступке или о последствиях для себя?
Особые примечания: