Максим Макаров – Заячий папирус. Сборник номер восемь (страница 1)

Максим Макаров

Заячий папирус. Сборник номер восемь

Сергей Страхов, сын Татьяны Игоревны Страховой, общался со Светланой Изморовой целый год, прежде чем спросить, согласится ли она в будущем стать его супругой. Этого момента с нетерпением ждали все в семье Светы; разумеется, она согласилась, но женились они позже, еще спустя полтора года. Сергей считал, что Свете необходимо закончить обучение в вузе, а потом еще поработать, чтобы закрепить свою специальность. Обещаний Сергей и Света решили не писать, поскольку оба были застенчивы и не хотели привлекать к себе внимание Истории еще и таким способом. Елена Константиновна Изморова уже два года непрерывно загадывала, чтоб в следующем месяце, или через месяц, состоялась свадьба. С Николаем они поженились в восемнадцать лет и считали, что учеба в вузе, отсутствие стажа, юность вовсе не мешают замужеству; но подгонять Сергея со Светой у них и в мыслях не было. Поздними вечерам, обняв друг друга, они стояли перед звездным небом в окне и думали:

«Свет Небес, сделай так, чтоб родился мальчик! Если должна родиться девочка, пусть родится девочка – вместе мальчиком. Друзья, мы благодарны Вам во всем! Но пусть родится мальчик».

Таня Страхова тоже думала об этом, и Валера об этом думал, вместе с Валерией. У них, как они и хотели, родились мальчик и девочка, у мамы Тани – две девочки, благодаря достижениям кралепорской науки в области репродукции. С детишками занимались и дома, и в детском саду, где многие из мам-волчиц могут работать, не являясь официально сотрудниками. Это особая практика кралепорских волков, которая позволяет чередовать работу с детьми и работу в профессиональной области. Детишкам постарше это придает самостоятельности.

Коля Страхов собирал материал про волков-основателей кралепорской земли и просмотрел довольно много научно-популярной литературы. В Кралепоре есть издание «Юность Кралепора», которое как раз специализируется на работе с научно-популярными журналами, в том числе – для молодежи. Многие издания выходят широким тиражом, другие предназначены для библиотек и в открытую продажу не поступают. Несколько лет назад в юго-западных областях Кралепора археологическая экспедиция обнаружила подземную библиотеку с книгами, написанными на папирусе. Их авторы – ученые зайцы. Подобно монахам из других миров, зайцы скрупулезно записывали события текущих времен, а также легенды, мифы, сказки; записывали все то, о чем могли слышать в течение нескольких веков. Знающих этот язык среди современных зайцев нет. С помощью цифровых устройств исследователи постепенно расшифровывают записи: отдельный знак может изображать целое предложение, и тогда он очень причудлив. Он может содержать только информацию о количестве или о движении, не имея существительных, а может обозначать просто звук, даже не часть слова. Письменность представляет уникальное сочетание логограмм, пиктограм и звукосимволов. После расшифровки тексты зайцев переносят в формат прозаической речи и подвергают литературной обработке. Получаются сборники древних текстов. Уже вышел восьмой сборник, его можно взять в центральной библиотеке КРБ, а также в других библиотеках. Таня Страхова взяла эту книгу для Коли с Наташей, поскольку они очень интересуются древней историей.

- Мама Таня читала?

- Нет, еще не успела. Только взяла.

- А мама Валя?

- Если даже мама Таня не успела – то как мама могла успеть? Наташа, мы сначала сами попробуем.

Коля открыл и полистал. В книге были иллюстрации, скопированные из самого папируса. К ним прилагались объяснения. Иллюстрации показались некрасивыми; впрочем, их делали совсем в другое время, и не рассчитывали на детей. Коля увидел в тексте много пометок с разъяснениями, сделанными редакцией «Юность Кралепора». Как пишут авторы и редакторы перевода, текст подготовлен с максимально возможным приближением к оригиналу, с сохранением стиля речи и общей структуры повествования. Некоторые материалы в сборник не вошли по причине очень большой сложности их восприятия. Коля посмотрел и увидел стихотворный размер. Зайцы писали на своем языке, возможно, с другим размером, который также трудно понять. Поэтому стихи дополнительно адаптированы.

Юность вечна, бесконечна,

Бесконечны ее всходы.

Жизнь простая – скоротечна,

Прочь идет, из года в годы,

От селений гор далеких,

От селений на равнине,

Даже от пучин глубоких!

Нет измены той причине!

- Измена причине. Причина не меняется. Или ей не изменяют. Но причина – не живое лицо. – Коля еще раз прочитал пояснения. Перевод стилизован под оригинал.

- … Но жизнь включает все цвета:

Она светла, черна, крута,

Ее волнения дерзки.

Она рвет сердце на куски –

И дальше сто двадцать срок философских рассуждений о жизни. Личных имен нигде нет, но можно понять, в какую технологическую эпоху это было написано. Коля с трудом это все прочитал и ощутил изрядную усталость. Наташа в это время читала современные учебники.

- Коля, ты все?

- Все вот до этой строки, дальше никак не получается, уши стонут.

- Ну ты скажешь!

