Максим Тихонов – Сталь души (страница 17)
Слова менялись. Цена оставалась.
— Пока мы спорим о форме власти, под Чернобылем гибнут люди, — сказал я.
— А если я выведу войска, люди начнут гибнуть здесь.
— Оставшегося гарнизона хватит удерживать укреплённый город.
— При обычном противнике. Не при Жнеце.
— Вся ваша армия не остановит его в открытом бою. Я видел его силу.
— Возможно. Но без армии столица не продержится и часа.
Мы смотрели друг на друга через стол.
Волков не прятал солдат ради власти. Не собирался бросать другие земли из трусости. Он защищал людей, за которых отвечал.
Так же, как я пытался защитить тех, кто оставался в Чернобыле.
В этом и заключалась проблема.
Если бы князем двигали страх или жадность, его можно было заставить уступить. Но он считал отказ единственно правильным решением и был готов отвечать за последствия.
— Примите корпус, — сказал Волков. — Шестьсот двадцать человек, техника и боеприпасы. Я верну под ваше прямое командование сотню из полевого лагеря. Больше сейчас не дам.
— Остальные люди моей группы?
— Останутся на занятых участках.
— Значит, вы продолжите удерживать их вопреки моему приказу.
— Я продолжу защищать княжество.
Я сложил документ, но не убрал его.
— Если вы отказываетесь признавать распоряжение Совета, я могу отстранить вас от командования до разбирательства.
За дверью что-то едва слышно скрипнуло. Охрана прислушивалась к каждому слову.
Волков остался неподвижен.
— Можете попытаться.
— Это не угроза.
— А что?
— Последствие вашего решения.
Князь медленно обошёл стол и остановился напротив меня.
Между нами оставалось меньше двух шагов.
— Допустим, вы объявите меня отстранённым, — сказал он. — Что произойдёт дальше?
— Командование примет старший офицер, признавший приказ.
— Начальника штаба назначил я. Командиров полков — тоже. Большинство служит в моем княжестве всю жизнь. Они знают об исчезновении императора и не присягали вашему Совету.
— Они военнослужащие Империи.
— И увидят, как человек, получивший полномочия от Артура, арестовывает их князя в собственном доме.
Волков чуть развёл руками.
— Вы сильнее моей охраны. Возможно, сильнее всей гвардии, собранной во дворе. Сумеете добраться до меня, надеть наручники и выйти отсюда живым. Не сомневаюсь.
— Не испытывайте меня.
— Я не испытываю. Я предлагаю подумать о следующем шаге.
Он указал на карту.
— Утром к резиденции придут солдаты. Одни потребуют моего освобождения. Другие закроются в казармах и перестанут выполнять приказы. Командиры деревенских гарнизонов перекроют дороги. Вы получите не армию, а гражданскую войну.
Андрей посмотрел на глухую дверь, потом на окна.
Я не сомневался в собственных силах.
Расстояние до Волкова — меньше двух шагов. Охрана снаружи не успеет войти, если я поставлю щит. Через окно можно выйти во двор или подняться на крышу. Андрей успеет призвать Светика.
Арестовать князя действительно было возможно.
Но Волков был прав в другом.
Его армия не перестанет ему подчиняться только потому, что я надену на него наручники.
— Ваш окончательный ответ? — спросил я.
— На передачу всей армии — отказ. Корпус останется готов к выступлению в течение двух суток. Это последнее предложение.
— Даже если Чернобыль падёт?
На лице Волкова появилась боль. Всего на мгновение.
— Если он падёт, ответственность за это будет лежать и на мне. Но я не стану заранее приносить столицу в жертву, чтобы потом назвать себя спасителем Империи.
— А если Жнец не придёт?
— Тогда я буду рад, что ошибся.
— Люди под Чернобылем уже не успеют этому порадоваться.
Волков ничего не ответил.
Я убрал приказ во внутренний карман и направился к двери.
— Подполковник, — остановил меня князь.
Я обернулся.
— Не заставляйте меня выбирать между вами и собственным городом.
— Вы уже выбрали.
Я открыл дверь.
Охрана отступила, освобождая проход.
— Скоро поговорим снова, — сказал я.
Волков остался возле стола.
— В следующий раз приходите либо с новым предложением, либо с доказательством законной власти. Армию угрозами вы не получите.
Дверь закрылась.
В коридоре нас сопровождали уже восемь гвардейцев.