Максим Тихонов – Сталь души (страница 16)
— Машина защищает штаб и узел связи.
— Значит, память вернулась в подходящем месте.
— Андрей, хватит.
Он поднял руки.
— Молчу. Всё по документам.
Я закрыл папку с предложением Волкова.
— Верните мою группу под единое командование. Добавьте две тысячи полевых солдат и подготовьте выступление.
— Нет.
— Это не просьба.
Волков посмотрел на меня внимательнее.
— Тогда что?
Я достал из внутреннего кармана сложенный документ.
Плотная бумага расправилась на столе. Под распоряжением стояли подписи членов Совета князей и имперская печать.
— Последний приказ, который я предъявлял вам при первой встрече, — сказал я. — Все части личной гвардии и пограничные подразделения Крыма временно переходят под моё оперативное командование. Соглашение позволяло провести передачу добровольно. Ваш отказ ничего не меняет в самом распоряжении.
Волков не прикоснулся к документу.
— Я его читал.
— Тогда знаете, что обязаны подчиниться.
— Кому?
Вопрос прозвучал неожиданно спокойно.
— Совету князей.
— Я не присягал Совету.
— Совет действует от имени Империи.
— По чьему поручению?
— Император пропал. Кто-то должен был сохранить управление.
— Сохранить — не значит присвоить.
Волков развернул документ обратно ко мне.
— Император не отрёкся от престола. Его смерть не подтверждена. Законного наследника никто не объявил. Несколько князей собрались в Москве и назвали себя временным Советом. На каком основании временная структура теперь требует от меня передать армию?
— На основании чрезвычайного положения и необходимости защищать Империю.
— Это объясняет цель приказа. Не его законность.
Я указал на нижнюю часть документа.
— Здесь имперская печать.
— Печать подтверждает только то, что у Совета есть доступ к старому императорскому кабинету. Воли самого императора на этой бумаге нет.
— Ваши солдаты присягали Империи.
— Именно. Империи, а не каждому, кто объявит себя её временным спасителем.
— Совет состоит из законных князей.
— Часть которых уже несколько месяцев никто не видел.
Волков подошёл к дальней стене. Возле карты висел небольшой лист с позывными московских станций и временем последних подтверждённых сеансов.
— Мои люди пытались связаться с Советом напрямую, — продолжил он. — Ответы приходят через неизвестных чиновников. Доступ к князьям ограничен. Снабжением распоряжаются люди некоего Артура. Его охрана стоит возле зданий Совета. Его канцелярия решает, какие сообщения будут переданы дальше.
Андрей перестал улыбаться.
— Откуда сведения? — спросил я.
— Из нескольких независимых источников. Торговцы, связные, офицер, сумевший покинуть Москву. Они не знают, кем был Артур до Катастрофы. Зато знают, кем он становится сейчас.
— Слухи не отменяют приказов.
— А печать не превращает чужую волю в императорскую.
— Артур не подписывал этот документ.
— Ему и не нужно. Для этого у него есть Совет.
Я промолчал.
Приказ действительно подготовил Артур. Он выбил для меня повышение, полномочия, транспорт и право принять крымские части. Без его влияния документ, скорее всего, никогда бы не появился.
Но это не делало задачу ложной.
Чернобыль существовал. Армия Радиана была реальна. Если шаманы доберутся до реакторов и хранилищ, приказ уже не будет иметь значения.
Волков заметил мою паузу.
— Вы знаете этого Артура, — произнёс он.
Это не было вопросом.
— Встречал.
— И всё равно требуете, чтобы я подчинился документу, созданному под его влиянием.
— Я требую людей не для Артура. Они пойдут к Чернобылю.
— Сегодня. А завтра?
— Завтра будем решать следующую задачу.
— Приказом того же Совета?
— Если приказ будет необходим для защиты Империи.
Волков усмехнулся без радости.
— Удобное слово — «необходимость». Им можно оправдать любую власть, если достаточно долго убеждать себя, что другого выхода нет.
Перед глазами возникла память Скрижали.
Горящая стена. Люди под синим куполом. Правитель, отдающий годы собственной жизни ради солдат.
Необходимость.
Долг.