Максим Шаманин – Резиденция: Абсолют (страница 9)

Из динамиков в уцелевшей части коридора раздался голос Девкалиона.

— Незадокументированная угроза устранена, — произнес ИИ. — Мои сенсоры в Административном секторе были ослеплены. Я не мог предупредить тебя, А.Э.Д.

— Тебе повезло, что он не добрался до серверов, — мрачно ответил я, вешая резак на плечо рядом с дробовиком. — Если бы он знал, где твое ядро, он бы сжег его.

— Мое аппаратное ядро находится на Уровне 5. Центр Управления, — неожиданно честно ответил Девкалион. — Чтобы добраться до него, тебе предстоит пройти через Уровень 3 — Зону Реактора, и Уровень 4 — Гидропонику. Ты доказал свою жизнеспособность против людей и Прототипов. Но внизу, в реакторной зоне, обитает нечто иное. То, что я не смог проанализировать.

Я перешагнул через обугленные остатки экзоскелета, направляясь к лифтовой шахте в конце коридора.

— Готовься, Девкалион, — сказал я, стирая с лица копоть. — Твой идеальный инструмент идет наверх.

ГЛАВА 5. Пекло

Дверь, ведущая в шахту главного технического лифта, была намертво заблокирована. Над ней горел красный индикатор: «Карантинная герметизация». Я не стал тратить время на поиски ключа или попытки взломать электронный замок с помощью мертвой глушилки.

Я снял с плеча тяжелый плазменный резак, найденный у убитого охранника. Рукоять была покрыта запекшейся кровью, но оружие лежало в руке уверенно. Я щелкнул тумблером резервной батареи. Резак тихо зажужжал, собирая заряд в магнитных катушках ствола.

Прицелившись в стык бронированных створок, я нажал на гашетку.

Ослепительный сине-белый луч ударил в металл. Броня, рассчитанная на прямое попадание из гранатомета, вскипела, как воск под паяльной лампой. Расплавленная сталь каплями потекла на пол, прожигая ковер Административного уровня. Я повел стволом вниз, прорезая в гермодвери неровный, раскаленный добела овал.

Пнув вырезанный кусок подошвой ботинка, я отправил его в полет внутрь шахты. Он рухнул куда-то во тьму, и через несколько долгих секунд снизу донесся глухой грохот удара.

Я шагнул в проплавленную дыру.

Внутри шахты, вопреки моим ожиданиям, не было спасительной кабины лифта. Трос был оборван. Но вдоль стены тянулась мощная стальная лестница технического обслуживания. Я забросил резак за спину, рядом с дробовиком, и начал подниматься.

Чем выше я поднимался, тем сильнее менялась атмосфера. Если на нижних уровнях царил холод, а в жилых и медицинских секторах — стерильная прохлада, то здесь воздух становился тяжелым и обжигающе горячим. Температура стремительно росла. Стены шахты стали влажными от конденсата, превращая подъем в испытание на выносливость. Мои руки скользили по ржавым перекладинам, но пальцы, усиленные генетическим кодом Абсолюта, сжимались с силой промышленных тисков.

Гул, который я слышал еще внизу, теперь превратился в непрерывный, низкочастотный рев, заставлявший вибрировать кости. Звук работающих турбин.

Я добрался до площадки с надписью «УРОВЕНЬ 3. ЭНЕРГОБЛОК». Дверь здесь не была заперта. Она была выломана — выгнута наружу с такой силой, что петли сорвало с бетонных анкеров.

Я перешагнул через искореженный металл и попал в пекло.

Это место не было похоже ни на стерильную лабораторию, ни на роскошный кабинет. Передо мной раскинулся гигантский, циклопический индустриальный ад. Помещение, размером с несколько футбольных полей, было опутано паутиной гигантских труб, градирен и высоковольтных кабелей. Воздух здесь был оранжевым от света аварийных натриевых ламп и густым от раскаленного пара, с шипением вырывающегося из пробитых магистралей. Жара стояла невыносимая — градусов шестьдесят по Цельсию, не меньше.

Но было и кое-что еще. Едва заметное, щекочущее ощущение на коже, словно кто-то проводил по ней невидимыми наэлектризованными иглами. Волоски на руках встали дыбом, хотя холода не было. Привкус металла на языке стал невыносимо резким.

Радиация.

Дозиметры, висящие на стенах, давно расплавились или сошли с ума, их стрелки застыли в красной зоне. Уровень фона здесь должен был убить обычного человека за несколько минут. Клетки начали бы разрушаться, ДНК — рваться на части.

Я посмотрел на свои руки. Кожа покраснела от жара, но не было ни волдырей, ни признаков лучевого ожога. Мой метаболизм переваривал радиацию так же легко, как спирт из фляжки Вейланда. Клетки Абсолюта восстанавливались быстрее, чем распадались под воздействием гамма-излучения. Я был создан для того, чтобы ходить по радиоактивным пустошам. Это место было моей естественной средой обитания.

