Максим Шаманин – Резиденция: Абсолют (страница 8)

Я вышел из смотровой комнаты, сжимая в кармане глушилку. Тихий писк генератора белого шума успокаивал. Мне нужно было двигаться дальше, но прежде — осмотреть этот уровень. Если администрация жила здесь, значит, здесь должны быть не только роскошные интерьеры, но и ключи от верхних секторов. От тех дверей, которые Девкалион запер наглухо.

Коридоры Административного блока напоминали заброшенный пятизвездочный отель. Я миновал несколько открытых дверей, ведущих в личные апартаменты. Внутри царил разгром, но не от боев. Мебель была перевернута, сейфы вскрыты автогеном. Кто-то методично мародерствовал здесь уже после падения уровня.

В конце левого крыла я наткнулся на двустворчатые дубовые двери с позолоченной табличкой: «Кабинет Главного Смотрителя». Замок был выжжен, створки приоткрыты. Я толкнул их стволом дробовика и вошел.

Просторное помещение было обшито панелями из красного дерева. В центре стоял массивный письменный стол. За ним, в высоком кожаном кресле, откинувшись назад, сидел скелет. Судя по остаткам мышиного кителя с золотым шитьем — это был сам Ричард Вейланд. Тот самый человек с видеозаписи. Его смерть была быстрой: половины черепа не было, а стена за креслом была покрыта въевшимся бурым пятном.

Я обошел стол. Ящики были выдвинуты и пусты, за исключением нижнего. В нем лежал прямоугольный металлический контейнер — аварийный рацион питания офицерского состава. В отличие от серых кирпичей для рабочих низов, здесь были запаянные тюбики с протеиновым гелем, витаминные стимуляторы и даже крошечная стеклянная фляжка с прозрачной жидкостью.

Я открутил крышку фляжки и понюхал. Чистый медицинский спирт. Не задумываясь, я сделал глоток. Жидкость обожгла горло, но мой метаболизм мгновенно нейтрализовал токсин, оставив лишь приятное тепло в груди. Я рассовал тюбики по карманам куртки.

Взгляд упал на поверхность стола. Под слоем пыли лежал плотный, полупрозрачный лист пластика с впечатанной в него схемой. Карта. Но не план Резиденции, который я видел внизу, а нечто гораздо более масштабное.

Я смахнул пыль рукавом. На листе была изображена стилизованная сфера Земли, опоясанная тонкой кольцевой линией. Орбитальное Кольцо. От линии к поверхности планеты спускались три толстые нити, обозначенные как "Орбитальные Лифты". А на самой поверхности светились десятки красных точек. Около каждой стоял номер. "Узел-01" (там, где находился я), "Узел-04", "Узел-12" Вся планета была усеяна инкубаторами.

Они сбежали наверх, — подумал я, разглядывая схему. — Оставили нас здесь вариться в этом котле, а сами наблюдали с орбиты, ожидая, пока мы выживем или сдохнем.

Внезапно тонкий, непрерывный писк генератора белого шума в моем кармане прервался. Устройство хрипнуло, писк сменился рваным статическим треском, а затем диод на его корпусе замигал и погас.

Глушилка сдохла. То ли села самодельная батарея, то ли

Я замер, прислушиваясь. Инстинкты Абсолюта взвыли сиреной воздушной тревоги. Волоски на руках встали дыбом. Мой слух, обострившийся до предела, уловил едва заметный звук из коридора. Не влажное чавканье мутанта. Не тяжелые, гулкие шаги Прототипа.

Это был тихий, методичный лязг металла о металл. Звук сервоприводов.

Я медленно, стараясь не скрипнуть подошвами по паркету, отступил от стола и вжался спиной в стену рядом с дверным проемом. Поднял дробовик, положив палец на спусковой крючок.

В коридоре зажегся свет. Не мягкий желтый свет плафонов, а резкий, тактический красный.

— Выходи, кусок мяса, — раздался хриплый, надтреснутый голос из динамика. Голос был человеческим, но пропущенным через вокодер шлема. — Я чую твой запах. Запах свежей пробирки. Ты пахнешь химией и ложью Девкалиона.

Мой мозг мгновенно проанализировал информацию. Человек. Выживший. Запертый здесь, среди роскоши и трупов, долгие годы. И он знал, кто я такой.

Я не стал отвечать. Говорить с человеком, прожившим бог знает сколько лет в изоляции в компании трупов, — плохая тактика. Я плавно сместился вдоль стены, выглядывая в коридор сквозь щель в дверных петлях.

В тридцати метрах от кабинета стояла массивная фигура. Это был не мутант. Это был бронированный кошмар. Человек был облачен в тяжелый экзоскелет службы безопасности — массивные титановые пластины, гидравлические суставы, наглухо заваренный шлем с узкой визор-щелью, светившейся красным. Экзоскелет был старым, поцарапанным, местами покрытым слоями изоленты и кустарной сварки, но он работал.

В правой руке фигура сжимала не огнестрел, а нечто похожее на толстый, укороченный ствол гранатомета, подключенный кабелем к ранцу за спиной. Плазменный резак промышленного класса, переделанный под оружие. Одно попадание такой штуки превратит меня в кучку радиоактивного пепла, и никакая регенерация не спасет.

