Максим Мамаев – Морозов. Начало (страница 46)

— Я пробью путь вперёд. — сказал ротмистр. — Ваша задача сохранять бдительность, и дожигать остатки. Создаём приличное расстояние между эскадроном и паутиной, не хватало ещё, чтобы на нас какая-то шваль сверху поспрыгивала. Вперёд.

Эскадрон двинулся вглубь, периодически выжигая паутину. Хозяев паутины, при этом, по прежнему не было видно. Это действительно не было похоже на пауков, паутина была плотная, в этой пелене отчётливо виднелись сотканные норы, а сосны, при этом, стояли голыми, без иголок. Не представляю, кто мог такое сделать. Разве что гигантские гусеницы, от зоны всякое можно ожидать. Да только гусеницы не плетут столько паутины.

Спустя час пути через паутину, к нам пришло осознание, что это ещё не скоро закончится. И противников всё нет, только паутина. Мне успело наскучить этим заниматься, пока я не заметил между деревьев белый кокон. Затем другой. Затем третий. Это были, к моему счастью, не аккуратные круглые коконы, как это бывает у пауков, когда они размножаются. Это были замотанные жертвы, угодившие в эти владения: где-то был подвешен олень, где-то, кажется, волк. Встречались тут иногда и человеческие останки. Эти коконы падали на землю и загорались, распадаясь, когда наш эскадрон зачищал окрестность от паутины.

— Неприятно это признавать, — сказал Эмиль, — но, судя по коконам, мы движемся прямиком в сторону логова этих тварей. Мишань, есть что рассказать об этом, или твой прадед с таким не сталкивался?

— Не сталкивался, — ответил я, поддерживая свою легенду. — В бестиарии не было ничего похожего.

— Надо как-то обозвать новую тварь, — сказал Эмиль. — Раз уж мы продолжаем тему бестиария. Как вам название паутинники? Просто и понятно, а? А в пометках стоит указать, если паутины так много, что ей можно с десяток товарных поездов под завязку забить, для перин прекрасным дамам, то это точно они.

Напряженные от ситуации офицеры арьергарда не смогли сдержать улыбки.

— Эмиль, — сказал тут Аркадий. — Давай посерьёзнее.

— Да куда уж тут серьёзнее. — ответил на это Эмиль. — Которую версту проходим, паутина от края до края, всё белым-бело. Так эти паутинные эстеты ещё и откушать без паутины не могут, кусают еду да паутиной закусывают.

Даже Аркадия это проняло, он тоже улыбнулся.

— Бойцы! — объявил ротмистр. — Впереди последняя деревня. Будьте готовы.

— Да мы догадались — вполголоса сказал Эмиль. — Коконов-то всё больше становится.

Он был прав, впереди виднелось немало коконов. Меня больше настораживал кокон с медведеподобным животным, подвешенным у самой верхушки сосны, и другие коконы, что полыхая падали с глухим звуком на землю. Эти твари явно крупные, раз им хватает сил затаскивать крупное зверьё так высоко. Но до сих пор нет тех, кто это сделал. Вскоре мы увидели деревню. Ну как деревню, её очертания. Развалины оказались настолько плотно укутаны паутиной, что не было ни одного темного пятнышка на этом белом полотне, а все норы из паутины и всё белое полотно спускались от сосен к домам.

Ротмистр снова пустил огненную дугу волны вперёд, и вся паутина на домах запылала, поджигая и деревянные дома. Вслед за этим мы услышали шипящий хор из деревни, не суливший ничего хорошего: из деревни, отовсюду полезли…пауки? Эти создания были похожи на крупных пауков, размером почти с лошадь. Да только вместо брюшка у них были хвосты, с мелкими ножками, как у многоножек, и тела у этих тварей были вытянутыми, такими же белыми, как их паутина.

— Эмиль, поздравляю. — сказал я, глядя, как из домов продолжают выбегать десятки тварей, словно у домов внутри нет ни дна ни размера. — Теперь ты автор названия этой мерзости. Если переживём этот день, будем звать их паутинники.

— Не скажу, что я рад быть удостоенным такой чести. — ответил на это Эмиль.

— Полезли уродцы, очередной блядский муравейник — сказал ротмистр, поджёг той же дугой первую группу паутинников, затем обратился к нам — У этих тварей норы в домах. Третий взвод, уничтожать всех без разбору, ближний бой допускается. Авангард, обнаружить норы, залить отравой и запечатать! Повозки едут в объезд деревни, к выезду. Четвертый отряд, повозки под щит и охрану! Целители, решайте сами, по ситуации. Чего встали, ждёте особой команды? Шевелитесь, мать вашу! Бегом, сонные мухи, пока вас не сожрали!

Мы принялись отстреливать бегущих по образовавшейся паутине и прыгающих по деревьям тварей. Они поднимали хвосты и буквально стелили паутиной себе дорогу, обстреливая стволы.

Увидев это, я усилил себя и гибрида защитой выстрелил огнём на упреждение в одного, затем, когда он падал вниз, на ходу рубанул вдоль тела рубящей дугой ойратов, разрубив его тушу надвое. Так эти твари, оказывается, мягкотелые, будет проще, чем я ожидал.