— Мощность реактора составляет тридцать два процента от номинальной, — голос Девкалиона раздался из системы оповещения, перекрывая гул турбин. ИИ звучал искаженно, помехи рвали слова на части. — Защитный контур поврежден. Я не могу сканировать эту зону, А.Э.Д. Магнитные бури слепят меня.

— Кто повредил контур? — я шел по узкому решетчатому мостику, проложенному над бездной, на дне которой мерцало бледно-синее, черенковское свечение реакторных бассейнов.

— Неизвестно. Мутации на этом уровне вышли за пределы прогнозируемых моделей. Они питаются. Будь осторожен.

Связь оборвалась в шквале статического треска. Я остался один в этом железном лесу, где каждый шаг эхом отдавался в раскаленном воздухе.

Я двигался медленно, держа дробовик наготове. Плазменный резак за спиной оттягивал плечо, но его мощь была предназначена для брони, а не для быстрой стрельбы. Мостик петлял между огромными цилиндрами теплообменников.

Здесь не было следов боев. Ни гильз, ни трупов ученых или охраны. Складывалось впечатление, что люди бежали отсюда в первые же часы катастрофы, оставив Энергоблок на произвол судьбы.

Внезапно мое внимание привлекло слабое свечение впереди.

Я остановился, присев за массивным вентилем трубы. В пятидесяти метрах по курсу, на широкой технической платформе, куда сходились несколько кабельных трасс, ритмично пульсировал свет. Но это был не свет ламп.

Это были голубоватые, электрические разряды. Они змеились по толстым кабелям, словно живые светящиеся черви, и стекались к центру платформы.

Там, в эпицентре этого электрического шторма, кто-то был.

Силуэт, стоящий на коленях. Человекоподобный, но слишком тощий, почти скелетообразный. Кожа существа не была покрыта био-броней Прототипов или наростами Химер. Она была полупрозрачной, светилась изнутри бледно-синим светом радиации. Существо вцепилось обеими руками в разорванный высоковольтный кабель. Изоляция дымилась, но тварь не сгорала. Она поглощала энергию. Разряды тока текли по ее рукам, впитываясь в плоть.

Это была "Радиационная тень", как назвал их Девкалион. Существо, чья физиология полностью адаптировалась к чудовищному радиационному фону и электромагнитным полям реактора.

Я медленно поднял дробовик. Я не собирался вступать в переговоры.

Мой палец мягко лег на спусковой крючок. Я навел мушку на светящийся затылок твари.

В ту же секунду все волосы на моем теле встали дыбом. Воздух вокруг меня наполнился озоном, так резко, словно рядом ударила молния. Мои сверхчувствительные рефлексы завопили об опасности не спереди, а сверху.

Я инстинктивно бросился в сторону, кувырком уйдя с решетчатого мостика под прикрытие трубы.

Там, где я только что стоял, ударил ослепительный, трескучий разряд электричества. Металлическая решетка раскалилась добела, посыпались искры.

Я перекатился на спину, вскидывая ствол.

С потолка, цепляясь за перекрытия длинными, паучьими конечностями, спускалась вторая Тень. Она двигалась абсолютно бесшумно, не издавая ни звука, ни рыка. Ее тело искрило, между фалангами пальцев пробегали микро-молнии. Это не мутант устроил засаду. Это была охота, и я стал дичью. Та Тень, что питалась кабелем, была приманкой.

Существо на потолке раскрыло безгубый рот, из которого вырвался не звук, а сноп синих искр. Тварь оттолкнулась от балки и прыгнула на меня.

Грохот дробовика разорвал индустриальный гул. Сноп картечи ударил Тень в полете.

В отличие от бронированного Прототипа, тело этого существа было хрупким. Свинец разорвал его грудную клетку в клочья. Но из ран брызнула не кровь. Во все стороны брызнула светящаяся, раскаленная плазма. Тварь была ходячим аккумулятором.

Ее разорванное тело рухнуло на трубы в метре от меня и взорвалось ослепительной вспышкой.

Ударная волна электромагнитного импульса швырнула меня о стену. Дробовик вылетел из рук. В глазах потемнело от перегрузки. Мышцы скрутило судорогой от пробившего тело остаточного тока. Если бы я был обычным человеком, мое сердце остановилось бы в ту же секунду.

Я с трудом сфокусировал зрение.

Взрыв твари разрушил трубу с охладителем. Густой, кипящий пар хлынул на мостик, скрывая все вокруг плотной, белой пеленой.

Сквозь шипение пара я услышал шаги. Легкие, почти невесомые.

Первая Тень, та, что была приманкой, оставила свой кабель. Сквозь туман я увидел ее приближающийся силуэт. Она не бежала. Она скользила. Ее руки были подняты, и между тонкими, вытянутыми пальцами начала формироваться ослепительная шаровая молния.

Я лежал на полу, парализованный остаточным током. Дробовик валялся в трех метрах, недосягаемый. Мое совершенное тело, неуязвимое для пуль и радиации, оказалось беззащитным перед концентрированным разрядом электричества, который пережег нервные синапсы.