— Я ждал тебя, — прохрипел охранник, делая тяжелый шаг вперед. Пол под ним застонал. — Мы все здесь сдохли из-за тебя. Вейланд трусливо застрелился, ученые разбежались как крысы. А я остался. Я жрал крыс и пил воду из пожарных систем, просто чтобы дождаться, когда ты вылезешь из своей колбы.

Он поднял плазменный резак, направив его прямо на дубовые двери кабинета.

— Сдохни, Абсолют.

Я не стал ждать выстрела. Вложив всю свою взрывную скорость в один рывок, я бросился вглубь кабинета, перекатываясь за массивный стол Главного Смотрителя.

В следующую секунду мир взорвался ослепительным сине-белым светом.

Плазменный заряд ударил в дверной проем. Дубовые створки не просто разлетелись — они испарились, превратившись в облако перегретого газа и пепла. Ударная волна швырнула меня в стену, опалив спину сквозь куртку. Воздух в кабинете мгновенно раскалился до состояния сауны. Дорогие обои вспыхнули, как порох.

— Твоя игрушка не пробивает броню, мальчик! — захохотал охранник, шагая в горящий дверной проем. Сервоприводы его костюма жалобно скрипели, но держали вес. — Выходи!

Я лежал за столом, задыхаясь от дыма. Дробовик, заряженный кинетическими пулями, действительно был бесполезен против толстого титана экзоскелета. Если я высунусь и выстрелю ему в грудь — только разозлю.

Анализируй. Ищи слабое место.

Мои глаза скользнули по фигуре врага, выискивая уязвимости. Шлем заварен наглухо. Грудь прикрыта пластинами. Но суставы Экзоскелет был старым и кустарно починенным. Сочленения под коленями и на локтях были открыты, обнажая гидравлические шланги. И самое главное — ранец за спиной. Батарея, питающая резак. Если пробить ее, костюм либо обесточится, либо взорвется.

Охранник поднял резак, готовясь выстрелить в стол, за которым я прятался.

Я не стал прятаться. Мое тело, подчиняясь инстинктам хищника, выстрелило вверх, как распрямившаяся пружина. Вскочив на горящий стол, я оттолкнулся от него обеими ногами и прыгнул прямо на бронированного гиганта, пролетая сквозь облако дыма и искр.

Он не ожидал такой скорости. Ни один человек не мог двигаться так быстро. Он попытался поднять ствол резака, но я ударил ногами ему в грудь, сбивая прицел.

Сине-белый луч плазмы прожег дыру в потолке, обрушив на нас водопад горящего пластика и проводов.

Оттолкнувшись от его грудной пластины, я перелетел через охранника, приземлившись у него за спиной с мягкостью кошки. Прежде чем он успел развернуть свою массивную тушу с помощью неповоротливых сервоприводов, я вскинул дробовик, уперев ствол прямо в сочленение гидравлики под его левым коленом.

Грохот выстрела оглушил меня. Сноп дроби в упор разорвал резиновые шланги и раздробил металлический сустав. Во все стороны брызнула маслянистая гидравлическая жидкость.

Охранник взревел. Левая нога экзоскелета подкосилась, не выдержав веса брони, и он рухнул на одно колено.

— Ах ты ублюдок! — прохрипел он, пытаясь развернуться и взмахнуть тяжелым стволом резака как дубиной.

Я сделал шаг назад, уходя от удара, передернул цевье, выбросив гильзу, и прицелился в массивный ранец на его спине. Там, где мигал индикатор заряда, защитная пластина была покрыта трещинами от времени.

— Привет от Вейланда, — сказал я ровным, ледяным голосом.

Я нажал на спусковой крючок.

Свинец пробил треснувшую пластину и вонзился в батарейный блок. Раздался резкий, пронзительный свист замыкания. Охранник замер, осознав, что произошло.

— Не — успел прохрипеть он.

Я бросился в коридор, ныряя за угол стены ровно в тот момент, когда ранец за спиной охранника сдетонировал.

Взрыв был глухим, но чудовищным по силе. Кабинет Смотрителя изнутри выгорел дотла за долю секунды. Ударная волна выбросила в коридор облако пепла и куски покореженного титана. Я вжался в пол, закрыв голову руками, пока осколки барабанили по стенам, оставляя глубокие вмятины в деревянных панелях.

Когда грохот утих, сменившись шипением плавящегося металла и треском огня, я медленно поднялся на ноги. От кабинета мало что осталось. Запах жженого мяса и озона выворачивал наизнанку.

Я шагнул в дымящиеся руины. Охранник лежал на спине. Верхняя часть экзоскелета была вскрыта взрывом, как консервная банка. Человек внутри был мертв, его тело обуглилось до неузнаваемости.

Но его оружие, тяжелый плазменный резак, чудом уцелело, отлетев в сторону. Кабель питания был оторван от взорвавшегося ранца, но на рукояти резака светился индикатор встроенной резервной батареи.

Я подобрал оружие. Оно было тяжелым, неуклюжим, но это был ключ. Плазменный резак, способный резать бронированные переборки и пробивать двери, которые Девкалион заблокировал программно. Теперь я не зависел от электронных замков.