Отрубленная часть с хвостом медленно направила на меня хвост и выпустила паутину, я направил килич одной рукой, и пламя вырвалось по длине всего клинка поджигая её в ответ. Но тут через моё пламя в меня вылетели, очередью, крупные длинные серебристые иглы, которых я никак не ожидал. Я отбил два из них, остальные ударили в мою защиту и импровизированный щит, что я успел развернуть, сплетя левой рукой. Увесистые иглы пробили щит, застряв в нём, отчего его полупрозрачная структура покрылась рябью волн, за которыми поползли трещины, они почти его разрушили. Если б я заранее об этом не подумал, кто знает, как бы всё обернулось. Стоит быть осторожней, они опаснее, чем показалось на первый взгляд.

— Эскадрон, они стреляют шипами! — громко, во всеуслышанье сказал я.

Меня прервали, на меня прыгнул ещё один, от которого Кошмар увернулся, прыгнув, как кошка, прямо на ствол дерева и отскочив от него, приземлившись лапами прямо на тварь. Белое паукообразное чудовище было меньше черного косматого гибрида, потому тот без труда придавил его своим весом, после чего схватил его хвост зубами и одним рывком отгрыз. Я едва удержался в седле от таких выкрутасов Кошмара.

— Пронзание! — произнёс я и выпустил заклятие, яркой вспышкой пробившее тушу паутинника под гибридом насквозь.

Их слишком много, потому я решил пойти на хитрость: наклонился вперёд сплёл ментальную магию в руке, рука засветилась серебристым отсветом, и я коснулся ей головы гибрида, объединив свой разум с Кошмаром эмпатией, в пределах разумного. Теперь он будет чувствовать мои намерения, а я его, пока это максимум, что я могу из подобного, но это поможет мне быть готовым и не вылететь из седла в следующий раз.

Третий взвод уже во всю резвился, некоторые даже послезали с гибридов и скачут по деревьям почти не хуже противника. Четвертый взвод укрылся щитом и двигает, отстреливаясь и отбиваясь, повозки к выезду. Авангард уже снёс полдеревни, деревянные остовы домов вовсю полыхали. Пока одни держат щиты и отбивают атаки, другие принялись сливать наколдованную жижу из местной земли в ямы, там же им помогал держать оборону и ротмистр. Вот такой эскадрон больше мне нравится, в этот раз они сражаются куда эффективнее. Пожалуй, мне стоит не отставать от них.

Стоило мне так подумать, как в меня полетели сверху иглы. Я снова укрылся, в этот раз ледяным щитом, сплетённым из местной влаги, сделав его толще и массивнее, потратив, увы ощутимую часть своих запасов. Застрявший в щите десяток игл был тяжелым, потому я отбросил щит в сторону и спешно отменил его, попутно разогнав кошмара через эмпатию, бросив поводья и освободив руки. Я ждал нападения твари и готовился к её прыжку.

Эта тварь была крупнее предыдущих моих противников, и, возможно, умнее. Паутинник спрыгнул на землю и пустил паутинное полотно наперерез моему пути. Я не стал тратить на это ману и попросту повернул кошмара в сторону паутинника на пределах возможностей, петляя у свистящего рядом липкого полотна, мы чуть в эту белую пелену не вляпались. Монстр же прекратил выпускать паутину и отпрыгнул от меня подальше, а с другой стороны в меня снова полетели иглы, уже от другой твари, от которых я дважды отскочил на Кошмаре, едва избежав попадания.

Нам стоит разделиться с гибридом, когда я верхом, только хороню его потенциал. Я покрыл его защитой и дал команду заняться тем, что поменьше, а на себя применил ускорение, дополнительно задействовав сапоги, после чего быстро догнал наглого крупного паутинника. Паутинник снова выпустил иглы, которые я оббежал по дуге, проносясь между стволов деревьев, и принялся убегать по паутине.

— Не трать моё время — сказал я взмахнул мечом и сплетенная огненная дуга с ревом пронеслась наперерез и прожгла его путь к отступлению, отчего паутинник упал. Я усилил килич рванул к нему и отрубил ему поднятый хвост, потом замахнулся для второго удара. Паутинник резко развернулся и прыгнул на меня, пытаясь пронзить хелицерами. Как ни крути, эти твари были временами очень быстрыми. Я отклонился назад и рубанул наотмашь, почти отрубив их. Тут подоспел Кошмар, и с разбега вгрызся ему вбок, сбив его атаку, с предыдущим противником он уже справился, вот же свирепый гибрид. Я же сгруппировался и прыгнув над врагом разрубил врага по диагонали, а килич своим усилением ещё и добавил дробящего урона мягким тканям.

Тут прыгнул ещё один, но в прыжке получил огненным снарядом от четвертого взвода, что сбило его атаку. Я воспользовался замешательством и рванул вперёд, чтобы провести рубящую атаку, да только почувствовал, опасность сверху, в меня полетели иглы, снова целая очередь, вынудившая меня отступить. Но я был не один, кошмар уже вгрызся в мою, опалённую огнём цель. Краем глаза я следил за стрелявшим, бегущим ко мне. У меня мало времени, с другой стороны, спереди, ещё один бежал сюда по паутине.