Максим Орлов – Беглец (вселенная CryoStalker) (страница 2)

Расчистить снег внутри (на это ушло 20 минут; руки горели от холода даже в перчатках).

Разложить термоодеяло, сверху – запасной флисовый плед.

Включить портативный обогреватель (работает 4 часа; звук его вентилятора казался музыкой в этой тишине).

Съесть сухпай (замороженные брикеты пришлось греть на обогревателе).

Сон был прерывистым. Каждые 40 минут я просыпался:

проверить температуру тела (приложив ладонь к шее);

подвигать пальцами ног;

встряхнуть спальник, чтобы сбить иней, осевший изнутри.

Один раз я услышал скрип – будто кто‑то шагал по снегу. Я схватил пистолет, но за пределами светового круга обогревателя была лишь тьма.

«Зона наблюдает», – подумал я.

Проснувшись, я обнаружил, что обогреватель выключился. Батарея села.

Последствия:

спальник покрылся инеем изнутри;

ботинки затвердели, словно каменные;

на маске – корка льда толщиной в палец.

Чтобы встать, пришлось:

Растопить лёд на маске дыханием (5 минут мучительного жжения в лёгких).

Разогреть ботинки, прижав их к обогревателю (он ещё хранил остатки тепла).

Выпить концентрат, пока он не замёрз.

Я посмотрел на восток. Горизонт светлел, но солнце не пробивалось сквозь тучи. Впереди – лес кристаллов, их острые шпили казались зубами гигантского зверя.

– По крайней мере, я ещё дышу, – прошептал я, застёгивая капюшон.

И шагнул в белый ад.

После ночёвки я двинулся к развалинам старого склада – там, по моим прикидкам, могли остаться припасы. Вход завалило снегом, но боковая стена частично обрушилась. Протиснувшись через пролом, я оказался в полутёмном помещении, где воздух стоял неподвижно, будто замороженный во времени.

Среди ржавых стеллажей и опрокинутых ящиков я заметил металлический ящик с кодовым замком. Код давно стёрся, а сам замок выглядел надёжным – не взломать голыми руками. Я огляделся: вокруг только металл, пластик и обломки дерева.

В углу валялся обрезок арматуры – сантиметров семьдесят длиной, с загнутым концом. Поднял, проверил вес: удобно лежит в руке, не слишком тяжёлая.

Вернулся к ящику. Вбил загнутый конец арматуры между дверцей и корпусом, использовал как рычаг. Металл заскрипел, но поддался. Ещё один рывок – и замок с треском вырвало из креплений.

Внутри:

автомат «Вал» – бесшумный, с глушителем. Состояние среднее: затвор покрыт инеем, но после чистки и смазки должен работать;

два магазина по 20 патронов (на каждом – маркировка «спецбоеприпас», значит, бронебойные);

нож с керамическим лезвием – лёгкий, не магнитится, не боится коррозии;

ремень‑подсумок для быстрого доступа к боеприпасам.

Я проверил автомат: механизм двигался туго, но без заеданий. Патроны не промёрзли – хороший знак. Убрал пистолет в кобуру, заменив его на «Вал». Теперь у меня хотя бы есть шанс отбиться от крупных хищников или… других людей.

В том же ящике лежала военная аптечка АИ‑4М. Я вскрыл её с осторожностью: пластик потрескался от мороза. Содержимое:

антисептик в спрее (баллон наполовину пуст, но ещё работает);

гелевые бинты с антибактериальной пропиткой (3 шт.);

шприц‑тюбик с обезболивающим («Промедол‑Х», срок годности истёк, но в Зоне это не аргумент);

стимулятор сердечного ритма (маленькая капсула, которую кладут под язык);

термопакеты для обогрева (2 шт., уже частично активированы – внутри шла медленная химическая реакция, дающая слабое тепло).

Я обработал царапины на руках, наклеил пластырь на мозоль на пятке (даже в термоботинках ноги страдали). Один термопакет положил во внутренний карман – пусть медленно греет грудь.

За ящиками нашёлся контейнер с сухпайками. Три брикета в вакуумной упаковке:

«Паёк‑Э» (мясо с овощами, калорийность 800 ккал);

«Энергетик‑М» (орехи, мёд, сушёные фрукты, 600 ккал);

«Восполнение» (белковая смесь с витаминами, 500 ккал).

Упаковка была повреждена – часть содержимого подмёрзла. Я разбил брикеты прикладом автомата, отколол куски и рассовал по карманам. Есть сразу не стал: на морозе пища быстро превращается в лёд, а желудок не успевает её усвоить. Решил принимать по 100–150 г каждые 2 часа, запивая растопленным снегом.

У стены стоял фильтр‑опреснитель «Родник‑3» – устройство для очистки воды из снега или льда. Он был выключен, но корпус цел. Я проверил аккумулятор: 40 % заряда. Этого хватит на 5–6 литров питьевой воды.

Я набрал снега в приёмный лоток, включил аппарат. Через 15 минут из крана потекла тёплая вода (фильтр подогревал её до +30 °C). Я выпил стакан сразу – это было почти блаженством. Остаток разлил по термофлягам, добавив таблетки для обеззараживания.

Теперь у меня был источник воды – почти роскошь в Зоне.

Перед выходом я провёл ревизию:

Оружие: «Вал» + 40 патронов, нож, пистолет в резерве.

Аптечка: антисептик, бинты, обезболивающее, стимулятор, 2 термопакета.

Еда: ~1500 ккал (хватит на 2 дня при экономном расходе).

Вода: 1,5 литра в термофлягах + фильтр для пополнения.

Тепло: термобельё, флис, костюм, перчатки с подогревом (батареи на 40 %), маска, спальник.

Недоставало:

запасных батарей для перчаток;

сигнального устройства (если понадобится вызвать помощь);

карты местности (я ориентировался по компасу и старым воспоминаниям).

Когда я уже собирался уходить, в глубине склада раздался скрип металла. Я замер, прижался к стене, сняв автомат с предохранителя.

Тишина.

Потом – шаги. Медленные, тяжёлые, будто кто‑то в броне.

Я отступил к выходу, держа ствол наготове. В проломе стены мелькнул силуэт – высокий, с искажёнными пропорциями. Затем всё стихло.

«Зона даёт, но всегда берёт взамен», – вспомнил я слова старого сталкера.

Я бросил последний взгляд на склад, затем шагнул наружу. Ветер тут же ударил в лицо, заставляя зажмуриться. Впереди – лес кристаллов, их острые шпили сверкали, как лезвия.

Пора было идти.

И надеяться, что найденное снаряжение продержит меня в живых хотя бы до вечера