Максим Шаттам – Союз хищников (страница 59)
Она заставила себя вспомнить об Алексисе.
Ее рука сжала подлокотник кресла.
С тех пор как он погиб, она приняла эстафету расследования. И целиком отдалась работе, не думая ни о чем другом, забывая о себе, об отдыхе, о нормальной жизни.
Пора как-то выходить из этого, поняла она.
Когда все закончится, она возьмет несколько дней отпуска и проведет их с родными, восстановит силы и успокоится. Она дала себе слово так и сделать.
Самолет приземлился около половины одиннадцатого вечера, но еще до того, как он вырулил к месту стоянки, Людивина включила мобильник.
Магали ответила почти сразу:
– Из
– Когда я села в самолет, Томаш подтвердил, что они действительно локализовали мобильный Сирила Капюсена в районе первого убийства, но не после.
– Может, разрядился.
– Или он его отключил. У
– Конечно есть. Думаешь, Капюсен уже едет домой?
– Возможно.
– В таком случае нам понадобится еще одно международное судебное поручение, мы должны сами связаться с оператором. Я узнаю его название и контакты в
– Скажи им, чтобы тут же сообщили нам, как только поймают сигнал Капюсена, хорошо?
– Уже сделано.
– Я попросила о том же наших польских коллег.
– Лулу, я просмотрела список его локализаций за последний год: похоже, он давно не возвращался в Мор.
– У него есть другой адрес?
– Мы пока не нашли, но этим занимается вся команда. При этом есть один ретранслятор, который он очень часто использует в Парижском регионе. Номер 806350, – прочитала Магали. – Это недалеко от Верней-ан-Алатт, в департаменте Уаза.
– Может, это его тайное укрытие?
– Возможно, тем более что это совсем близко… к «Буа-Ларрису»!
– Там плотная застройка?
– Да, поэтому там не станешь наугад стучаться во все двери! Надо поконкретней определить его адрес.
– Но мы знаем примерный район.
– Завтра банки будут открыты, и я смогу просмотреть его счета.
– Он выйдет на свет, Маг, рано или поздно он высунется, и мы его сцапаем.
Людивина схватила сумку с полки и вместе с двумя своими спутниками прыгнула в такси.
– Дело ускоряется, – сказал Микелис, когда они тронулись в обратный путь.
– Надеюсь, в ближайшие дни арестуем этого гада, – призналась Людивина. – И тогда вы вернетесь домой, Ришар, ведь вы сделали свою часть работы.
Криминолог смотрел на проплывающий за окнами пейзаж. Время от времени фонари на шоссе А1 освещали его задумчивое лицо. И каждый раз, когда оно оказывалось в тени, Людивине чудилось, что оно сейчас вынырнет из тьмы с какой-нибудь жуткой усмешкой.
Странная мысль! Она мотнула головой, отгоняя ее, и стянула волосы резинкой на затылке.
– Спасибо вам, – добавила она.
Микелис не ответил, в машине снова повисла тишина.
– Не могу дождаться, когда вернусь к нормальной жизни, – наконец признался Сеньон. – Чтобы приходить с работы в обычное время, в выходные – отдыхать! А ты, Лулу, что ты собираешься делать, когда все закроем? Возьмешь отпуск?
Людивина кивнула.
– В четверг утром похороны Алекса, – сказала она тихо.
Она понимала, что портит всем настроение, но и молчать не могла. Переезды, нервотрепка, недосып – она говорила, что думает, не фильтруя. Ей надо было это сказать.
– Мы все придем, – сказал Сеньон, положив руку ей на колено. – Знаешь, тебе стоит завтра передохнуть. Магали и Априкан вплотную занимаются делом, и если Капюсен объявится, ты первая об этом узнаешь.
– Нет, я хочу выиграть время и заняться остальными ниточками.
– Какими именно? Испанские копы работают над своим кейсом, Бейнс арестовал своего убийцу, а мы установили личность Зверя!
– Не хватает наставника.
– Он будет рядом с Капюсеном, он ведь повсюду его сопровождает.
– Не думаю. Он присоединяется к нему только на время совершения преступлений.
– Людивина права, – вмешался Микелис. – Вспомните следы шин. Он забирает Капюсена из трейлера, и они едут искать жертву, но они не разъезжают все время вместе. За исключением, может быть, Польши, потому что это далеко…
– Кстати, мы так и не знаем, зачем он поехал убивать на другой конец Европы, – напомнила Людивина.
– Я думаю, что автострада для нас – как красная нить. Слишком важная подсказка, чтобы ее не учитывать. Он убивает по ходу своих перемещений. Соляная шахта стала просто подарком, вишенкой на торте, и пресловутый
Сеньон помрачнел:
– Как, по-вашему, он может нанести удар сильнее? Заложить бомбы в школах?
– Сам он этого делать не станет, но почему не завербовать какого-нибудь лузера и не настроить его на такое? Он самый опасный из них, и именно на нем нужно сосредоточиться.
– Как вы думаете, Сирил Капюсен совершил убийство в Польше исключительно по его указаниям?
– Его послали в Польшу по работе, а наставник это использовал, – думаю, тут все просто. Не нужно искать каких-то иных причин. Эти парни наносят удары всюду, где только могут. Готов поспорить, он точно так же убивал и в Германии, если он часто обслуживает этот маршрут.
Жандарма это не убедило.
– Он вернется к нам сюда, просто наберитесь терпения. И тут уж мы на него навалимся. Все разом.
– Остаются некоторые моменты, которые надо прояснить, – не унималась Людивина.
– Какие еще моменты? – фыркнул Сеньон. – Магс и Капюсен знакомы с детства, это два психа, выросшие в одной деревне. Вероятно, еще в детстве или в юности сошлись на почве общих патологических наклонностей. Один из них обнаружил сайт
– Имени наставника. И при чем тут «Буа-Ларрис»?
Ее коллега воздел руки к небу:
– Да потому что они психи! И не всегда действуют осмысленно, так? Хоть вы ей скажите! – бросил он Микелису.
– Психотики действуют без всякой логической причины. Но мы имеем дело с психопатами, с социопатами, и, к сожалению, в их действиях есть смысл.
Людивина согласилась:
– Ты прав, Сеньон, я не пойду завтра в офис.
Жандарм догадался, что у нее появились какие-то другие планы, и, дернув подбородком в ее сторону, спросил:
– Ну, что ты опять задумала?