Максим Шаттам – Союз трех (страница 55)

Лысый великан заметил его и, словно рассматривающий добычу из норы хищник, наклонил голову.

– Мы вас сюда не звали! – крикнул Мэтт. – Уходите, пока можете, и мы вас пощадим!

Услышав эти слова, почти все циники засмеялись. Некоторые, кровожадно улыбаясь, вновь подняли мечи и топоры. Предупреждение оказалось напрасным. Бой становился неизбежным. Должна была пролиться кровь. Мэтт вновь пережил боль, испытанную в тот момент, когда он проткнул своим мечом жруна. Любая жестокость бесполезна. Циники провоцируют их, и это они ответственны за то, что сейчас произойдет. Его злило, что они были такими упрямыми. Ему снова придется драться, и от этой мысли ему стало грустно. «Не раскисай! – приказал он себе, разглядывая воинственно настроенных противников. – Это они пришли сюда, чтобы напасть на нас, и на них лежит ответственность за жестокость, они хотят драться, а ты должен защищаться, чтобы тебя не убили. За свои поступки отвечают только они сами». Мэтт подумал про Землю, про загрязнения, про лежащую на людях вину в этом: они знали, что отравляют воздух, воду, почву. Иногда взрослые ведут себя как глупцы. У них было время исправить ошибки, доказать, что новые поколения людей имеют право рождаться. И если теперь должна пролиться кровь – виноваты в этом только циники. Ни Мэтт и ни один пэн острова не хотели, чтобы все так получилось.

Смех солдат придал Мэтту сил, и его страх быстро перерос в гнев. С каждым следующим взрывом непристойного хохота он чувствовал, как внутри закипает ярость, каждая насмешка вытесняла из его груди жалость и сострадание. Скоро в его сердце осталось только презрение к этим кровожадным кретинам, желавшим воевать. Он помрачнел. Раз циники понимают только язык оружия, придется им ответить на этом же языке. Зрачки Мэтта блестели; он коротко и холодно засмеялся, и ближайшие к нему циники вдруг прекратили ржать. Мэтт ощутил себя сильным. Он посмотрел на них с решимостью воина, знающего: бой неизбежен и любое сомнение неуместно.

Циники затихли: вид подростка со взглядом убийцы, исполосованного ранами, что остались после встречи с летучими мышами, больше не вызывал у них смеха. Мэтт прокричал снова, твердо и уверенно, решив испробовать все средства до конца:

– Мы обладаем силой, какой вы себе даже не представляете. Еще шаг, и вы все погибнете!

Услышав это, из-за деревьев выступили шестьдесят пэнов, растянувшись в полумраке цепью вдоль реки. У них в руках тоже были мечи, топоры, самодельные деревянные луки – все, что удалось собрать на острове; некоторые подростки облачились в доспехи.

Лысого великана эта демонстрация силы никак не испугала, он лишь крепче сжал челюсти и взмахнул обоюдоострыми секирами, которые держал в каждой руке. Он выбрал Мэтта и сделал шаг в его сторону, явно бросая парню вызов. Мэтт в ответ поднял лезвие меча к небу. Настало время узнать, насколько хорош придуманный им план.

Тяжелыми шагами армия циников двинулась вперед.

46

Сила пэнов

Спрятавшись в камышах у одной из арок моста, Серджо заметил поданный Мэттом знак: меч, устремленный вверх. Тогда он собрал в кулак все свои силы, как его учила Эмбер на протяжении последних суток. Во время обучения он, хоть и уставал, смог сделать все как надо, но теперь, охваченный усталостью и чувством ответственности, засомневался. Сможет ли он вызвать искры, не прибегая к помощи камней?

Расстояние, на которое ему предстояло отправить этот пучок искр, правда было небольшим, едва ли больше метра, но для Серджо оно выглядело поистине бесконечным. Закрыв глаза, он глубоко вдохнул и выдохнул. Ощутил в голове пустоту и постепенно задышал ровнее, прямо-таки ощущая, как работают его легкие. Обычно он начинал чувствовать изменения кончиками пальцев – тепло и покалывание, предшествовавшие моменту появления искр.

Чеканные шаги уже раздавались над ним и отвлекали его. Циники были совсем рядом…

Серджо вновь сосредоточился и буквально заставил себя ощутить пустоту внутри. Дыхание. Покалывания под кожей. Руки. Кончики пальцев. Сердце как будто перенеслось в ладони и запульсировало в фалангах. Теперь Серджо почувствовал тепло, и его накрыла невидимая волна статического электричества, словно желая отгородить подростка от внешнего мира, затем она скользнула по рукам…

Вытянув их в направлении моста – туда, где был разлит бензин, всего в метре над ним, он словно нырнул в собственное тело, и в следующее мгновение мощный разряд искр вылетел из него, заставив потерять сознание.

В это же самое время армия циников почти добралась до конца моста, и лысый великан уже собирался броситься на Мэтта, когда многочисленные огненные языки расползлись у циников под ногами. Появился дым, и, охватив солдат с обеих сторон, пламя взметнулось к небу. Меньше чем за десять секунд мост накрыло огнем, возникшим как по мановению волшебной палочки.