- Я намерен взять перерыв и почитать нечто понятное!

Коля стал читать математику.

Наташа почитала, почитала. До тридцатой строки она еще понимала смысл древнего зайца-мудреца, а дальше все путалось. Она решила, что автор был просто болтун. Если он хочет говорить о важном, то мог бы придумать сюжет. Или даже просто пересказать сюжет. Вместо этого автор говорит обо всем в общем смысле.

Кружатся дни осенним роем,

Одной и той же грустной песней.

Неугомонным и героям

Дается время интересней,

Удел их – вечно рисковать,

С судьбой бороться и играть.

Их жизнь все время на кону.

Герой, ты видел ли страну,

В которой жил и воевал,

В которой девушек спасал…

- Ну и так далее. Что-нибудь есть умное?

Разум злится, разом тонет,

От возможных обобщений:

Разум любят. Разум гонят

Глупостью и жаждой мщений.

…

Весело мечтать у неба.

У земли скучать обычно.

Если хочешь жить прилично,

То побед и звезд не требуй.

- Это уже шантаж. Как ты думаешь, Наташ? С какой целью задуманы эти стихи?

- Манипуляция! – сказала Наташа. – Ну да, принуждение!

- А если их не станут читать? Ведь папирус лежал в библиотеке и никто, кроме зайцев, его не трогал. Наши ученые пишут, возраст пыли на папирусах составлял десятки или даже сотни лет. Следовательно, никто к ним даже не притрагивался в течение долгого времени.

- Да, это очень странно! – согласилась Наташа. – Здесь еще есть стихи?

Коля бегло пролистал.

- Диалоги в форме стихов. Два или три четверостишия. Терпеть не могу такие. Если проза, так уж проза. Мне кажется, если в речь впихивают рифмы, как-то несерьезно получается. Такое бывает в сказках. Но зайцы утверждают, у них серьезный исторический труд.

В сборнике приведен литературный перевод текстов из разных эпох. События зайцы наблюдали сами или слышали о них. Коля очень хотел найти материал об основателях кралепорской земли. Он еще раз пролистал.

- Ничего нет про отважные сорок три клыка. Вообще о волках мало, и, наверное, это еще более древние волки. Хочешь, сама посмотри.

- Я вообще волков не вижу!

- Чуть-чуть есть. Вот, на этой странице, например…

- Тут очень коротко. Коля, нам нужно это читать? Если о волках ничего нет напрямую? Папа говорил, на эпоху влияют все большие события и явления, героические поступки; даже если о них совсем не говорят, все равно можно определить их влияние на жизнь. Я понимаю, большие события изменяют мир. Но если о них ничего не написано – как понять, когда они случились? О них специально могли не написать, из зависти.

- Или могли исказить события. Попросту говоря, изобразить врагов как героев и наоборот. Я бы не очень доверял зайцам.

- Тогда зачем ты книгу взял?

- Это же не я, это мама Таня – в библиотеке КРБ – потому что мы интересуемся древней историей. Тут совсем маленький тираж. Надо посмотреть.

Поскольку надо было ходить в школу, и еще была куча важных дел, Коля с Наташей читали «Сборник» по чуть-чуть. Многие речевых обороты были для них непонятны; вообще зайцы писали не для читателей. Валера Страхов нашел в книге разделы с понятным для детей текстом, где были понятные фразы и приключения. Коля прочитал их, а также он прочитал некоторые другие разделы. Разумеется, в папирусе зайцев зайцы весьма часто пишут о зайцах. Первые три сборника состояли исключительно из заячьих историй, произошедших на очень ограниченной территории. Заячьи земли и заячьи царства имели площадь не более двадцати квадратных километров. На этих кусочках суши происходили бытовые, династийные или даже религиозные истории, которые никак не связаны с грандиозным Кралепором. В издательстве даже сперва хотели не делать литературной обработки этих текстов и опубликовать подстрочник, т.е. буквальный адаптированный перевод для изданий гуманитарного профиля. Есть журналы, посвященные истории, археологии, есть полностью литературные журналы. Отдельную книгу решили издать по двум причинам: 1-я – стиль языка довольно занятен и отражает культурно-исторические особенности тех времен; 2-я, еще более веская причина – стиль написания текстов и стиль мышления авторов кардинально отличается от нормальных авторов, волков или лисов, поэтому совмещать в одном издании разные стили, словно приравнивая их, не стоит. Книги выходят очень ограниченным тиражом и встречаются только в библиотеках. Четвертый, пятый и шестой сборники сама мама Таня решила не брать, поскольку там на фронтисписе указано: философия древних зайцев. Кому это интересно. Таня Страхова за минуту поняла, что в книгах есть только рассуждения и очень мало достоверных фактов. Четвертый, пятый и шестой вышли предельно малым тиражом, чтобы просто оправдать труд исследователей. В седьмом томе было кое-что, но понятное преимущественно взрослым. Заячий папирус только начали расшифровывать и не исключено, что томов будет около двадцати. Зайцы нередко используют жанр притчи. В этом случае они даже не определяют вид зверя, который является персонажем. Рядом со словом «зверь» фигурируют различные определения, с целью в 2-3 словах изобразить основную черту его личности.