Циники завопили от страха – неужели эти мальчишки действительно обладают какой-то силой? – и кинулись в воду, не собираясь ждать своей гибели. Едва они оказались в черной воде, как доспехи и оружие стали тянуть их ко дну. Чтобы выплыть на поверхность и спастись, им необходимо было сбросить с себя все тяжелое. И тогда вперед выступил юный Билл; сосредоточившись, он присел на корточки. В свои двенадцать лет Билл был одним из самых сильно изменившихся за последние полгода пэнов, он все время забавлялся тем, что за завтраком или ужином вызывал водовороты в стаканах у своих приятелей. Все шесть месяцев Билл ловил рыбу или строил вдоль берегов небольшие запруды, то есть постоянно контактировал с водой.

Почти сразу солдаты, пытавшиеся вылезти на берег, были вынуждены удвоить усилия – их подхватил мощный поток воды. Закрыв глаза, Билл старался сделать так, чтобы они не смогли плыть. Адреналин от предвкушения битвы превратился в чудесную энергию, удесятерившую его силы. Билл думал, что не сможет управлять подвижной водой, но теперь… он создал бурный поток на расстоянии нескольких метров от себя! Правда, ненадолго: качнувшись, мальчик, как и Серджо, упал в обморок, совершенно опустошенный своим необычайным усилием.

На другом берегу в течение нескольких минут сорок циников, в ужасе наблюдавшие за происходящим, собирались с духом и готовились к стрельбе. Зазвенели луки, и целый дождь стрел затанцевал в воздухе, обрушиваясь на пэнов. Наступила очередь Светланы продемонстрировать свою силу. Девушка подняла руки. Легкого дуновения ветра оказалось достаточно, чтобы отклонить стрелы от целей; они падали в реку или улетали в лес. Лучники циников, растерянно глядя на результаты своего залпа, выстрелили снова – с тем же успехом. Полностью измученная Светлана пошатнулась. Полгода она подметала паркетные полы в домах, предпочитая это занятие другим, и все это время проклинала сквозняки, разносившие только что собранные кучки мусора. Тысячи раз она думала, как здорово было бы научиться управлять сквозняками в коридорах, заставлять их дуть в правильном направлении, пока ее фантазия не стала реальностью. Но, как и Билл с Серджо, она тоже быстро почувствовала, что силы покидают ее.

Наблюдавшие за сражением Эмбер и Тобиас заметили, что большую часть солдат, растерянных и испуганных, уносит течение. На противоположном берегу, также пребывая в совершенном замешательстве, топтались лучники.

Теперь, когда первый приступ был отбит, Митч подумал, что пришло время напасть – прежде чем враг успеет опомниться. Циников следовало прогнать. И он приказал своим лучникам занять позицию, а затем крикнул:

– Огонь!

Тобиас прицелился в одного из циников, но его стрела даже не долетела до противоположного берега. Они стреляют вверх! Так выходит дальше! Вторая стрела взмыла к небу и воткнулась в землю у ног солдата, отпрянувшего назад. Десятки стрел вонзились в тела и доспехи вражеских лучников, значительно расстроив их ряды.

Митч одновременно наблюдал за противоположным берегом и горсткой храбрецов, не прыгнувших с моста в воду. Ему показалось, что он мысленно поймал взглядом все детали сражения, абсолютно все. Настоящее чудо. Результат происходящих в нем изменений. Внимательный рисовальщик, он научился замечать все, даже не отдавая порой себе отчета. Он овладел искусством одновременно держать в поле зрения несколько участков местности и поэтому сейчас мог отдавать правильные приказы.

Это Митч заметил адскую фигуру, спрыгнувшую с моста на остров.

Мэтт наблюдал за битвой с вершины своей скалы, не сводя глаз с врагов, пытавшихся выбраться из воды на противоположный берег. Потом он увидел, как Клаудиа пытается оттащить Билла в укрытие.

Справа раздался крик Митча:

– Мэтт! Прямо перед тобой!

Мэтт не стал терять драгоценные секунды на то, чтобы разглядеть опасность, он просто прыгнул вбок и покатился по земле, почти сразу поднявшись и держа в руках меч.

И тогда он увидел лысого великана, объятого пламенем. Тот крутил свои секиры, вопя от боли и бешенства. Зрелище было таким ужасным, что Мэтт на мгновение остановился. Колебался он недолго.

Это уже слишком.

Секиры засвистели, устремляясь к его голове.

Эмбер и Тобиас тоже услышали крик Митча. Они заметили бросившегося на Мэтта человека, больше похожего на демона в огненном плаще. Тобиас натянул лук и повернулся, чтобы прицелиться в главаря циников и успеть выстрелить, прежде чем тот обезглавит Мэтта. Стрела взлетела вверх. Если Тобиас промахнется – лысый разрубит Мэтта надвое.